Star Wars Medley

Объявление

03.12.2018 Будем благодарны вашей помощи в обновлении мастер-таймлайнов.

01.10.2018 Обратите внимание
на обновление мастер-таймлайна 34 ПБЯ действиями Новой Республики.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Тайко Селчу, Джобин Мотма, Исанн Айсард
Фазма, Като Рен, Финн

...во всей руководящей структуре Империи права были у всех, в той или иной степени,
и меньше всего их доставалось сенаторам.
Garm Bel Iblis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [07.II.02 BBY] Сколько?!


[07.II.02 BBY] Сколько?!

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

— я разве вас прошу о многом,
всего пять тысяч — не предел
— помягче я сказал б да ты о
(----)
© Jyn Erso

Cassian Andor, Davits Draven

Время: 7.II.2 ДБЯ, утро
Место: база Альянса
Описание: генерал Дравен внимательно ознакомился с отчетами капитана Андора и с тем, что разведке удалось узнать о местонахождении Мон Мотмы. Ничего из этого его не обрадовало.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+2

2

Кассиан ждал, что из-за ареста Мотмы, весть о котором разлетелась среди повстанцев, как лесной пожар, на базе все завертится. Но когда он наконец-то вернулся домой, там все шло, как обычно. Арест одного человека - даже Мон Мотмы - не мог остановить - даже смерть Мон Мотмы не смогла бы остановить - слаженную работу машины, собранной из сотен неподходящих друг к другу, но стертых временем в идеальную систему шестеренок, на которую походило восстание в свои лучшие времена. В худшие - прежде - оно походила на ту же машину, но только разваливавшуюся.
Теперь, несмотря на неприятности последних дней, у них были лучшие времена. Это значило, что Кассиану выпадал свободный день по прибытии для отдыха и отчетов. Ими он и занялся, иногда отвлекаясь на сон. Спать он не очень хотел, но иначе пришлось бы думать о том, что происходит с Мон Мотмой. О ней все еще ничего не было толком известно. Он только надеялся, что ей не придется почувствовать на практике то, что он рассказывал ей о допросах.
Дюрасталевая коробочка, которую она передала ему, теперь стояла на краю стола. Поколебавшись, Кассиан не стал вписывать ее в отчет. Если информация действительно утекла, если Сен Харпер, с которым он разобрался еще в прошлом месяце, был не единственным, а просто автономным, не знавшем о другом - или других? - у них могли быть серьезные проблемы. Куда более важные, чем его договор со взломщицей. Куда более важные, чем то, что Кей-Ту все еще нет бластера. Но все же и о том, и о том Кассиан написал. Он старался не думать о том, как выглядят его отчеты на этот раз, сколько разом он вываливает на генерала, и как тот может отреагировать.
Все равно все это ему предстояло узнать уже наутро.
И утром он был готов.

+1

3

    Некоторые вещи можно было созерцать бесконечно: огонь, воду и то, как капитан Андор пытался добиться бластера для своего дроида. Дэвитс находил эти попытки бесплодной тратой времени. Однако стоило признать, что в качестве заключительного аккорда сборника анекдотов, каким в глазах генерала раз за разом представали отчеты капитана, они были идеальны чуть более чем полностью. Эти приписки — единственное, что до сих пор сохраняло Кассиану его драгоценного Кей-Ту всякий раз, когда кто-нибудь в командовании в очередной раз поднимал вопрос о том, что у них по базе вместе с их оперативником расхаживает имперский, мать его, дроид.
    Ничуть не меньшим сборником анекдотов Дэвитс нашел и отчеты остальных разведчиков о местоположении Мон Мотмы. Вкратце все они сводились к тому, что никто толком ничего не знал, а склад, где ее схватили, оцеплен и что-либо рассмотреть там — или сквозь официальную имперскую версию событий — совершенно невозможно. В том, что нападение на Мон организовал Геррера, лично Дэвитс сомневался изо всех сил. У Герреры было много недостатков, но стремление стрелять самому себе в ногу не входило в их число.
    С тяжелым вздохом Дэвитс оторвал взгляд от отчетов, ровной мозаикой покрывавших его стол, и поднял его на Кассиана, явившегося к нему утром, как он и приказал. Взвесив все опции, Дэвитс с досадой отметил, что пять тысяч кредитов — недостаточная сумма, чтобы просто выкинуть ее из головы. В списке приоритетов она висела высоко и навевала ему мысли о груше, которую нельзя скушать. В данном случае — так просто списать со счетов Восстания в руки Кассиану.
    — Информация о Мотме, которую ты не можешь рассказать в отчете, — Дэвитс кивнул на лежащий на столе отчет и проницательно посмотрел на Кассиана: — Начнём с нее.
    Беды, как водится, выстраивались в нестройную очередь за визитом в Альянс: пропажа Мотмы, потенциальный крот, пять тысяч кредитов, непонятный документ из имперского архива, который теперь уйдет неизвестно кому и приведет неизвестно к чему — беды нашлись на любой вкус, под любой масштаб. О бедах уже подвывали другие лица из числа командования, но Дэвитс до сих пор умудрялся эти подвывания умело затыкать, потому что если и было на свете время паниковать, это не оно.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/1a/00/81098.png"><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+2

4

Это "Начнем" не сулило ничего хорошего, но для разнообразия не одному только Кассиану, а им всем. Ему, возможно, особенно, потому что в иные моменты генерал не смотрел на него так, будто брал уроки смотрения у Кей-Ту, но сначала нужно было закончить отчет устно.
- Мы встречались с ней в конце месяца на Лотале. Я работал там с небольшой утечкой, а сенатор собирала на встречу, на которой она пропала. Она дала понять, что осознает риски, и еще она дала мне вот это.
Кассиан впервые за то время, что коробочка была у него, показывал ее кому-то еще, но из рук выпускать не спешил.
- Трехступенчатая защита, - повторил он то, что говорила ему на Лотале Мотма, - отпечатки, сетчатка, генетический код. Доступ к данным есть у троих. Ее нужно было вскрыть спустя двое суток, если сенатор не вернется. Тут то, что нужно защитить, изъять, уничтожить, сменить. То, доступ к чему она может дать тем, кто ее задержал.
Он говорил спокойно, хотя внутри у Кассиана клубился страх за Мон Мотму, злость на себя за то, что он не нашел нужных аргументов, беспокойство от того, что ничего еще толком не было известно.
- Эти данные нужно как можно скорее запустить в работу одновременно или даже раньше со сменой кодов. Я не написал об этом, потому что... она была без сопровождения, сэр, знаете. Бейл Органа тоже. Их арестовали в разных точках, в разное время, точно зная, где они будут. Но об этой встрече не должны были знать. Никто не мог бы передать эту информацию Империи, потому что никто не знал о ней. Практически никто. Все было слишком хорошо спланировано, чтобы считать, что Империя собрала свои отдельные операции спонтанно. Значит, они должны были знать. Значит, есть какой-то канал, о котором мы не знаем. И мне не нравится не знать.
Он сжал пальцами дюрасталь - дюрасталь оказалась прочнее - заметил, как белеют костяшки и, наконец-то поставив коробочку с данными на стол, поспешно убрал руки за спину.
- То, что я не смог найти аргументов, чтобы отговорить ее, мне тоже не нравится. Но успеть с этим, - кивнул он на стол, - теперь важнее, и, если вы не против, генерал, самобичевание я отложу на потом.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-21 11:51:28)

+2

5

    Дэвитс узнал Мотму из описания Кассиана сразу. По заветной фразе «дала понять, что осознает риски». Обычно она означала, что Мотма собиралась пренебречь здравым смыслом во имя какой-то очередной великой идеи, ударившей ее между завтраком и обедом точно по темечку. Дэвитс Мотму, конечно, уважал, и даже взаимно, но иногда искренне желал, чтобы на ее месте был кто-нибудь, кто умеет делегировать обязанности чуть лучше. Особенно если вместе с обязанностями можно делегировать и непременную часть программы в виде имперского плена.
    Если смотреть на вещи реалистично, то, что описывал Кассиан, нужно было делать не два дня после известия о пропаже, а немедленно, и возможно, еще даже до отбытия Мотмы. Береженого берегли не только и не столько боги разнообразных галактических пантеонов, сколько здравый смысл и толика своевременных решений. Дэвитс уронил взгляд на коробочку. Взгляд был тяжелым, но и коробочка оказалась не лыком шита.
    — Самобичевание не входит в список твоих должностных обязанностей, — заметил Дэвитс.
    Коробочка никак не поддавалась его взгляду, и ее можно было понять: для преодоления трехступенчатой защиты одного тяжелого генеральского взгляда недостаточно, тут нужен как минимум человек, на которого эта защита завязана. Радовало в этом всем только одно — или даже две вещи. Во-первых, Мотма озаботилась сбором данных, которые ей известны, в одном месте, и это значительно упрощало задачу многим людям, включая самого Дэвитса. Вычислять, что конкретно она знала — если в Восстании существовало что-либо, чего она в принципе не знала — было бы занятием крайне долгим. Во-вторых, Дэвитс сразу же задумался, получится ли превратить этот очевидный дефект в виде скомпрометированных каналов связи Восстания в эффект.
    — Кого ждем? — осведомился Дэвитс, когда пауза затянулась. — Открывай, раз уж принес. Полагаю, Мотма не стала бы отдавать ее кому-то, кто не смог бы ее открыть.
    Скомпрометированные каналы связи все не шли у него из головы, и спустя несколько мгновений Дэвитс понял, почему: если предположить, что Империя уже узнала эти коды и уже усиленно слушает их, то это дает им некоторое преимущество. Которое заключается в том, что никакому разведчику и мастеру допроса в здравом уме и трезвой памяти не придет в голову выпытывать у сенатора, не отдавала ли она кому заветных коробочек перед отбытием в плен. Пустить дезинформацию по каналам было бы проще простого. Дэвитс крепко задумался на несколько мгновений, хорошенько сформулировал мысль и отложил ее в сторону.
    Прямо здесь и сейчас, в этом кабинете, открытая коробочка Мотмы ничего им дать не могла. Дэвитс не занимался сменой кодов, явок и паролей лично, этим занималась огромная сеть людей разведки. Поэтому он решил перейти к следующей части кореллианского балета, которой, впрочем, тоже скорее дирижировал, нежели чем занимался лично. Заниматься лично этим, вполне возможно, предстояло капитану Андору. Дэвитс внимательно посмотрел на него, припомнил, как тот вцепился в коробочку Мотмы, прежде чем поставить ее на стол, и решил, что Кассиан не входит в круг подозреваемых. А вот дроида его стоит проверить.
    — На Лотале Мотма называла тебе место и время встречи, когда передавала коробку? — все-таки спросил Дэвитс и прямо посмотрел на Кассиана.

+1

6

- Нет, - сказал Кассиан и, лизнув большой палец, прикоснулся к крышке.
Несколько секунд ничего не происходило, потом послышался тихий щелчок, означавший, что первая ступень защиты пройдена, и на крышке открылся участок для сканирования отпечатков.
- Сенатор сказала только, что это будет на Кореллии. Но она была в униформе младшего офицера Кореллианской транспортной службы - на Лотале - так что догадаться о месте было бы несложно. О более точно месте и о времени она не говорила, а я не спрашивал.
Кассиан понимал, что если в восстании все еще есть чужие люди, то под подозрением может быть кто угодно, и он - в том числе. Во многом по этой причине он не открывал данные от Мон Мотмы сам. Так у него не было бы шанса запомнить их, скопировать, передать или подменить.
После второго щелчка он наклонился и посмотрел на крышку, поискав глазами сканер сетчатки. Крышка отошла и, открыв ее, Кассиан отступил на шаг назад.
- Если я под подозрением, я готов передать текущие дела любому другому оперативнику на время, которое понадобится, чтобы подозрение снять. Или не заниматься сменой кодов и работой с данными сенатора.
Он не думал, что это действительно так, что генерал Дравен и в чем-то подозревает его, но Кассиан, хотя и знал, что его преданность делу обычно никем и никогда не ставится под сомнение, привык к тому, что правила в разведке - одни для всех. И личные отношения, связи, срок службу не мог быть веским оправданием тому, что разведчику, в работе которого сомневались, разрешили работать дальше. С другой стороны, оперативников, как и всегда, у них не хватало, и временами кое-что и правда могли спускать на тормозах просто потому, что всегда следовать протоколам невозможно, а кто-то должен работать.
Ко всему, менять коды было довольно скучным, хотя и полезным делом, и не заниматься этим, а, например, довести до конца дело со взломщицей или искать Мон Мотму Кассиан предпочел бы с куда больше охотой, чем нырнуть в бумажную работу. Об этом вслух он, конечно, не говорил, только смотрел честным взглядом готового терпеливо сносить недоверие начальства во имя Цели офицера.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-21 19:37:11)

+1

7

    Дэвитс внимательно вглядывался в Кассиана. Кассиана Дэвитс знал как облупленного со всех сторон, но по старой привычке решил быть реалистом: порой самые неожиданные люди имели привычку становиться шпионами Империи, а человека более неожиданного, чем Кассиан, в этой роли представить сложно. И тем не менее, подозревать его всерьез Дэвитс не мог, да и не хотел. В конце концов, если Кассиан и был шпионом, то уже наверняка вскрыл коробку до этого и узнал все каналы, которые знает Мотма, но об этом так или иначе узнают и сами имперцы без всякого вмешательства каких-либо шпионов. Мотма была отличным сенатором и неплохим руководителем Восстания, но она не была разведчиком — вряд ли ее болевой порог так уж высок. Иными словами, никакого толка от такого шпиона нет.
    Кассиан в роли толкового разведчика Восстания, нежели чем бестолкового имперского шпиона Дэвитсу нравился гораздо больше, поэтому он остановился на этой мысли и решил больше к ней не возвращаться до следующего прецедента. Следующим, кто волновал Дэвитса, был имперский дроид Кассиана. Когда чему-то поется слишком много настойчивых дифирамбов в каждом отчете, невольно начинаешь сомневаться в их правдивости. Дэвитс уже давно понял, что за дроида Кассиан готов был стоять намертво, но причины такой привязанности до сих пор были ему непонятны и чужды.
    — Твой дроид, — сказал он, придвигая коробочку Мотмы к себе и заглядывая внутрь. Затем пояснил: — Под подозрением не ты, а твой дроид. Ты брал его с собой на Лотал? Он присутствовал при вашем разговоре, вступал в контакт с Мотмой? И прежде, чем ты спросишь — нет. Никаких бластеров в руках имперских дроидов, Совет с ума сойдет.
    Совет действительно сошел бы с ума, если бы кто-то увидел на базе Восстания имперского охранного дроида с бластером в руках. Это в лучшем случае. В худшем случае с ума сошел бы имперский охранный дроид с бластером в руках на базе Восстания. Дэвитс всегда старался давать своим людям как можно большую свободу маневра, как можно большие возможности, как можно большее и лучшее всё, но позволить Кассиану вооружить его дроида не мог никак. Не то чтобы аргументы были недостаточно убедительны; как и всякий стратег, Дэвитс видел большую картину и пренебрегал деталями, считал большие риски и пренебрегал мелкими. Кассиан дожил до двадцати четырех бок о бок с этим дроидом, а значит, в большой схеме вещей бластер не был так уж необходим для выживания Кассиана — и это было единственным, что волновало Дэвитса.

+1

8

- Да, сэр. Я понимаю. В другой раз.
Кассиан кивнул, не вступая в спор. Он уточнял роль Кей-Ту в своих миссиях - кроме той одной, на кладбище, в которой он о роли Кей-Ту умолчал, как мог - вот уже восемь лет, и планировал продолжать делать это и дальше. Даже если это не помогало получить разрешение на бластер, то хотя бы могло переубедить любого, кто решал, что для разведчика имперский дроид - не лучший напарник. Пусть даже он тысячу раз перепрошитый. Про перепрошитость все всегда забывали - вот и генерал Дравен назвал его просто имперским.
Запрет на бластер не был проблемой. Подозрения были. Лицо Кассиана оставалось спокойным, слегка обеспокоенным, но только ситуацией с Мон Мотмой, и ничем иным.
- Кей-Ту не говорил с сенатором, не присутствовал при разговоре, не знает о нем от меня. Я работал тогда один - не люблю брать его на допросы, это немного усложняет задание.
Это усложняло все очень сильно. Допрашиваемые слишком сильно и быстро пугались, или начинали считать все проверкой Империи, или видели в Кей-Ту напоминание о том, что их хозяева и дроиды их хозяев страшнее любых методов убеждения, которые были у восстания. Но решающим было то, что и самому Кассиану так было труднее - при Кей-Ту он начинал думать о том, что, возможно, делает что-то не то, хотя он всегда знал, что и зачем делает, чего стоит информация и почему в некоторых ситуациях оправданы и такие тоже методы. Войны не выигрывают без темных дел и грязных рук. Те, кто говорит иначе, или наивны, или очень хороши в том, чтобы свои руки отмывать начисто.
- Я не хотел бы этого делать, но я могу уступить его для диагностики техникам. В нем нет ни жучков, ни маячков - кроме тех, которые он иногда ставит на цели, перемещение которых я хочу отследить - ни скрытых кодов, ни намеков на нелояльность и нарушение прописанных целей.
Он говорил ровно, хотя ему отчаянно не нравилось то, куда шел этот разговор, и потому Кассиан смотрел на мотмину коробочку, надеясь, что в ней прямо сейчас отыщется что-то достаточно важное, чтобы все свернуло в какую-то совершенно иную сторону.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-24 01:47:34)

+1

9

    Каждый раз Кассиан соглашался и говорил про другой раз, и каждый другой раз Кассиан рано или поздно тоже соглашался и говорил про другой раз. В вопросах имперских дроидов с бластером Дэвитс был непоколебим. Дэвитс был бы непоколебим и в вопросах имперских дроидов рядом с разведчиками Восстания тоже, но здесь на защиту Кассиана в самом начале неожиданно встал Кракен, по совместительству единственный более непоколебимый человек в Восстании, чем сам Дэвитс. А также его непосредственный начальник.
    Дэвитс вгляделся в лицо Кассиана, чуть обеспокоенное, но вполне обычное, и вслушался в его слова, чуть встревоженные, но тоже вполне обычные. Кей-Ту ничего не знал, или во всяком случае так считал сам Кассиан. При всем доверии, которое Дэвитс испытывал к нему как к оперативнику, подобного доверия к его дроиду за Дэвитсом не водилось. Имперские дроиды, даже перепрошитые, всегда оставались риском, и Кассиан зачем-то предпочитал брать огромный персональный риск с собой везде и всюду, где это было уместно. И где это было неуместно, тоже, но об этом все стороны как правило вежливо молчали.
    — Это решат техники, — отрезал Дэвитс. — Выйдешь отсюда — отведешь дроида к ним.
    Особенно в словах Кассиана ему не понравилось это «уступить». Уступать собственность Восстания Восстанию — это тревожный звоночек, особенно если эта собственность — это дроид, а привязываться к дроидам, когда они представляют собой потенциальную опасность как для одного отдельно взятого разведчика, так и для всего Восстания в целом, очень плохая идея. Дэвитс отметил для себя этот момент, но не стал развивать тему. Коробочку Мотмы, внимательно осмотрев внутренности, он тоже временно отставил в сторону и сложил руки на столе.
    Вопрос с возможным кротом так просто решить было невозможно, и Дэвитс это понимал. Однако проверить дроида все равно стоило, хотя бы ради того, чтобы ему было, чем тыкать в лица Совету на очередной встрече, если вдруг зайдет разговор. Проверять Кассиана Дэвитс не планировал, проверять людей Кассианом — пока что тоже. Ситуация была самого неприятного характера, и сначала ему требовалось хорошенько все обдумать.
    — «Танити», — сказал Дэвитс, хотя больше хотелось вздохнуть. — Пять тысяч кредитов сверх уже потраченных двух.
    Больше, чем вздохнуть, хотелось только спросить, зачем. Зачем Кассиан договорился с непонятным, неподтвержденным исполнителем вместо того, чтобы вернуться на базу с документами и воспользоваться силами Восстания для их дешифровки или для того, чтобы достать к ним ключ. Код RT.21.4 — это интересно, но недостаточно срочно, чтобы тратить деньги Восстания подобным, по мнению Дэвитса, достаточно беспечным способом.
    Единственная позитивная сторона этого договора — это тот факт, что пять тысяч кредитов Кассиан «Танити» еще не заплатил, а значит, финансы Восстания еще можно было спасти от вопиющей растраты в интересах третьих лиц. Дэвитс помолчал немного и решил, что аргументы Кассиана из отчета не звучат как достаточные.
    — По какой причине ты принял решение тратить деньги Восстания на обеспечение этой «Танити» безбедной жизни, в то время как у нас есть все человеческие ресурсы, чтобы достать ключ самостоятельно? — Дэвитс смотрел прямо и ожидал какого угодно ответа, вплоть до «у нее были красивые ноги», но заранее подозревал, что Кассиан постарается придумать нечто более сложносочиненное. Мало кто имел привычку сознаваться в своих слабостях в таком молодом возрасте.

Отредактировано Davits Draven (2018-04-26 04:07:43)

+2

10

- Да, сэр.
Спорить Кассиан не стал. Да и все равно генерал делегировал решение техникам как самым компетентным в теме сотрудникам базы. Они ничего не найдут, потому что находить нечего, и все снова вернется на круги своя: Кассиан будет писать в отчетах о бластере, генерал будет его ходатайства отменять, и этим все и будет заканчиваться.
Кассиан понимал, что генералу Дравену, возможно, не нравилось что-то в Кей-Ту, но обычно он считал это даже чем-то неплохим. Хорошо осознавая, что он мягко говоря не отличается беспристрастностью, когда речь идет о его дроиде, Кассиан не делал с этим в основном потому, что считал, что это нисколько не мешает его работе. Даже наоборот, потому что выполнять свои обязанности мертвым ему было бы много труднее, а именно мертвым он и был бы без Кей-Ту, и уже довольно давно. Предубеждение же генерала симпатию Кассиана как-то уравновешивало. Все было хорошо.
Вот и теперь разговор закончился. Кассиан ждал, что они и дальше станут говорить про Мон Мотму, но вместо этого генерал вспомнил о взломщице.
- Она... Так у меня была уверенность в том, что она не попытается меня продать. Так никто не узнает, что ключ и сам документ есть у нас. Так...
Он мог бы выдумать и другие аргументы. Но Кассиан, как часто в подобные моменты, вспомнил о том, что генерал был не намного старше его теперешнего возраста, когда его занесло на Фест, а вынесло оттуда с живым человеческим ребенком. Так что это был отличный возраст для сомнительных решений - с ребенком же все обернулось, в конце концов, очень даже хорошо.
- Она очень интересно и странно говорит. Я подозреваю, что она может быть связана с радикальными повстанцами, хотя идейной не выглядит. Или с контрабандистами. Или с кем-то еще, кто может быть нам полезен. И она наверняка стоит таких денег. Я почти уверен в этом.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-26 10:52:16)

+2

11

    Кассиан выложил два драгоценных аргумента и споткнулся на третьем, видимо, не таком драгоценном. Дэвитс продолжал смотреть. Если достаточно долго смотреть на человека, который только что замолкал, он рано или поздно начнет говорить вновь — уже хотя бы для того, чтобы выяснить, не парализовало ли его собеседника в столь неудобной позе. Трюк работал практически безотказно, стоило запастись нужным количеством терпения. Сработал он и на Кассиане.
    Стоило ему открыть рот и произнести первые слова нового аргумента в пользу растраты финансов Восстания, как Дэвитс понял: всё пропало. В его голове мгновенно нарисовались лица Совета, когда он будет объяснять им, что Восстание потратило пять тысяч кредитов на девушку, которая показалась одному из разведчиков «интересно и странно говорящей». Картинка была как живая. Дэвитс не шевельнулся. Это был подвиг: очень хотелось приложить руку к лицу и не отнимать ее больше никогда.
    С одной стороны, он и сам когда-то был двадцати четырехлетним молодым человеком, сталкивавшимся с самыми разнообразными барышнями самого разнообразного поведения в самых разнообразных ситуациях. С другой стороны, он никогда не позволял себе тратить на них больше двух тысяч кредитов, и уж тем более — из казны Восстания. Аргументы Кассиана звучали как что-то, что он выдумал только что, и это отнюдь не добавляло им веса. Дэвитс позволил этой мысли показаться на своем лице достаточно отчетливо, чтобы Кассиан мог рассмотреть ее в деталях.
    — Тебе не приходило в голову, что так она может не только продать тебя, но и заработать на тебе — и Восстании вместе с тобой — а заодно, вполне вероятно, и на заказчике документа, если вовремя обронит ему пару слов о том, с кем столкнулась в архиве?
    Вопрос был риторическим и повис в воздухе особенно тяжело. Удивительно, как человек вроде Кассиана, служивший в разведке уже не первый год, до сих пор не понял, что честных людей в галактике чрезвычайно мало, и их запас уменьшается гораздо быстрее, чем восполняется. Удивительно, как человек вроде Кассиана, чьи задания порой включали встречу с информаторами и их последующую ликвидацию в целях предотвращения утечки информации, не задался этим простым вопросом. Удивительно, что Дэвитсу пришлось озвучить его вслух. Столько удивительных вещей одновременно не происходило в этом кабинете уже очень давно.
    — Не приходило, — на всякий случай Дэвитс озвучил ответ на свой риторический вопрос. — Я не могу выдать тебе пять тысяч кредитов на девчонку, о которой ты подозреваешь, что она связана с кем-то еще, и о которой почти уверен, что она стоит этих денег, только потому, что она интересно и странно говорит. Таких интересно и странно говорящих в каждой кантине по десять штук, и дешевле, — жестко закончил свою мысль он. Замолчал.
    Оставлять дело с этой «Танити» просто так тоже было нельзя. В идеальном мире, где у Дэвитса было достаточно людей, он бы отправил на эту встречу другого человека с приказом ликвидировать потенциальный риск утечки информации. Впрочем, в идеальном мире у Дэвитса вообще не возникло бы такой проблемы, потому что в идеальном мире двадцати четырехлетние разведчики были благоразумны и не сталкивались со всякими «Танити» в имперских архивах. Вопрос о том, как вообще возможно столкнуться с другим взломщиком в имперском архиве, Дэвитс решил не задавать. Дело уже было сделано, и Кассиан уже установил с ней контакт, и других людей у Дэвитса не было. Он нахмурился.
    Сборник анекдотов медленно, но верно превращался в трагикомедию в трех актах, где они с Кассианом разыгрывали второй. В конце пьесы главный герой вербовал «Танити» в Восстание, и все жили долго и счастливо, и свергали Империю с восьми до шести каждый будний день. А пять тысяч кредитов благополучно возвращались в казну повстанцев. Дэвитс нахмурился так сильно, что его лицо стало очень сложным.

Отредактировано Davits Draven (2018-04-26 04:46:21)

+1

12

Генералу его ответы не нравились. Насколько именно, было написано на его лице на бейсике и переведено на все известные Кассиану языки. Возможно, еще на двоичный, жестовый, никак не дававшийся йузз и на узелковое письмо. Лицо генерала в такие моменты было удивительно выразительным, и Кассиан подозревал, что так он компенсирует все те моменты, когда работал в поле, и демонстрировать свои чувства настолько свободно не мог.
Кассиану хотелось вздохнуть, но это не было приемлемым ответом на критику начальства, а потому он не стал.
- Она не знает, с кем столкнулась в архиве, - терпеливо объяснил он. - Среди ее предположений был, конечно же, правильный вариант, но он не единственный, подтверждать его ей нечем. Я никогда не поставил бы Восстание под угрозу.
Рисковать собой Кассиан считал своим естественным правом. Хотя он и решил, что отдаст жизнь Восстанию и победе Альянса, хотя и знал, что то, что он делал, пусть и не было громким и заметным, было важным, это все же была его жизнь. И его решения, пока они не вредили и не угрожали другим или работе, были его решениями.
- Хорошо. На что или кого вы можете выдать мне эти деньги? На каких условиях я смогу их получить? Я хочу продолжить это дело, сэр. Осознаю риск, осознаю, что это может быть пустышкой - но все равно хочу. Если эти деньги пропадут, я сделаю все, чтобы их вернуть или восполнить урон.
Ему хотелось добавить "пожалуйста", но Кассиан знал, что просьбы не сработают. Сработали бы аргументы, но его аргументы сегодня не работали с генералом, и сложно было представить, что это сейчас изменится.
- В любом случае - она знает обо мне, и оставить дело вот так не получится.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-26 22:03:54)

+2

13

    Если бы она знала, с кем столкнулась в архиве, тебя бы здесь уже не стояло, подумал Дэвитс. Скорее всего, Кассиан стоял бы где-то в другом месте галактики со снайперской винтовкой и готовился ликвидировать свой прокол максимально эффективно, чисто и быстро.
    «Танити» знала одну из подставных личностей капитана, и несмотря на то, что это давало Восстанию некий уровень защиты от дурака, подозревать во взломщиках имперских архивов дураков Дэвитсу было несвойственно — иначе таких дураков у него был бы полный отдел. Стремление некоторых людей окружать себя идиотами он не разделял. Кассиан считал, что подтверждать правильный вариант «Танити» было нечем. Дэвитс считал, что для человека, который таскает с собой по галактике перепрошитого имперского дроида, Кассиан чересчур уверен в собственной ординарности и обычности. Тех, кто чересчур уверен в чем-либо в поле, рано или поздно настигала кара. Ставить Восстание под угрозу осознанно Кассиан, конечно, не стал бы, здесь Дэвитс ему верил. Но иногда он делал это неосознанно и притом чудовищно успешно.
    Дэвитс откинулся на спинку кресла и как мог разгладил лицо обратно. Морщины его не волновали, но вот мимические мышцы уже начинали уставать. В отличие от дюрасталевых шпал, сложные выражения лица не имели на Кассиана особого эффекта, как Дэвитс выяснил эмпирическим путем еще тогда, когда не был генералом. Обещание Кассиана звучало искренне, но искренность не котировалась во внутренней корреспонденции Восстания, когда вопросы касались кредитов. Ничто не котировалось во внутренней корреспонденции Восстания, когда вопросы касались кредитов. Там, где у разведки была цель потратить во благо, у бухгалтерии была цель сохранить, не давать и не пущать растрачивать нажитое непосильным трудом.
    — Нет таких условий, при которых я могу просто выдать тебе эти деньги. Я посмотрю, что я смогу сделать, но это не обещание, и на твоем лице я не должен сейчас читать надежду, — Дэвитс строго посмотрел на лицо Кассиана, отпугивая с него всякую надежду. — Далее. Это дело не должно пересекаться с первостепенными задачами. Как только мы узнаем, где находится Мотма, доставать ее из закромов Империи отправишься ты и этот твой дроид, если техники ничего не найдут. Что касается девицы. Разузнай, насколько верны твои подозрения. Я не могу позволять тебе бегать по галактике в рабочее время и тратить кредиты Восстания зря, — сказал Дэвитс тоном, подразумевавшим, что Кассиан сам в ответе за то, чтобы превратить «зря» в «полезную для Восстания возможность», и у него есть для этого некоторое время. — Прощупай почву; если можно ее завербовать, если она будет полезна нам — завербуй. Если нельзя — убедись, что тебя невозможно отследить до Восстания, и что она не сольет какую-либо информацию о тебе третьим лицам. Твоя уверенность в собственной скрытности, когда рядом с тобой круглосуточно ошивается перепрошитый имперский дроид, похожа на признак умственной отсталости. Я не хочу, в случае твоего провала, видеть его в списке причин и объяснять эту причину Совету или даже генералу Кракену.

Отредактировано Davits Draven (2018-04-28 03:51:22)

+2

14

Надежда на лице Кассиана не читалась. Генерал ничего не обещал, но но даже когда он брался на что-то посмотреть и что-то попытаться сделать, это значило, что хотя бы часть энергии, умения убеждать и упрямства генерала, который в такие моменты бывал неудержим, страшен и деликатен, как имперский шагоход, пойдет на решение нужного Кассиану дела. Если за это генерал Дравен не хотел видеть на его лице надежду - что ж, это было совсем маленькой платой.
Но и без надежды он был рад: хотя бы одну его просьбу одобрили. Ему предстояло заниматься Мотмой, и пока что это "заниматься" сводилось к "доставать", что уже было чем-то хорошим. Это могло измениться, Кассиан с самого начала стал готовить себя к тому, что речь может пойти о ликвидации. Это было главной причиной, по которой он попросил задание - он думал, что так хотя бы сможет уменьшить количество страха и боли, которое придется испытать сенатору, так сможет узнать и запомнить ее последние слова, поручения - сделать больше, чем делалось в таких случаях обычно.
Кей-Ту тоже оставался с ним. Конечного, генерал ставил рядом с техниками "если", а не "когда", как сам Кассиан, но главным же был результат. Даже взломщицей он мог бы заниматься дальше, хоть пока и без денег.
Словом, хотя лицо у него и оставалось спокойным, довольно пустым, голос был довольным - и его скрывать Кассиан не собирался.
- Как только у нас будет информация о сенаторе, я отложу все, и отправлюсь к ней. И в свободное время, пока я дома, я просмотрю данные, которые у нас могут быть по перемещениям за последние несколько лет. Я думаю, этим именем взломщица пользовалась не первый раз. Возможно, так я найду что-то, что обоснует мой интерес чем-то большим, чем просто чутьем. Если я пойму, что я раскрылся больше, чем мог бы, я устраню эту проблему, сэр. Вам не придется об этом волноваться - это моя ответственность. Ну, кроме денег, - исправился Кассиан. - С этим я ничего не могу сделать. И не буду - без вашего разрешения.
Хотелось поблагодарить, но это могло бы только подчеркнуть, что рядовой рабочей эту ситуацию назвать нельзя, и разрешается она в основном на доверии. а не на веских доводах. Потому Кассиан только сказал:
- Как вы и сказали, я отведу Кей-Ту к техникам, как только мы договорим. Я скажу, чтобы о результатах проверки вам сообщили незамедлительно.

0

15

    Существовали две вещи, которые Дэвитс Дравен знал даже чересчур хорошо: чутье разведчика и ошибку разведчика. Одно нередко шло бок о бок с другим, а порой одно и вовсе заканчивалось другим, а чем заканчивались ошибки разведчиков, знал каждый разведчик, хоть раз выходивший на миссию. Пока Совет обсуждал дела Восстания, торжественно стоя вокруг голостола в белых одеяниях, разведка делала свое дело. Иногда это дело включало ликвидацию отдельных винтиков разведки. Дэвитс смотрел на Кассиана и пытался определить, воспользовавшись тем самым чутьем, насколько тот близок к своей ошибке. Ошибки у разведчиков как правило были единственными. Гораздо реже — неповторимыми.
    Дэвитс приготовился отпустить Кассиана, но перед этим подтянул к себе его отчеты и пробежался по ним глазами еще раз. Строчки были ему знакомы как Манифест Восстания, разве что отличались от него гораздо большим градусом практической полезности. Нижние уровни Корусанта, Черное Солнце, сенатор Органа, кто-то, кто имеет доступ к нашей внутренней операции.
    — Сэн Харпер. Он не сдавал никого из своих, не так ли.
    Дэвитс постарался припомнить тот отчет Кассиана о проделанной работе, но с тех пор прошло уже две недели, а за две недели через его руки прошло много отчетов, и запоминать их все было долго и ненужно. Они поймали одного крота, но при этом где-то, как верно заметил Кассиан в отчете, все еще оставался другой, и этот другой может стать причиной ликвидации Мотмы, если дела обернутся совсем плохо. Дэвитс отложил бумаги в сторону.
    — Отправишься смотреть на данные о перемещениях — составь мне таблицу тех, кто был на базе за последний месяц. И проанализируй, кто и как часто ошивался рядом с Мотмой. Мы не можем разбрасываться такими людьми направо и налево. Свободен.
    Кто бы ни ошивался рядом с Мотмой, они найдут этого человека, и у Дэвитса будет с ним отдельный разговор весьма неприятного характера. Тон его звучал спокойно, но спокойный тон в случае с ним был звоночком даже более тревожным, чем стал бы крик; кричал Дэвитс редко и в исключительных ситуациях, которые быстро проходили, а вот спокойный тон означал рабочее настроение. Часть работы Дэвитса в свое время заключалась в ликвидации и допросах неугодных людей — те навыки, которые, получив единожды, не забываешь уже никогда.

Отредактировано Davits Draven (2018-04-28 04:29:38)

+1

16

Кассиан покачал головой. Сен Харпер никого им не сдал, и Кассиан был уверен, когда заканчивались, что сдавать некого, что он был единственным кротом. Теперь выходило, что он ошибся - ну или что корты не знали один про другого. Второе было опаснее для восстания, первое сильнее уязвляло. Вины Кассиан не чувствовал - что сделано, то сделано, что нет - то нет. Теперь важнее было исправить последствия. Тем более, что в голосе генерала разочарования или упрека не было - только обещание очень занимательного времени, когда они выясняют, кто второй крот.
А они выясняют - они всегда выясняли такие вещи, и в том, что смогут и на этот раз тоже, Кассиан не сомневался ни минуты.
- Эта Танити будет хорошим прикрытием, - кивнул он. - Основным заданием я займусь тихо, чтобы крот пока еще не знал, что им заинтересовались и ищут. Обо всем, что я найду, я буду сообщать вам. И, - обычно Кассиан не проговаривал такие вещи - разведчиков было слишком много, миссий еще больше, и потому полевые агенты были, возможно, самыми автономными членами Альянса, порой откровенно пользуясь своими широкими и размытыми границами дозволенного. Размытыми они были только до определенной черты, и Кассиан эту черту чувствовал хорошо. Сейчас он был к ней близок, - я воспринимают этот разговор как разрешение заниматься дальше делом Танити. Когда она свяжется, я отвечу на сигнал и отправлюсь к ней на встречу - с деньгами или без них, если к этому моменту место, где держат Мон Мотив, будет нам все еще неизвестно.
Кассиан взял короткую паузу, которой хватило бы на отрицание, потом кивнул, не сдержав улыбку.
- Спасибо, сэр. Я буду держать вас в курсе моих расследований.

Отредактировано Cassian Andor (2018-05-02 20:58:49)

+1


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [07.II.02 BBY] Сколько?!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC