Star Wars Medley

Объявление

03.09.2018 Nota Bene о небольшом дополнении матчасти про Орден Рен.

01.09.2018 Короткие новости о правилах проставления дат в названиях эпизодов
и о большом мастерском апдейте
о сюжетных событиях.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Оби-Ван Кеноби, Бэйз Мальбус, Тайко Селчу
Кип Дюррон, Фазма, Пейдж Тико

Всего лишь необходимо стать великим махинатором. Для сына Хана Соло это
не проблема. Проблема в том, что Кайло
не хочет быть вторым Ханом Соло.
Kylo Ren

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [01.IX.06 BBY] You had one job, kid


[01.IX.06 BBY] You had one job, kid

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://78.media.tumblr.com/8eedf8194f30d33c50d98d22256b7092/tumblr_p0ibg0qlgx1qcvqsto1_540.gif

Cassian Andor, Davits Draven (NPC)

Время: 01.IX.06 ДБЯ, сразу после He means well [01.IX.6 BBY]
Место: база Альянса
Описание: как мастерски уничтожить целый имперский флагман вместе со всей командой, и при этом все равно провалить миссию. Мастер-класс от Кассиана Андора. Акт второй.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-17 23:57:26)

0

2

Говорить с ним - или, скорее, распекать или, может, даже оглашать решение - предстояло генералу Дравену. Кассиан привычно вытянулся перед ним. Не только потому, что так надо - перед ним Кассиану всегда хотелось быть выше, лучше, умнее. Он смотрел прямо, хотя впервые после возвращения ему хотелось опустить взгляд. Кассиан подвел командование и свой департамент, но это было не так важно, ведь он помог их людям, сохранил базу, защитил ресурсы Альянса, включая себя. Но генерала он тоже подвел - и это ему крыть было нечем.
Кассиан повторил про себя то, о чем говорил с Кей-Ту, одновременно уговаривая себя, что ликвидация - это не так уж и страшно, есть смерти и похуже, он видел, он знает. Но все равно он сбился со всего этого, когда посмотрел на генерала Дравена и увидел, что у того стало меньше волос, что седина в них просматривалась чуть лучше.
Семь месяцев прошло, напомнил себе Кассиан. Семь месяцев - долгий срок, особенно когда в подчинении у тебя агенты вроде него.
- Генерал Дравен, лейтенант Андор докладывает о прибытии по вашему приказу.
Он осторожно посмотрел на генерала - и опять прямо. И снова. и еще раз, украдкой. Но все никак не мог прочитать по лицу того, что его ждет.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-08 22:16:00)

+1

3

    Семь месяцев — это достаточно долгий срок, чтобы втереться кому-то в доверие. В то же время, семь месяцев — это недостаточно долгий срок, чтобы выполнить то задание, которое было возложено на Кассиана, поэтому тот факт, что он стоял перед Дэвитсом и «докладывал о прибытии», скорее разочаровывал, чем радовал. Точно так же, как и отчет скорее разочаровывал, чем радовал. Сегодня все скорее разочаровывало, чем радовало Дэвитса, и он никак не мог найти способа это исправить.
    Что-то уже давно подсказывало Дэвитсу, что чтобы радоваться, а не напрягаться, следовало первым же шаттлом дезертировать из Альянса в сторону любой попавшейся достаточно зеленой и достаточно теплой планеты, а там забиться в самый дальний угол и возделывать землю. Или разводить пчел. Вместо этого Дэвитс, очевидно, разводил идиотов, и теперь настало время пожинать урожай их поступков.
    — Имперский флагман «Опустошитель», — медленно сказал Дэвитс, роняя датапад на стол, и сложил руки на груди. С Кассианом он говорил стоя, потому что всегда и со всеми в таких случаях разговаривал стоя. — Уничтожен, — припечатал Дэвитс.
    Согласно данным и присутствию Кассиана на базе, несколько месяцев скрупулезного сбора информации, тренировочных сессий с Кассианом, подделки документов, создания истории, внедрения, служения на борту — все отправилось сарлакку в пасть. Все утро Дэвитс потратил на то, чтобы хоть как-то сориентироваться в случившемся и понять, как это можно использовать в целях повстанцев. Параллельно с этим он приложил все усилия, чтобы информация не ушла дальше разведки: командованию пока что необязательно знать о том, что один крайне деятельный парень уничтожил месяцы чужих трудов и львиную долю стратегически важных перспектив и возможностей по одной Силе известной причине.
    Дэвитс, конечно, мог просто заключить, что Кассиан действительно не отличался умом и сообразительностью, но это было не в его привычках. Если достаточно долго работать в разведке, жажда докапываться до истины и выверять информацию въедается под кожу. Дэвитс работал в разведке столько, что порой сам не верил, что до сих пор жив — и даже собрался кого-то отчитывать за то, что тот жив тоже.
    — Рассказывай, — наконец, сказал Дэвитс.
    Ничто в его лице не выдавало ни осуждения, ни заинтересованности, ни горечи, ни злости — ничего. Только глаза смотрели внимательно, цепко, проницательно. Сколько таких мальчишек и девчонок стояло перед Дэвитсом за последние несколько лет — не счесть. Разведчики неверно оценивали ситуацию, оступались, принимали ошибочные решения, пугались, наконец, говоря по-простому — лажали. Ситуации бывали разными, проколоться можно было на любом задании, в любой точке галактики, даже под самым надежным прикрытием. Задача Дэвитса всегда оставалась одинаковой.
    Определить, кто перед ним стоит: разведчик, дезертир или враг.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+1

4

Больше всего Кассиана удивляло то, что Кей-Ту оказался прав. Потому что "Уничтожен" в словах генерала действительно не звучало как восхищение или признание заслуги, а только как провал, сильнейший промах, отмываться от которого придется долго. И потому что версия событий ему и правда была нужна - ее хотели услышать прежде, чем что-то решать.
Последнее, впрочем, не было чем-то неожиданным. Его всегда слушали, как и отчеты его всегда читали. Кассиан знал, что, что бы он ни делал - это всегда влияет на то, чем есть и будет восстание, выживет ли оно и что будет делать дальше. Знал, что, хотя у восстания и нет какого-то единого лица, важные решения принимаются трудно и вокруг всегда много - слишком много - обсуждений, его голос в этом многоголосии услышат.
Просто были иногда моменты, когда ему не хотелось говорить. И это был один из них.
- Да, сэр, - сказал Кассиан, давно знавший, что далеко не все, что хочется, может быть достижимым.
- Последние семь месяцев я был личным помощником адмирала Грендрифа, как и требовалось для задания и выполнял миссии для восстания. Большая их часть описаны в отчетах, которые я передавал, когда я их передавал.
Про меньшую часть он не говорил. Про меньшую часть никогда не говорили, это были такие задания, которые просто выполнялись, а потом о них никто никогда больше не вспоминал.
- Так продолжалось, пока на имперскую тайную базу, где я находился, не доставили пятерых пленных членов Альянса. Во время допроса они выдали информацию о нашей базе в системе Исида. Она важна, - он смотрел прямо, удерживаясь, не отводя взгляд вверх и в сторону, хотя и не придумывал сейчас, а вспоминал точно то, что сегодня уже говорил Кей-Ту, - Эта база играет важную роль при транзитных перемещениях и станет ключевой для управления и координации работы восстания в случае, если при отступлении на новую базу мы вынуждены будем разделиться по отделам. Я не мог сообщить об этом и, исходя из того, что база важна, принял решение действовать. Я рекрутиловал себе в помощь пленных повстанцев, и...
Кассиан выдавил из себя еще несколько фраз, сжато дошел до того, как Джорес Суорд, которым он был, умер, а Кассиан Андор, которым он снова стал, вернулся домой. Уверенность, которая с самого начала звучала в его словах - Кей-Ту наверняка был бы доволен - сменилась другой - уверенностью в том, что он поступал так, как не должен бы.
Кассиан не хотел, чтобы его ликвидировали, а Кей-Ту отправили в утиль или и правда переписали и выдали бы в компаньоны кому-то еще, стерев и сарказм, и способность спорить, и привычку считать вероятности смерти при любом удобном поводе. Но история все еще не звучала, как полная правда, а неполная правда, часто и широко применяемая Кассианом в работе, слишком сильно звучала, как ложь. Врать кому-то еще он был смог, наверное, если бы ему пришлось. Но генералу Дравену он просто не врал - никогда. И не был уверен в том, что стоит начинать - теперь, так, ради того, чтобы защитить собственную шкуру.
- Этой версии я буду придерживаться, генерал, - сказал Кассиан, сглотнув слюну. - В случае официального дисциплинарного разбирательства - если оно будет. Если это уже не оно. Но... вам я не могу и не хочу врать. Все было не совсем так. Простите.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-08 18:42:32)

+1

5

    Дэвитс так и стоял, не меняя позы, пока слушал, и не сводил с Кассиана цепкого взгляда. Удивительно, как простой визуальный контакт способен заставить людей вести себя совсем по-другому. Разведчиков, разумеется, тренируют врать, недоговаривать — на этом зиждется вся их профессия, все их выживание. С годами научаешься не только лгать, но и видеть, когда лгут и недоговаривают — если научаешься достаточно хорошо, есть шанс дослужиться до чего-то, кроме полевой работы. Если Кассиан был разведчиком Альянса в стане Империи, то сам Дэвитс был разведчиком в стане разведчиков.
    Кассиан не договаривал. Достаточно искусно, чтобы на это купился имперский офицер или даже адмирал, как, безусловно, семь месяцев покупался на него адмирал Грендриф. Но недостаточно искусно, чтобы обмануть или сбить со следа, запутать большим количеством информации человека вроде Дэвитса — который помнил Кассиана еще желторотым юнцом, от статуса которого тот, сказать по чести, недалеко ушел и сейчас.
    Картина выстраивалась занятная. Кассиан самовольно решил саботировать собственную работу ради горстки повстанцев, которым не повезло оказаться не в том месте не в то время, и базы, которую можно было бы отдать врагу и не понести колоссального урона. Каждая база, разумеется, была на счету, но в большой схеме вещей всегда приходилось чем-то жертвовать, чтобы получить что-то взамен — и жертвовать умно. Дэвитсу приходилось напоминать окружающим об этом практически на ежедневной основе; Альянс на две трети состоял из людей, которые хотели стать героями галактики и спасти всех, и лишь на одну — из тех, кто понимал, что героями устлано кладбище.
    Кассиан нервничал, но все-таки сознался: это просто версия, которую тот собрал из деталей событий явно на скорую руку, чтобы было, что отвечать. Дэвитс смотрел на него хмуро.
    — Ты понимаешь, что твои извинения не вернут тебя на борт «Опустошителя», где ты и должен быть сейчас вместо того, чтобы рассказывать мне версии событий, которых не должно было произойти, — Дэвитс не любил сослагательное наклонение, все эти «должно было» он оставлял любителям демагогии, а сам предпочитал заниматься делом. Однако в качестве воспитательного момента это срабатывало хорошо. — Твои извинения не компенсируют месяцы чужой работы, сбора данных, твоих тренировок, внедрения, той работы, которую ты мог бы сделать на благо Альянса, если бы умел следовать выданным инструкциям. Напомни мне, какое у тебя было задание.
    Дэвитс прекрасно помнил задание Кассиана, он ознакомился с ним еще раз перед этой встречей, оно высвечивалось на экране датапада до того, как тот погас за время рассказа Кассиана. Из всего, с чем разведчикам приходится иметь дело в их и без того непростой работе, сложнее всего — Дэвитс знал на собственной шкуре — было придерживаться задания даже в самые непростые, двусмысленные моменты. Всегда выбирать задание, когда второй вариант — это жизнь друга, соратника, товарища. С этим уроком рано или поздно сталкивался каждый разведчик, кто-то, кто был жестче, проходил его без особых проблем. Кто-то, как Кассиан, запинался о него.
    Жертвовать сложно. Жертвовать людьми, жертвовать целыми базами, системами, секторами порой. Но это необходимо. Невозможно построить восстание на надеждах и громких словах, и геройских поступках раз в десятилетку; восстание — это труд, работа, это выбор жертвовать всем, включая себя и свою совесть, и тот, кто не умеет делать этот выбор, кто не способен договориться с собой на этот счет — ему лучше уйти, пока не поздно. Потому что дальше будет только сложнее.
    Жаль, что если Кассиан все-таки не поймет, то просто отпустить его Дэвитс не имеет права.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-11 01:39:43)

+1

6

Генерал Дравен на самом деле не спрашивал - да и вопросительных интонаций в его голосе не было. Он констатировал факт, наверняка зная, что Кассиан и правда понимает, и что извинение никак делу не поможет. Этому он научился довольно рано: то, сожалел он о чем-то или нет, всегда было не таким же важным, как последствия. С ними, а не со своим сожалением, и приходилось разбираться.
Про дисциплинарное разбирательство было все еще непонятно - оно это или нет? Было всегда два существа в Альянсе, которые умели так держать Кассиана в неведении и так заставлять волноваться о том, что он сам считал однозначным и правильным - генерал Дравен и Кей-Ту. И генералу для этого даже смотреть не нужно было, а тем более вслух говорить о том, что если и не все органики, то этот конкретный, стоящий перед ним, разумностью не отличается - у него это хорошо читалось во взгляде.
И он все еще не говорил, только узнавал, так что строить предположения Кассиану было не на чем. Вести разговор по наиболее удачному пути - тоже.
- Оставаться на базе или на "Опустошителе" достаточно долго. Передавать информацию, когда я буду уверен, что она важна, а факт передачи не выдаст меня. Передавать имена ученых Империи, которых можно попытаться завербовать. Самому вербовку проводить не пытаться, ничем не ставить под сомнение свою лояльность режиму. Налаживать связи со всеми, кто покажется мне или базе достаточно полезным в будущем. Ликвидировать документы и, иногда, людей, обставляя это как несчастный случай или неосторожность, чрезмерное старание во время допросов. Выполнять другие поручения базы. Зародить незначительный конфликт с адмиралом, незаметно его подогревать и эскалировать. Использовать его как повод уйти с должности в отставку, когда поля для работы не останется - ориентировочно через полтора-два года после начала миссии. Использовать созданную личность Джореса Суорда в дальнейшей работе, пользуясь ее хорошей основой, общеизвестным вспыльчивым характером адмирала, налаженными связями и заработанной репутацией лояльного способного человека, который все еще поддерживает Империю, но из-за неудачного стечения обстоятельств больше не служит в ее рядах.
Если Кассиан сначала и не понимал, зачем он все это говорит - что его задание записано и вряд ли забылось, он не сомневался - то теперь это было понятно - в его задании не было ничего, даже намека на то, что он сделал. Его дела были плохи.
- Я осознаю, что главную часть - личность, которую можно использовать в будущем, много лет, не вызывая подозрений - я не выполнил. Провалил, - выбрал другое слово Кассиан. - И осознаю, что, скорее всего, не смогу исправить последствия того, что сделал, в полной мере. И я, - он уже не отвечал на вопрос, потому, скорее всего, ему стоило бы замолчать, но он все равно продолжил, - я готов отвечать за это. Но только...
Был хороший момент, чтобы попросить не ликвидировать его, но после того, что он сказал, это выглядело бы как что угодно, но не готовность отвечать. Потому Кассиан только сильнее выпрямился:
- Нет. Это все, сэр.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-11 17:55:19)

+1

7

    Кассиан прекрасно помнил свое задание тоже и озвучивал его с надлежащей точностью и четкостью формулировок: оставаться, передавать, налаживать, ликвидировать, выполнять, использовать — в нем не было ни слова о героизме или спасении кого-либо. Тем более о спасении настолько грандиозном, что оно эффективно уничтожило всякую возможность оставаться, передавать, налаживать, ликвидировать, выполнять и использовать вместе с личностью Джореса Суорда.
    Единственное, что безусловно обрадовало Дэвитса, Кассиан осознавал, какая часть задания была, пожалуй, одной из самых важных. Все это затевалось ради Джореса Суорда — эффективного прикрытия в рядах Империи, благодаря которому можно было бы многие годы с ювелирной точностью мешать ее планам в нужном месте в нужный момент и не вызывать ни малейших подозрений. Дэвитс очень не любил сослагательное наклонение. Обычно оно означало, что кто-то провалил свою миссию.
    Этот кто-то с пылом, свойственным исключительно юным впечатлительным личностям, едва разменявшим второй десяток, заверил его только что, что готов отвечать. А потом выпрямился так, будто не взорвал, а проглотил несчастный «Опустошитель», так что тот встал в распорку внутри. Дэвитс не знал наверняка, что должно было последовать за этим «но только», но догадаться было не так уж и сложно. Испуганных, но старательно прячущих это мальчишек он перевидал достаточно.
    — Итак, ты прекрасно помнишь свое задание, осознаешь все последствия, и у тебя даже есть версия, которой ты собираешься придерживаться, - констатировал Дэвитс все тем же нечитаемым тоном.
    Где именно Кассиан предполагал придерживаться своей версии, учитывая, что Дэвитс — первый и последний человек на базе, с кем он будет разговаривать про эту миссию, оставалось сплошной загадкой, но это было неважно в рамках воспитательной беседы. А беседа грозила вот-вот стать чрезвычайно воспитательной. Дэвитс все-таки склонялся к мнению, что Кассиан — разведчик, и он поймет.
    — Значит, есть и другая версия, которой ты придерживаться не собираешься. Правдивая.
    Дэвитса так и тянуло вздохнуть и велеть Кассиану уже перестать изображать из себя дюрасталевую шпалу, но многолетний опыт работы с юнцами подсказывал ему, что иногда лучше оставить человека в состоянии дюрасталевой шпалы на чуть больший срок, чем кажется разумным. Так воспитательный эффект продержится дольше, а может и вовсе останется навсегда. Кассиан был умен, до него все всегда доходило с первого или со второго раза, именно поэтому он и получил такое ответственное задание так быстро. Однако это не означало, что он мог избежать воспитательных моментов. Поэтому Дэвитс только кивнул ему:
    — Излагай.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-11 12:50:12)

+1

8

ВкусГенерал Дравен, среди прочего, обладал удивительной способностью говорить так, будто одновременно с каждым его словом кто-то забивает гвозди в чей-то гроб. Чаще всего он хоронил плохо продуманные планы, иногда сомнительные договори, почти всегда - пустые надежды. Теперь Кассиану казалась, что пришла очередь или его самого, или его работы. Он не был уверен в том, что было бы лучшим исходом.
Ему опять нужно было рассказывать о том, что случилось, но на этот раз правду. Кассиан кивнул, но ответил не сразу - ему нужно было решить, с чего правду начать, чтобы генерал, прежде, чем скажет и сделает то, что должен, хотя бы понял его. Он ведь тоже был полевым агентом - Кассиан еще помнил время, когда это было - если кто-то и мог понять, то это он.
Моменты миссии, которые, как он считал, удалены, вытерты из памяти, потому что они не нужны и только мешали, теперь наперегонки бросились к нему из тьмы.
- Адмирал Грендриф был плохим человеком. Не потому, что он служил Империи, а просто. Он был, - Кассиану нравились эти "был", хотя и они тоже напоминали о том, что миссия пошла не так, - злым, жестоким человеком. Садистом. В первый день... нет, это неважно.
Воспоминание было ярким - ни на одной из миссий все не начиналось настолько сразу. Но знакомиться с адмиралом по прибытии Кассиана вызвали в одну из камер, и там адмирал с покровительственным видом протянул ему дубинку. "Ударь и ты", - сказал он, кивнул на человека на стуле, на котором не было ни одного целого кусочка кожи, а потом улыбнулся - совершенно искренне, без злости, - "Не стесняйся. Ты теперь дома, сынок". Он действительно был прав - это был теперь его дом, на срок от полутора до двух лет. И потому Кассиан взял дубинку, ударил, и бил потом еще.
Он старался избегать этого, когда мог, и у него часто получалось. Им не так уж часто попадались люди, потому что база была секретной, и немногие знали о ней. Большинство просто оказывались в ненужный момент в ненужном месте, и когда среди большинства оказывать важные - а адмирал всех, кого подозревал в связи с Альянсом, считал важными - он спускался к ним сам. И с ним приходилось спускаться и Кассиану. Часть из них действительно было связаны с Альянсом. Многих Кассиан знал. Некоторые знали его - тогда было сложнее всего. Но у них всегда была информация, которую нельзя было выдавать, и он делал то, что должен.
У тех четырех важной информации не было. Кассиан видел их впервые в жизни. Они считали, что помощи ждать неоткуда.
- Все должно было быть не так, - прошлое он решил оставить прошлому и снова забыть. Только его решение было важным, а не то, почему он принял его. - Эти четверо - они были неважны, они больше ничего и не знали, а их все спрашивали, спрашивали. Я знал, что смогу их вытащить так, чтобы не было понятно, кто именно это сделал, и все, кого могли бы обвинить, просто прикрыли бы друг друга - адмиралу сказали бы, что задержанные умерли после прошлого дознания, они были плохи. все сработало бы. Но, когда я это сделал, оказалось, что все остальные, кто мог бы это сделать, в отъезде или на борту - и про меня станет известно. Еще оказалось, что, почуяв свободу, в задержанных открылось второе дыхание, и они обязательно хотят защитить свою базу. А еще что я никак не могу их отправить, потому что челноки, способные летать на дальние расстояния, которые были на нашей базе, час назад оборудовали маячками, чтобы мы всегда могли знать, где они - и я не знал, как их отключить. Потому мы отправились на "Опустошитель", и там все тоже сложилось не лучшим образом - я все четче понимал, что уже провалил задание, что я не смогу никак оправдаться в глаза адмирала Грендрифа. И решил, что хотя бы спасу все-таки этих четверых, их базу, нанесу Империи урон - хоть что-то сделаю.
Кассиан, до этого момента старавшийся смотреть прямо, бросил быстрый взгляд на генерала, а потом опустил глаза. Плечи тоже потянуло книзу.
- Я не думал, что так получится. Я просто хотел чтобы хотя бы однажды, этот один раз, никто не умер.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-12 21:33:27)

+1

9

    Вот и оно, это заветное: «чтобы хотя бы однажды, этот один раз, никто не умер». Сочувствие, неравнодушие, жалость — все это крайне сложно вытравить из себя в достаточной степени, чтобы хладнокровно исполнять приказы и следовать только и исключительно своей миссии. Делать выбор между своей совестью и общим делом. Дэвитс знал об этом не понаслышке, и тон, которым Кассиан произнес последнюю фразу, был ему до боли знаком. Однако он здесь не для того, чтобы утешать оплошавшего разведчика, он здесь для того, чтобы тот больше не плошал.
    — Если они были неважны, ты должен был оставить их там и забыть, — жестко сказал Дэвитс. — Даже если бы они были важны, даже если бы там оказался я сам — без соответствующего приказа ты должен был оставить меня там и забыть. Первое правило разведчика: всегда держать миссию в приоритете, — чеканил он, будто в яблочко из бластера стрелял. — Все свои чувства и эмоции по поводу - отставить, совесть — отставить, страх — отставить, жалость — отставить дважды.
    Дэвитс никогда ни на кого не повышал голос. Повышать голос он считал тактикой людей слабых и неубедительных; в любом, даже самом жарком споре Дэвитс Дравен всегда говорил негромко, и оттого к нему прислушивались с особой тщательностью — сначала для того, чтобы расслышать, затем — чтобы намотать на ус. Вот и сейчас он говорил все так же спокойно, смотрел прямо, думал о благе Альянса в первую очередь.
    Во вторую — все-таки о благе своих ребят. Выдержав паузу, Дэвитс вздохнул, обошел стол и прислонился к нему, оказываясь по одну сторону с Кассианом. Все, что должен был сказать генерал Дравен, он уже сказал, теперь настал черед разговора полевого агента с полевым агентом. Дэвитс смотрел на Кассиана мягче, но во взгляде не читалось ни жалости, ни сочувствия. Разве что понимание.
    — Это тяжелая работа, то, что мы с тобой делаем, Кассиан. Тяжелая и грязная, потому что в ней приходится идти на сделку с совестью. «Я не спасу этих пятерых — но спасу весь Альянс через год». «Я не спасу эту базу — но спасу флот восстания в будущем». А может быть и не спасу. Легко оправдать свой поступок, когда ты можешь увидеть тех, кого спас, своими глазами; сложно — когда это что-то эфемерное. Будущее Альянса. Его не пощупать, не увидеть, его можно только представить, но и тогда оно не будет гарантировано.
    Дэвитс был прекрасно знаком с этим специфическим для разведчиков сортом душевной дилеммы: что-то материальное сейчас или же что-то эфемерное в будущем. Ему, как и Кассиану, доводилось попадать в подобные ситуации. В отличие от Кассиана, Дэвитс всегда делал правильный выбор — или тот, который правильным считало командование, пока, наконец, он сам не сменил это командование на посту и не стал определять, какой выбор правилен, а за каким последует ликвидация.
    — Но наша работа — это про будущее. Если ты хочешь мгновенный результат — тебе стоит пойти в пилоты, в солдаты, тебе не место в разведчиках. Там нет сделок с совестью, там все просто. Увидел врага — стреляй. Вот и вся наука, — Дэвитс развел руками. — Скажи мне, Кассиан, ты солдат или разведчик? Если бы ты оказался в той же ситуации еще раз, кем бы ты предпочел быть?
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+1

10

Люди, которых Кассиан должен был, по словам генерала, оставить, теперь были на базе, в медотсеке. Потом им предстояло отправиться домой - и он не сомневался в том, что они вернутся героями, спасителями своей базы, пережившими плен, чудом спасшимися там, где многие другие гибли. Он не сомневался и в том, что они это действительно заслуживают.
Но не сомневался и в том, что все, что он теперь слышал - правда. Дело было важнее, чем каждый из них по отдельности. И уж тем более оно было важнее желаний Кассиана или его жалости. Тихие слова генерала Дравена поопадали точно в цель. Есть правила и есть миссия. Была миссия. Это важно, а все остальное - пустая гордость, слабость, которой не стоило потакать.
Теперь он не считал себя героем. "Опустошитель" даже после своего уничтожения опустошал - правда, теперь не системы, а одного только Кассиана. Он даже возразить ничего не мог - да никто, вероятно, и не ждал, что он захочет возражать.
Хорошим во всем этом было только одно: генерал не стал бы тратить время на выговор, а уж тем более на объяснения, если бы его планировали ликвидировать. Это все еще радовало, но очень приглушенно - по правде, чтобы не чувствовать этой острой и жгучей вины, Кассиан согласился бы практически на любое наказание.
То, что он слышал, было, в общем-то, очевидным - если подумать. Просто с тем, чтобы думать вовремя, у Кассиана были проблемы. Он и сейчас, где-то глубоко внутри, был доволен тем, что спас людей, не как обычно, а здесь и сейчас, вот они, их можно сходить потрогать, им можно заглянуть в глаза, их можно запомнить. И все же он признавал, что генерал прав. Все в Альянсе делали свою работу. Кто-то спасал штучных людей, кто-то уничтожал вражеский флот - а они доставали информацию, чтобы их флот мог вовремя уйти из-под удара, чтобы знать, куда идти за теми, кого нужно спасать. Чтобы было, кому идти спасать.
Кассиан не отвечал быстро, потому что слышал, что эти последние вопросы - настоящие. Серьезные, а не чтобы просто заставить его озвучить то, что и так все знают. Он мог бы стать пилотом, мог бы, если бы постарался, и солдатом. Но кому-то все равно придется делать то, что он делает сейчас - делает плохо, судя по последней миссии, но может делать лучше. Кому-то придется игнорировать жалость и совесть, кому-то придется оставлять своих и договариваться с совестью, и жить со всем этим дальше. Он уже делал это - у него получалось.
Он посмотрел на генерала иначе, так, будто изучал того. Он и правда изучал: пытался представить, как жить тому. Уходит все со временем или просто приучаешься не обращать на это внимание? Каково это - быть генералом Дэвитсом Дравеном и принимать те решения, которые принимает он? Оставлять не четырех человек, которых не знал до вчерашнего дня, а своих агентов, целые корабли, базы?
Сможет ли он так же?
- Нет "если бы". Я уже был в этой ситуации и выбрал. Неправильно, но этого я уже не изменю. Если это вдруг повторится, и у меня снова будет выбор... - он еще раз посмотрел на генерала Дравена, прямо, уверенно, хотя Кассиан и не был уверен в том, что вся эта уверенность - настоящая, а не он пытается обмануть сам себя, - я останусь разведчиком. Я буду помнить о миссии.

0

11

    Кассиан заметил исключительно верно: никаких «если бы» нет, и что сделано, то сделано; Дэвитс кивнул. Он редко улыбался, но не оттого, что никогда не ощущал радости, скорее по привычке никогда не расслабляться, всегда быть начеку и считать каждую победу не решающей, но всего лишь ступенью на длинной лестнице вверх, к свободной и прекрасной галактике. К такой, о которой писали в агитационных материалах, какую рисовали на агитационных постерах. Сейчас Дэвитс все-таки улыбнулся, но и то как-то призрачно и на краткое мгновение.
    — Это правильные слова — как раз то, что я и хотел бы услышать. Но просто произнести пару слов недостаточно. Им еще придется следовать.
    Дэвитс долго смотрел на Кассиана, прежде чем взять со стола датапад и что-то переключить в нем, вбить несколько фраз на виртуальной клавиатуре и потушить обратно. Разумеется, одного такого разговора будет недостаточно, чтобы вконец излечить Кассиана от всяких чувств и эмоций. Разумеется, тот оступится еще и, вероятно, не раз, как оступаются и все они, включая самого Дэвитса — до сих пор. В конце концов, это было его решением — отправить на эту миссию именно Кассиана, несмотря на то, что тот молод и не настолько опытен, как иные.
    Однако Дэвитс давно приучился не сожалеть ни о каких решениях. Если долго сожалеть, можно не заметить, как сойдешь в могилу, пока другие анализируют нынешнее положение дел и действуют. Любой дефект можно превратить в эффект, если приложить достаточно усилий и смекалки. Недостатка в смекалке Дэвитс никогда за собой не замечал.
    — Я больше не смогу доверять тебе подобных миссий, — он отложил датапад на стол и вновь сложил руки на груди. — По крайней мере, в ближайший год. Одного твоего слова недостаточно, чтобы я мог положиться на тебя — и объяснить другим, почему я все еще доверяю тебе подобные задачи. Не будет ни дисциплинарного взыскания, ни отстранения, ни штрафа — только много работы. Вполне вероятно, что ты вновь столкнешься с тем же выбором. Или с каким-то другим; разведчикам с совестью никогда не было просто, а других не держим.
    Навык договора с совестью — точно такой же, как и умение владеть бластером или управлять крестокрылом. Он требует времени и тренировки, а не дается свыше. Иного способа, кроме как натренировать его в поле, просто не существует, и Дэвитс всегда это знал. Именно поэтому он старался давать второй шанс там и тем, кто мог вынести из него пользу. По счастливому стечению обстоятельств, Кассиан — мог.
    — Доказывать, что я не зря даю тебе второй шанс, ты будешь лично мне.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+1

12

Теперь ему было странно от самого себя, от того, как еще несколько часов назад он считал, что сделал все правильно, и что никто на его месте не справился бы лучше. Справился бы. Генерал был прав: других разведчиков в Альянсе не держали. У всех была совесть, у всех были длительные миссии - просто у других хватало и выдержки, чтобы не ставить свою совесть на первое место, не считать ее важнее восстания.
Тень чужой улыбки он поймал, как знак, что в конечном итоге все наладится. Пусть не в ближайший год, пусть после необходимости доказывать генералу Дравену, что он не ошибается - доказывать настолько хорошо, чтобы тому не приходилось никому ничего объяснять.
Кассиан выдохнул - впервые, как ему казалось - за время разговора и переступил через взорванный "Опустошитель", убрал его подальше в память. Тут нечем было гордиться, как бы ни хотелось.
Этих четверых он забывать не стал. Кассиан знал, что больше никогда не нарушит приказ, но ему хотелось, чтобы, кроме зыбкого будущего, он мог бы думать иногда и о кот-то конкретном, кого однажды спас, пусть даже это было неправильным решением.
- Я понимаю, - сказал он, действительно полагая, что понимает. - Но только...
Кассиан. Замялся, не зная, как продолжить дальше. Он прекрасно понимал, что то, о чем он волнуется, не его дело и не его уровень ответственности. Но он ждал ликвидации, и потому то, как все разрешается, казалось ему какой-то невероятной мягкостью, которую невозможно было ждать от командования.
- Так можно? Вы и правда можете ограничиться только этим? Я ведь поставил свою жалость выше миссии. Вам ничего за это не будет?

0

13

    Кассиан, наконец, попрощался с терапевтической дюрасталевой шпалой и выдохнул. Дэвитс не сводил с него взгляда. Прошло четырнадцать лет с тех пор, как он забрал Кассиана с Феста. За это время тот успел вырасти, возмужать, научиться массе полезных вещей, излазать базу Альянса вдоль и поперек, провалить свое первое крайне ответственное задание из-за собственной совести — и так ничего и не понять. Не стоит ожидать невозможного от юности. Кассиану повезло, что Дэвитс был уже далек от юности и постепенно переходил в тот возраст, когда о юности принято вспоминать, как о чем-то из прошлой жизни.
    — Если бы я ликвидировал всех разведчиков, которым случалось ставить свою жалость выше миссии на первом ответственном задании, мы бы остались без разведчиков. Оставь свой максимализм кому-нибудь другому.
    Это суровая правда жизни. Даже если бы Дэвитс был тем человеком, который не прощает другим ошибок, ему бы пришлось мириться с суровой реальностью повстанческой войны: ресурсы всегда ограничены, и если ими разбрасываться, война закончится быстро и болезненно. Но Дэвитс прощал ошибки другим, потому что прощал их и себе — все они только люди. Не прощались только предательство, дезертирство, двойная игра — все то, что ставило под угрозу само существование Альянса и других разведчиков.
    Кассиан провалил миссию, уничтожил месяцы собственной и чужой кропотливой работы, из-за чего Альянсу в будущем скорее всего придется тяжелее, чем могло бы, но ультимативно — в этом не было угрозы. Не большей, чем обычно. «Опустошитель» уничтожен чисто и без следа, Джорес Суорд — тоже, и никто никогда не подкопается к произошедшему, не сумеет установить связь между повстанцами и этим событием. Для этого просто нет улик. И это еще одна причина, по которой было необходимо простить Кассиану его ошибку: он оступился так чисто и ювелирно, что это заслуживало уважения.
    — Ты сделал ошибку, но это ошибка, с которой можно работать. Расхлебывать за тобой никто не будет, тебе предстоит много работы, чтобы минимизировать последствия. Так что позволить, чтобы твоя карьера разведчика закончилась столь бездарно, я не могу, поэтому я еще подумаю, как обрисовать ситуацию командованию так, чтобы твоя совестливая голова осталась на твоих совестливых плечах.
    Дэвитс замолк, постоял какое-то время, а потом все-таки шагнул ближе, положил руку Кассиану на плечо и крепко его сжал; воспоминание о шестилетнем мальчишке не шло из головы.
    — Ты талантливый парень, Кассиан. Иногда не в ту сторону, но — талантливый. Не думай, что я этого не знаю. Однако я хочу, чтобы ты понимал, что третьего шанса не будет, — он хлопнул Кассиана по плечу и убрал руку, — это все-таки разведка, а не детский сад.
    Иногда Дэвитс сомневался в этом. Потом он шел на совещание командования и вспоминал, что даже если разведка и детский сад, то определенно старшая группа. Младшая была вокруг, обложившаяся надеждами, пафосом и речами о высокой морали, которая, как хорошо знали Кракен, Дэвитс и любой из их людей, существовала только на словах и во время совещаний.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

+1

14

Это было справедливо: его наказанием должны были стать последствия его же решения. Он нужен был как ресурс, потому что кто еще будет разбирать то, что он сам наворотил? Кассиана не отпускали, как будто ничего не было - просто не добавляли ничего сверх того, что он и так должен был теперь исправлять. И не оставляли с этими самыми последствиями наедине, с головой, которая могла бы и не удержаться на плечах.
Генерал на оставлял.
Кассиан давно уже не был ребенком, и с генералом Дравеном они уже много лет были командующим офицером и подчиненным, без лишних, неуставных отношений, которые в их департаменте особенно все усложняли. Кассиан даже не был уверен - пусть и надеялся на это - что генерал хоть как-то выделяет его среди других разведчиков его ранга. Потому жест его был неожиданным, приятным. Слова слышались как что-то, чего именно сейчас он никак не заслуживает - но мог бы. Если только постарается и не будет больше оступаться.
- Спасибо, - он не улыбался, хотя хотелось, и снова смотрел на генерала прямо - но теперь не потому, что не хотел, чтобы казалось, будто он не готов отвечать, а потому, что опять не волновался о себе и своем будущем. Что бы он ни натворил, тут он был дома - и дома готовы были прощать, пусть и ограниченное количество раз.
- Третий шанс не понадобится, - Кассиан снова выпрямился, но теперь так, как он делал всегда, когда был уверен в себе, даже если оснований на это у него было недостаточно. - Я больше никогда вас не подведу.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-12 18:24:00)

+1

15

    Подбодрить, но дать понять, что он не особенный, что для него действуют все те же правила, что и для остальных — эту часть обязательной программы Дэвитс считал выполненной. К каждому подчиненному, особенно из тех, что были помладше, требовался свой подход, и он прекрасно это понимал. С кем-то стоило быть жестким, с кем-то помягче, кого-то после провала стоило подбодрить, а кого-то — наоборот, притормозить, а в ком-то заронить зерно сомнения. Это походило на полевую работу под прикрытием, когда главная задача — правильно встроить себя в чужое общество, подобрав ключ к каждому отдельному его элементу. С той только разницей, что Дэвитсу не требовалось лгать.
    — Громкие слова, мало дел, — негромко отозвался он, обходя стол и присаживаясь на свое место, подтягивая к себе датапад. — Это не то, что ценится в разведке.
    Впереди лежало непаханое поле работы. Предстояло как минимум придумать, почему уничтожение «Опустошителя» — это колоссальный плюс, или же понять, как замять вопрос достаточно эффективно, чтобы ни у кого не возникло возражений. В разговорах с Дэвитсом Дравеном они редко у кого возникали, этому препятствовали как минимум его послужной список и боевые заслуги, но еще с бытности полевым агентом он знал: тот, кто плохо подготовлен, умирает первым.
    — Следующее задание получишь завтра же. До тех пор, будь добр, посиди потише, и чтобы никаких больше взорванных флагманов, — он кинул на Кассиана строгий взгляд исподлобья и вернулся к датападу. — Свободен.
    Хорошо, что это не первый раз, когда Дэвитсу придется превращать дефект в эффект легким движением руки и парой фраз на бейсике.
[nick]Davits Draven[/nick][status]per stultitia ad astra[/status][icon]https://s10.postimg.cc/ilh4ok8x5/draven.png[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=31#p15896">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>Дэвитс Дравен</b>, генерал, второй главный человек разведки Альянса</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-12 18:18:58)

+1


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [01.IX.06 BBY] You had one job, kid


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC