Star Wars Medley

Объявление

26.10.2017 Объявление об изменениях в правилах и об эпизодах в 34 ПБЯ.

07.01.2018 Выложены основные события, произошедшие в 34 ПБЯ.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Бэйз Мальбус, Бэйл Органа, Армитидж Хакс, Джейна Соло, Рыцари Рен

— Я оценил. Просто теперь боюсь представлять программу-максимум: горы трупов и все в огне?
— Горы трупов в огне и вид на залив.
Cassian Andor & Jyn Erso

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Альтернатива » Там, где тихо и светло [1920!au]


Там, где тихо и светло [1920!au]

Сообщений 211 страница 240 из 671

1

— Ну что ты, ведь кабаки всю ночь открыты.
— Не понимаешь  ты ничего. Здесь, в кафе.  Чисто и опрятно. Свет яркий.
Свет — это большое дело, а тут вот еще и тень от дерева.

Кассиан Андор, Джин Эрсо, По Дэмерон

Время: начало июня 1927 года
Место: Чикаго
Описание: О том, почему нельзя сидеть на капоте, устраивать облавы на спикизи и быть слишком правильным. И немного про то, что бывает, когда третий - в мыслях


хронология событий

июнь 1927

http://s7.uploads.ru/d8OgP.jpg

http://sd.uploads.ru/Kz9GH.jpg

ночь с 3 на 4 июня 1927 года (пятница-суббота) - убийство Шона Галлахера; Кассиан берет Джин в спикизи
5 июня 1927 года (воскресенье) - Джин приходит к Кассиану
6 июня 1927 года (понедельник) - Кассиан предлагает Дэмерону участие в авантюре; Дэмерон в это время остается без квартиры
7 июня 1927 года (вторник) - похороны Шона Галлахера
11 июня 1927 года (суббота) - Дэмерон соглашается на участие в авантюре; Джин, По и Кассиан встречаются втроем; об этой встрече доносят Гарретту, и он принимает меры. Джин соглашается на предложение Гарретта и напоминает ему о Дэмероне
14 июня 1927 года (вторник) - Дэмерон соглашается на предложение семьи Ним
16 июня 1927 года (четверг) - не-случается запланированная встреча, из троих приходит только Кассиан. Дэмерону напоминает о себе Темное Прошлоетм: его форд обзаводится крестообразной отметкой, а на сиденье обнаруживается открытка, из-за чего По пропускает встречу
17 июня 1927 года (пятница) - Дэмерон играет в бильярд с Гарреттом, официально знакомится с Джин, договаривается с ней о встрече на кладбище
19 июня 1927 года (воскресенье) - встреча на кладбище, планирование операции по извлечению бухгалтерских книг семьи Ним
24 июня 1927 года (пятница) - По и Кассиан проникают в кабинет капитана Гарсиа и роются в его бумагах
25 июня 1927 года (суббота) - По и Кассиан узнают о судьбе патологоанатома Доу
ночь с 29 на 30 июня 1927 года (среда-четверг) - Кассиан берет Джин в спикизи и отвозит в участок, где они встречаются втроем; затем По отвозит Джин к Гарретту, где получает задание - убить Кассиана
30 июня 1927 года (четверг) - По «убивает» Кассиана
1 июля 1927 года (пятница) - По играет в бильярд с Гарреттом
2 июля 1927 года (суббота) - По узнает, что его вновь искало Темное Прошлоетм; Джин и Кассиан выносят бухгалтерские книги семьи Ним и отправляю за город
3-5 июля 1927 года (воскресенье-вторник) - Джин и Кассиан изучают дом семьи По, ждут По, притираются друг к другу и тревожатся
6 июля 1927 года (среда) - рано утром приходит По, которого ждали днем раньше, со следами общения с Темным Прошлымтм; Джин и Кассиан наконец-то узнают, что же это за Темное Прошлоетм; Кассиан - хозяюшка, Джин - финансист, По - недоверчивый тревожный котик. Акт III: По устраивает музыкальную паузу, Джин пытает людей ногами и ведет себя крайне жестоко, Кассиан считает, что лишать выбора - это тоже принуждать; единственное «если», взаимное непонимание, По, который хочет, но не может в ménage à trois.
7 июля 1927 года (четверг) - По - непонятый музыкант, Кассиан - хозяюшка, Джин - главный бухгалтер на деревне
8 июля 1927 года (пятница) - По и Кассиан уверяются в том, что Гарретт - подонок, а Джин использует неконвенционные приемы в борьбе за третьего (не)лишнего.
9 июля 1927 года (суббота) - рабочая идиллия. Кассиан познает тайные методы шифрования, Джин снова использует неконвенционные приемы, По держится за подбородок и придумывает планы. Все трое придумывают планы, в результате чего По решает пригласить Бена на встречу во вторник. По страдает с матрасом и Эдгаром Аланом По, Кассиан проходит проверку на прочность, Джин выступает в качестве ревизора. Стихотворная пауза.
10 июля 1927 года (воскресенье) - музыкальная пауза, в результате которой: появляется песня про то, что дом - это где они втроем; Джин не оставляет По выбора, убеждая его в правдивости слов Эдагара Алана, а По слегка шатает внутренний мир Кассиана. Затем По оставляет записку для Бена, придумывает десяток аргументов, почему так нельзя, для Кассиана и Джин, но по итогу все спят в одной постели. Начинают спать, затем случается продолжение начатого в столовой разговора - на этот раз без портретов - но не срастается. Серьезный Разговор между Кассианом и По, в ходе которого оба признаются в любви на девятой-то странице!, а По приобретает для себя новую пачку стекла: «Во всём твоя вина» - на рынке более девяти лет!
11 июля 1927 года (понедельник) - ничего особенного не происходит.
12 июля 1927 года (вторник) - Кассиан одалживает некоторые привычки По вместе с его костюмом, Джин надеется, что в следующий раз одежды на ней будет меньше, По демонстрирует свои познания в искусстве и привитый вкус. Позже они убеждаются в том, что Бен - редкостный ублюдок, приводят По в чувство и домой, а также передают из рук в руки и держат. Время откровенных разговоров, незначительных для дела, но значимых для них самих деталей и воспоминаний, и сочинение третьего куплета про то, что дом - это люди, а не коврик перед дверью. Постель на троих, когда мякотка - это По.
13 июля 1927 года (среда) - нуар превращается в роадмуви. Сюжетно поговорили, сюжетно переспали, устроили сюжетное взаимопроникновение культур и изучение новых языков; Кассиан нашел личный сорт стеклянного крошева.
14 июля 1927 года (четверг) - По выясняет, что дома его считают мертвым, отец его вовсе не ненавидит, а новый валет Кеса Дэмерона мастер в вопросах организации горячего приема. Кес Дэмерон плохо играет в шахматы, но умеет находить нужных людей, Кассиан продолжает закидываться стеклянным крошевом, Джин никого не трогает. Эстафету со стеклянным порошком передают Джин, ведь Звездочка должна сверкать. В Нью-Йорке они обедают, составляют планы, а По доказывает, что он огонь, он смерть, он невероятный. Обратная дорога проходит без приключений.
15 июля 1927 года (пятница) - По обнаруживает, что ему на переносицу кто-то положил гирю и забыл забрать; оказывается, что Бен - редкостный ублюдок и начал ретушировать фотографии и шантажировать ими коллег после совместных вечеринок еще до того, как это стало мейнстримом; Джин с наслаждением грызет стеклышко, но соглашается им поделиться только после того, как По уговаривается на бартер. Стелышко бьется, По отсыпается, Кассиан падает в испанские флэшбэки. Выясняется, что быть всего лишь человеком - совсем даже неплохо. Кассиан учит Джин готовить, По смущает ее разговорами, Джин требует себе двойную фамилию и соглашается на фиктивный брак второй раз за месяц. По мужественно терпит попытки залечить его насмерть, Кассиан переживает, Джин умудряется никого не отравить своей стряпней.
16 июля 1927 года (суббота) - все стеклышки разбиты, котики заслужили поощрение. Котики шуршат бумажками. Фанты.

дом Дэмерона

ДОМ
Там есть подвал, в подвале раньше был погреб, сейчас там можно найти еду, которую По туда привез, всякие консервы, вот это вот все. Большой запас дров и спичек. На первом этаже есть просторная гостиная с камином, там же стоит рояль, кресла-диван, шкафы с книгами — классическая американская литература, атласы, всякое-разное про авиацию. Над камином на полке стояли фотографии, но они убраны, остались только следы пыли. В прихожей у двери стоят старинные маятниковые часы, которые до сих пор работают. Электричества там не проведено, но есть газовые лампы, свечи, опять-таки, по всему дому раскиданы спички. Есть кухня, столовая, где большой стол на восьмерых человек, посередине стола стоит пустая ваза для цветов. На стенах висят потреты акварелью, все отдельно: генерал Бэй, его жена, Шара, Кес, По, один портрет снят. Есть кладовая со всякой утварью, метлами, вот это вот все. Вся мебель укрыта белыми покрывалами.

На втором этаже спальни: одна master bedroom, с большой двуспальной кроватью, там стоит трюмо с зеркалом, шкаф для одежды, кресло-качалка, есть отдельная ванная. Есть еще одна спальня с двуспальной кроватью, чистенькая, гостевая. Есть комната с одноместной кроватью, в ней много разных моделек самолетов, старый ящик с детскими игрушками, на столе до сих пор лежат какие-то чертежи и детские рисунки. Двери везде открыты, кроме еще одной комнаты. В этой еще одной комнате тоже одна кровать, трюмо с зеркалом, шкатулка с украшениями, шкаф с платьями, если захотите порыться — напишите, я расскажу, что там еще можно найти интересного. Плюс кабинет, где много книжных шкафов, карта США на стене, большой глобус на трех ножках, дорогой стол красного дерева и кресло, на столе до сих пор все разложено так, будто человек вот-вот вернется и продолжит работу над чем-то. На чердаке склад разнообразных вещей, от садовой утвари до игрушек, есть маленькая лошадка-качалка. Снятый портрет стоит там же, повернутый лицом к стене. Там много разных сундуков со всякими штучками, на одном сложены красивые дорогие фотоальбомы, меж страниц заткнуты фотографии с каминной полки.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-02-15 00:22:06)

+2

211

«Это безумно глупая идея», - примерно так думает Джин, когда По озвучивает свой план, и прикрывает глаза ладонью, тихо вздыхает.
Мужчины.
От того, как По срезает Кассиана, становится неуютно - Джин буквально физически ёжится, передергивая плечами, и крепче сжимает тоненькие бока чашки.
- Это чудовищный план, По, - вздохнув, водит пальцем по кромке чашки, поднимает взгляд на них обоих. - И я совершенно не представляю, где мне достать для себя приличное платье - хотя бы и готовое.
Готовую одежду Джин не любит - намного лучше, когда платье или брюки сшиты исключительно для тебя, и вторые такие попробуй найди; она помнит «Henrici’s» - и помнит, что чувствовала себя неуверенно под взглядом официантки, словно она не достойна была здесь находится. А ничего из того, что было при ней, не подходило для «свидания» в мало-мальски приличном месте.
- Можно, конечно, вовсю эпатировать публику и заявиться в халате, но это как-то слишком, - Джин трёт стопой лодыжку, прикусив губу, и слизывает с кончиков пальцев капли кофе. - квартира. Где-нибудь в пригороде средней руки, - она рассеянно пожимает плечами. - И я в состоянии снять ее самостоятельно, По. Не нужно брать меня на, - она запинается, отводя взгляд, заметно покраснев скулами, - содержание. Прошу.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-01-29 00:44:40)

+2

212

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан не отвечает По, только смотрит. Напоминает себе о том, что он и правда никого никогда не убивал. Что По и правда лучше разбирается, пусть и не во всем - в отношениях и чувствах, например, он разбирается просто отвратительно, как успело выясниться - но в этом да, об этом он знает намного больше. Что за этим жестким, холодным тоном может прятаться желание защитить.
Ему очень хочется вскинуться, возразить, спорить. Кассиан удерживает себя, напоминает все придуманное снова. Кивает, так и не отводя взгляд, хотя По уже давно говорит о другом, а Джин уже волнуется о платье - и хорошо, пусть она лучше волнуется о платьях, чем о Гаррете.
Предложение По хорошее - так они смогут видеться, держать связь, так они будут рядом, если что-то случится. Кассиан не сразу понимает, почему Джин вспыхивает. Он даже не сразу замечает это, завороженный ее движениями, жестами. в которые возвращается свобода и легкость, из которых пропадает стыд и желание разодрать себе кожу.
- Не тебя, - пытается исправить дело Кассиан. - Меня нужно. У меня ничего нет - я не врал, когда говорил, что ничего не смогу тебе дать. Да и теперь я ведь умер - у меня нет больше ни комнаты, ни работы, ни денег. Не переживай об этом, Джин. Все нормально, правда. И запутать следы, - он еще раз кивает По, но теперь уже как обычно, без задушенного в себе вызова, - это хорошая идея. И присмотреть за тобой в кафе - тоже.

+2

213

    Поначалу По не смотрит на Джин, он все еще смотрит на карту и думает про Бена и ресторан, а когда По все-таки смотрит на нее, мысли стопорятся в его голове, как поезд, у которого кто-то потянул за стоп-кран. От рельс идут искры ярче, чем звезды в самую темную ночь. До кучи она еще и краснеет исключительно мило, нежным розоватым цветом.
    Господи Боже, ты зачем придумал молоденьких женщин?
    — Я не? — удивленно начинает По, переводит непонимающий взгляд на Кассиана; тот подхватывает ответ.
    То есть в смысле «на содержание»? У По такое выражение лица, как будто его застали за чем-то неприличным — и это не мысли о больших и малых секс-тах — и он до сих пор не знал, что это неприлично. Деньги никогда не имели для него большого значения — не в моменты, когда он тратил их. Зарплата детектива никогда не была ему нужна или важна, он не считал центы, не нуждался — никогда. Несколько крупных инвестиций, портфели акций и ценных бумаг, пара хорошо подкованных людей, чтобы заниматься его финансами, когда он не может делать этого сам — По, может, и пошел работать, как обычный человек среднего класса, но не перестал от этого иметь за спиной свое прошлое, свои навыки, связи, умения и знания, и, разумеется, свое состояние.
    Арендовать квартиру или дом, купить машину сходу для него — щелчок пальцев, пустяк, что-то, о чем он не задумывается. По отвык шиковать за годы в Чикаго и особенно за годы жизни с дедом, но от щедрости отвыкнуть сложно.
    Сложно привыкнуть к тому, что некоторые видят в ней жалость и подачку.
    — Я же говорил, что «нет» — хорошее слово, — вздыхает По, не скрывая того, что ему не нравится, как все неожиданно повернулось. Но он все же улыбается уголками губ, глядя на Джин: — Хорошо. Ты снимешь ее самостоятельно. Что касается одежды, — он кидает взгляд на Кассиана, чуть прищуривается, затем отступает в сторону и окидывает внимательным взглядом Джин, стараясь сделать жест как можно более быстрым и целомудренным, — я думаю, Кассиан может позаимствовать что-то у меня, мы примерно одного роста и телосложения. А ты можешь поискать еще что-нибудь среди платьев Джесс?
    По произносит имя сестры очень мягко, почти неслышно.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-29 01:18:37)

+2

214

Теперь Джин чувствует себя глупо - потому что, как оказывается, она читает в словах По то, чего там вовсе нет, и, кажется, зря только его... задевает? Вряд ли, конечно, он придаёт большое значение ее словам, но они ему не нравятся.
И Джин снова касается его плеча, бросив взгляд на Кассиана, улыбается немного смущено.
- Извини. И... спасибо, - оставив чашку, разворачивается обратно к столу, убирает ща ухо волосы; все ещё немного краснеет - румянец доходит даже до уха. - Я посмотрю, может, мне что-нибудь подойдёт. Придумаю.
Наверное, это один из самых глупых вопросов, которые могут волновать в подобный момент - когда, между тем, по гордо других проблем вроде учетных книг семьи Ним, вопроса, как бы так написать Сэму, чтобы он согласился точно, и серийного убийцы по имени Бенджамин, которому явно не нравится присутствие По под небесами, а не на них.
В таком разрезе волнение о платье выглядит очень смешно и глупо - Джин это понимает; но понимает ещё и это, что это не даёт зацикливаться на более насущных... бедах. Которые прямо сейчас все равно не решишь.
- Тогда, получается, к восемнадцатому числу нам нужно закончить с книгами; потом - По возвращается в Чикаго, а мы с Кассианом перебираемся куда-нибудь поближе, - Джин разглядывает карту, раздумывая, куда в поисках ее точно не отправятся, и трёт шею, кривит губы. - И я отправлю письмо другу, а потом - потом мы смотрим, как По  исполняет смертельный трюк и надеемся, что летального исхода все же не случится.
Или случится, но изойдёт не По.
Допив кофе, вертит в руках чашку, смотрит то на Кассиана, то на По.
- Я что-то пропустила?

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

215

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин все еще краснеет, и делает она это просто очаровательно. Кассиан пытается не пялиться на нее, и действительно не пялится - у него ведь даже нет такого повода, как есть у По, ему нечего предложить и из одежды тоже. Ему даже удается не улыбаться, думая о ней. Большую часть времени.
По думает и об одежде для него тоже. Кассиан не говорит об этом, но он благодарен - он никогда не думал, что где-то будет чувствовать себя еще более неуместным, чем вообще в Америке, но «Henrici’s» оказался местом, где сбывается невозможное. И повторения этого Кассиану совсем не хочется.
- До восемнадцатого числа еще много времени. Все успеется.
Кассиан смотрит на карту перед По, на него самого, на Джин, на книги. Пытается понять, сколько впереди еще работы. Получается, что много, очень много. А все их лучше перевести до того, как они отправятся в суд. В Чикаго все тоже нужно будет закончить поскорее - Кассиан не видел проблемы в том, чтобы жить на деньги По, но он догадывается, что сумка с деньгами - это все сбережения Джин, и о ее тратах он переживает. У нее должно остаться побольше. У нее всего всегда должно быть побольше, где и как она еще сможет скопить.
- Джин ищут? Насколько старательно?

+2

216

    Кажется, кризис преодолен, и Джин даже извиняется и благодарит. По все еще не очень понимает, что только что случилось, но решает, что это подождет. Дело важнее. Тем более, что тот план, который излагает Джин, не совсем верный.
    — Да, — По делает еще глоток кофе, отставляет пустую чашку. — Я хочу встретиться с Беном сейчас. Скоро. Я поеду и оставлю ему сообщение завтра. Назначу встречу на вторник, — он тянется в карман, достает сигариллы, закуривает и резким движением запястья тушит спичку. Нерассчитанное движение немного отзывается в плече, и По невольно морщится. — Он ранен, я ранен. Он — серьезнее. «Henrici’s». Так меньше рисков.
    На это, в общем-то, и есть его расчет. По прострелил Бену бок, от таких ранений не оправляются так быстро. Плечо — пустяки по сравнению с этим. По выдувает дымок — всегда мечтал научиться пускать колечки и никогда не умел — и немного успокаивается. Мысль о встрече заставила его напрячься, и он даже не заметил.
    — Джин наверняка ищут, — отвечает он Кассиану. — Если обнаружили пропажу книг и сложили два и два, то ищут старательно. Думаю, когда я вернусь на работу, то мне придется поучаствовать в этом тоже. И если мы хотим, чтобы меня не раскрыли, то придется подумать, по какому ложному следу я могу их повести. У тебя есть еще кто-то или какое-то место, куда ты могла податься? Что-то такое, что займет время, чтобы проверить?
    По затягивается вновь; он так мало знает о Джин, если вдуматься. Приемная дочь Шона. Вот и все. Ни откуда она, ни как оказалась у Шона, ни когда. Пожалуй, из своих знаний и слов Кассиана он может догадаться о большем про него, чем из своих знаний и слов Джин — про нее. Про ее прошлое. По старается не думать, что это, наверное, нечестно, что он рассказал им столько, а они все еще таят от него какие-то секреты; в конце концов, его тоже никто не тянул за язык, он мог бы промолчать, если бы захотел.
    Он не хотел.
    А у них могут быть свои причины.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

217

— Хотя бы не на воскресенье, — Джин вздыхает, когда По вносит поправки в озвученный план, и барабанит пальцами по столу. — В любом случае, до твоего возвращения нужно закончить с книгами. Место… Подожди.
Джин тянется за клатчем, висящем на спинке стула, и достает оттуда конверт, который так и не вскрывала после того, как забрала из сейфа. Подцепив бумагу острым кончиком ручки, достает несколько листов, быстро переписывает строчки на свежую бумагу.
— Новый Орлеан подойдет? Я могла податься туда, — кусает костяшку пальца, хмурясь, пожимает плечами. — Кроме той квартиры у меня нет своего места; там считается, что я уехала в Нью-Йорк, но это было бы слишком глупо даже… в глазах Гарретта. А здесь я бывала и раньше по… поручениям Шона. В принципе, Гарретт наверняка об этом знает — я ездила туда и вместе с отцом, это не было секретом.
Об этом наверняка знает Сэм — но с ним неясно, станет он говорить об этом копу, пусть и купленному, или нет.
— Вместе с книгами я забрала еще это, — положив конверт и бумаги из него на стол. — Это про… новый товар. В Новом Орлеане у нас есть партнеры — скажем, иногда переходящие в конкурентов, но чаще все-таки партнеры. Во всяком случае, так было при Шоне. Их босс и Шон вместе… работали в 1923, когда мы были в Ирландии. Вряд ли Гарретт подумает, что я подалась к копам… простите. К полиции. Но продаться другой семье, чтобы потопить его — да, вполне.
Джин смотрит на Кассиана, переводит взгляд на По.
— Угостишь? — чуть улыбается уголками губ, и снова смотрит на Кассиана. — Еще… еще у меня есть паспорт на другое имя. Оно могло засветиться — и его Гаррет знает точно.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

218

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]По ответу По понятно, что когда тот уезжал из Чикаго, ситуация была относительно в норме. Гарретт еще не считал нужным обращаться к полиции, чтобы искать пропажу. Возможно, даже не знал еще, что пропажи две. Или же считал, что легко сможет вернуть их.
Но прошла уже неделя. Джин должны искать немногим меньше - и Чикаго за это время уже должна были перерыть, что делает его самым безопасным местом. Забавно, что все так повторяется. Кассиан усмехается: он ведь когда-то пошел в полицию тоже потому, что понял, что там, где легче всего попасться, менее внимательны. И оказался прав, никто и правда не смотрел на него слишком пристально, пока он сам не поднял голову и не привлек внимание.
- Важно не перестараться, - говорит он. - Если дать несколько ложных следов, он может понять, что его пытаются сбить со следа, и вернуться назад, к самому началу. К Чикаго. Новый Орлеан - хорошо. Если разыгрывать паспорт, то там. Если письмо, то тоже там. Но лучше не то и другое сразу. Слишком много следов - подозрительно. Люди, которые бегут, обычно более осторожны и не подставляются так сильно, только если сами не хотят. Знаешь, напиши письмо. Кому-то, с кем у тебя достаточно хорошие отношения, кто волнуется за тебя достаточно сильно, но не знает ситуацию достаточно хорошо - кто-то, кто покажет его Гарретту. Отправим его без обратного адреса, но из Нового Орлеана. Там, в деревушке, есть станция, я найду там кого-то и договорюсь о том, чтобы его отправили откуда нужно. И на следующей неделе Гарретт будет занят, нам будет чуть свободней.
Кассиан продумывает все еще раз. Решает, что провернуть это он сможет. Попроси о такой услуге кого-то их рабочих грузового поезда По - те считали бы делом чести обмануть его. Но с Кассианом они найдут общий язык. Он кивает сначала себе, потом улыбается По:
- Ты занимайся Беном. Я достаточно хорошо умею прятаться и не попадаться, чтобы все устроить.

+2

219

    — Да. Да, конечно, — По затягивается еще раз, прежде чем отдать сигариллу Джин с явным намерением не забирать ее обратно.
    Он кивает и подхватывает улыбку Кассиана; если тот умудрился сбежать из Каталонии, добраться до США и прожить тут три года, к тому же работая в полиции последние полтора, он наверняка знает, о чем говорит. По возвращается взглядом к карте Чикаго и очерченному квадрату. Затея, конечно, на грани фантастики. С тем же успехом он мог бы отправить письмо в никуда. Но в худшем случае Бен просто не придет.
    Теперь, когда все планы оговорены и разложены по полочкам, нет особого смысла рассматривать все бумажки еще раз и надеяться, что он поймет что-то, чего не понял за предыдущие несколько дней. В том, что у него неожиданно появляется свободное время, не было бы никакой проблемы, если бы По знал, что с ним вообще делать. Лиззи, чтобы кататься по улицам, у него нет. Чикаго далеко. Они в доме. Отрывать Кассиана и Джин от работы лучше не стоит: она права, им нужно закончить книги до следующего воскресенья.
    Что люди вообще делают в отпуске?
    Нормальные люди.
    Какое-то время По бесцельно слоняется по дому. Иногда он заглядывает в столовую, чтобы проверить Кассиана и Джин, перебрасывается с ними парой фраз; заваривает чай и пьет его как настоящий английский джентльмен, аккуратно держа блюдце и чашку в руках прямо над картой Чикаго. После обеда садится за фортепьяно, чтобы немного поиграть написанную недавно мелодию, попутно выправляет в ней несколько неловких мест и нот, напевает себе что-то под нос. Без работы скука одолевает его моментально, а новых порывов к творчеству По не ощущает. Когда-то он мог часами сидеть за фортепьяно и выдумывать композиции, но это было до убийства Джессики, до переезда в Чикаго, до того, как образ жизни и мышления детектива въелся ему под кожу и проник всюду.
    Наконец, По решает обратиться к чтению и достает с полки — не глядя — книгу. Но дальше первых нескольких страниц не продвигается: так и замирает на строках, что цепляются за его разум мертвой хваткой и не отпускают до самого вечера. Портреты в столовой, кажется, следят за ним. И хорошо, что Джин и Кассиан обосновались именно там, там он не наделает никаких глупостей. Даже перед сном, уже лежа в постели, По думает про навязчивое.

Среди страстей нет страсти более дьявольской и более нетерпеливой, чем та, которую испытывает человек, когда, содрогаясь над пропастью, он хочет броситься вниз. Позволить себе, хоть на одно мгновенье, думать, — означает неминуемую гибель; ибо размышление велит нам воздержаться, и потому-то, говорю я, мы не можем.

    Как точен был Эдгар Аллан По. Восемьдесят два года прошло, а ничего не поменялось под небом. По закусывает губу до боли и находит в себе силы убрать руку, перестать и даже — удивительная сила воли — перевернуться и плотно прижаться животом к матрасу, со стыдом уткнувшись лицом в подушку. Разлившееся было по телу тепло со временем угасает, дышать становится проще.
    Господи Боже, ты зачем придумал молоденьких женщин и каталонцев?
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-29 15:41:14)

+3

220

Сделав затяжку, Джин улыбается, возвращаясь на свое место; стряхивает пепел в чашу из-под кофе и поджимает под себя ногу, второй упирается в край сиденья.
— Письмо — хорошая идея. Я напишу Мэри, она наша экономка. Она не сможет не показать его Гарретту — даже если не захочет.
Мэри — очень хорошая, очень добрая, очень славная Мэри, которой очень не повезло с сыном.
Грустно вспоминать про нее — хочется думать, что когда наступит пик происходящего, с ней ничего не случится. Хочется думать, что она не обидится, узнав, что ее использовали.
Время до вечера проходит незаметно — Джин отрывается от книг, чтобы проверить, как дела у Кассиана, и сварить еще кофе; сигарилла заканчивается быстро — и потом она долго думает, доставать ли сигареты. В результате решает оставить до завтра, сейчас, кажется, достаточно одного кофе.
К вечеру голова идет немного кругом, и когда цифры начинают сливаться в сплошное месиво, приходится остановиться. Впрочем, от первой книги остается буквально полтора месяца — и это определенный успех.
Переложить книги, чтобы освободить место — Джин не переносит, когда рабочий стол завален бумагами внахлест, не разберешься, что и где лежит, — принять ванну — и теперь времени на то, чтобы оттереть синяки, уходит немного меньше, — и коротко стукнуть в дверь соседней спальни: «Доброй ночи, По».
В голове немного мутно от чисел и дат, и Джин захватывает с собой книгу — возможно, получится почитать. Она очень давно не читала.
Твен, обычно вызывающий хотя бы улыбку, сегодня навевает скуку, и Джин откладывает издание на небольшой столик, закидывает руки на спинку кровати и протяжно вздыхает.
Стоило бы взять с собой томик Киплинга, но это, честное слово, было бы лишним.
Джин снова открывает книгу, поджав под себя одну ногу и вытянув другую, и устало, но не сонно жмурится.
— Не закрывай дверь, пожалуйста, — просит она, когда появляется Кассиан, и заправляет за ухо волосы, трет плечо, поправляя бретельку. — С окном будет сквозняк, а так — хотя бы не душно.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

221

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан не знает, как люди целую жизнь работают в конторах, как справляются с этим. К вечеру от букв у него болит голова - а от того, как Джин постоянно рядом, как он ловит краем глаза ее жесты, вдохи, то, как она сосредоточенно морщится, то, как говорила, что он - они оба - нравятся ей, голова еще и кружится. Только присутствие По и заземляет Кассиана, дает твердость, которой ему так не хватает. По в доме, стоит над картой, сидит над книгами, в соседней комнате, но все равно тут - и это хорошо, спокойно, как будто они все еще стоят так, втроем, как раньше, держат друг друга одновременно крепко и легко.
Правильно.
Все тут правильно, и он боится испортить все. Вечером Кассиан ныряет в ванну, полную ледяной, как мартовское море, воды. Ныряет с головой, пока кровь не унимается и не становится так холодно, что он не может дышать. И все равно он заходит в комнату и видит Джин на кровати - одну ногу она прячет, как будто не то решила быть милостивой, не то уверена в том, что ей хватит и одной, чтобы свести его с ума - и она жмурится, как кошка, и заправляет волосы, открывая глаза, зеленые, как ревность, и поправляет одежду, как будто то, что на ней, можно считать одеждой - и чувствует, как все возвращается, как его сердце увеличивается и бьется громко-громко. Только под ее ладонью или от того, что рядом будет По, оно успокоится. Но По рядом нет, а просить о таком Джин Кассиан не решается. И он просто стоит, стоит, держась за дверь, не закрывая ее.
- На зеленом рассвете быть сплошным сердцем. Сердцем, - бормочет он на испанском стихи, которыми когда-то впечатлял девочек-студенток, заглядывавших на их собрания. Они ему нравились всегда, а он им - достаточно часто, и стихи они любили больше, чем рассуждения о справедливости.
Но только раньше это были просто стихи, а теперь он и правда сплошное сердце - и не на рассвете, а всегда.
Кассиан ложится рядом. Читать он совсем не хочет, но и спать не хочет тоже - он не устает, он ведь целыми днями ничего не делает - а потому тихо смотрит на Джин и ее пальцы на сухих, ломких, как крылья бабочек, страницах.

+2

222

— Ты что-то говорил, — Джин смотрит на него из-за книги, склонив голову к плечу, и морщит немного болезненно нос — след на шее дает о себе знать. Проходит неделя — значит, через неделю-полторы оно должно стать хотя бы почти незаметным. Но пока что напоминает о себе, и Джин касается его кончиками пальцев, разглаживая, словно так может унять боль. — В дверях. Это был испанский?
Кожа у Кассиана холодная — Джин осторожно касается его руки; а потом сползает ниже по спинке и подушке, пристраивается на его плечо, оглянувшись — не против?
Кажется, нет.
Трется затылком о его плечо, жмурясь, устраивает на груди книгу и перелистывает страницу. Свет в комнате зыбкий — газовая лампа приглушена, чтобы не била в глаза, но в целом его достаточно.
Так почти удобно — совсем удобно становится, когда Джин упирается пятками в постель, тянет носок, разминая ступню, затем второй.
— Я так точно не мешаю? — все же спрашивает, на мгновение приподнявшись, выгибает шею, оборачиваясь в профиль. — Вдруг, ну… заснуть мешаю? Я могу погасить свет.
И неловко пожимает худым плечом, почти сразу же, впрочем, ложась обратно; и, заведя руку назад, снова коротко касается его руки, ведет пальцами выше.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

223

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан качает головой. Он усеет спать когда и где угодно, когда устает. Но теперь он не уснет - и мешает ему вовсе не свет.
Пальцы у Джин теплые, после ванны кажется, что горячие. Волосы пахнут сигариллами По.
- Испанский, - говорит Кассиан.
Голос кажется слишком хриплым, и Кассиан говорит еще, чтобы тот стал, каким был, какимм есть всегда.
- Стихи. Увидел тебя и вдруг вспомнил. Это... - он может перевести, слова там несложные, но Кассиан прикусывает губу. - Нет, вот другие.
Он кладет ногу на ногу, пытается расслабиться, и ему кажется, что все удается. Всегда можно уцепиться за чужие слова, нанизывать их, как жемужины, на нить.
- Веду я снов каравеллы
    в таинственный сумрак ночи,
    не зная, где моя гавань
    и что мне судьба пророчит.
    Звенели слова ветровые
    нежнее ирисов вешних,
    и сердце мое защемило
    от этой тоски нездешней.

Он давно уже не говорил на испанском - теперь он в основном ругается на нем и только - и Кассиан закрывает глаза, когда близкие ему звуки ложатся на язык. Он осторожно выговаривает гласные и согласные, с особым удовольствием выбрасывает нелепую английскую "р", отчего речь его начинает рокотать, как неспокойное море. Кассиан открывает глаза, когда этот рокот умолкает, потом, делая паузы, переводит, переживая, что слишком портит текст, что слова тускнеют, и из них уходит яркость и острота.
Он снова вдыхает запах волос Джин. Она все еще пахнет не только собой, но и По, и от этого в кровати уже не так много места, как было.
- Там, наверное, лучше, - он кивает на книгу. - Я больше не стану отвлекать, читай.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-29 19:30:01)

+2

224

— Нет. Там… не лучше. Мне очень нравится. Чьи это стихи? — Джин жмурится, прикрывая глаза, пытается негромко повторить хотя бы строчку — но ничего не получается или получается, но очень смешно и нелепо. И смеется — тоже тихо; дверь открыта — вдруг По услышит? Не стоит мешать ему спать. — У тебя очень красивый язык.
Садится в постели, повернувшись к Кассиану, скрещивает ноги и кладет на коленку подушку, опираясь о нее локтем; снова касается его руки — ей нравится касаться людей, ощущать их. Так лучше, чем просто слушать или смотреть.
Иногда людям это не нравится — Джин знает, что они не любят вторжения в личное пространство, нарушение границ, но ей очень сложно удержаться — особенно здесь, в этом доме; особенно здесь и сейчас — с этими людьми.
Джин вспоминает ощущения — и руки По ей кажутся горячее, чем руки Кассиана; но ладони Кассиана более мозолистые — и это ей нравится тоже.
Еще она помнит руки Шона — от него всегда веет отеческим теплом, даже когда он зол или устал, и всегда спокойно, надежно, когда он обнимает.
Обнимал.
Руки Гарретта она помнит тоже — и будет рада узнать, что они стали холодными и безжизненными.
— А можно… можешь почитать что-нибудь еще? — снова заправляет волосы за ухо, облизывает и прикусывает губу; немного краснеет. — Никто еще не вспоминал стихи, увидев меня. Я… это очень приятно. Можно еще? Пожалуйста?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

225

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин берет его за руку. Кассиан сжимает в ответ ее ладонь - совсем легонько, чтобы она в любой момент могла прервать прикосновение, когда ей надоест. Он улыбается широко, искренне. Ей нравится его язык, стихи, которые он читает, и она хочет еще.
Лежать с ней рядом невыносимо, пока они не уснут - во сне близость Джин, напротив, приносит покой: он хватается за кусочки приятных снов, а чувствует под руками ее, за ним гонятся кошмары, но ее тепло и запах отгоняют их. Ему нравится, как она тихо сопит, как раскидывает руки и ноги, как заматывается в одеяло, как предпочитает подушке его и как он не решается менять это, пока не перестает чувствовать ток крови.
Он читает еще - плавно, и переводит еще, запинаясь. Он читает ей про то, как закрадывается в ее сны и захлебывается ими. Он читает ей про Ампаро, сидящую у решетки окна - и когда он говорит, что любит Ампаро, он имеет в виду совсем иное. Совсем иную.
Он читает ей стихи про нее, хотя прежде он не знал, что они про нее: в них Джин облако, птица, ветер. И читает про них - но только они кажутся почему-то неправильными, неполными, потому что в них речь только о двоих, и Кассиан не знает, почему это кажется ему неправильным - но это так.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-29 23:27:15)

+2

226

В конце концов она закрывает глаза и только слушает, обхватив ладонь Кассиана своими и касаясь бьющейся на запястье жилки кончиками пальцев.
Даже начинает казаться — вовсе не нужен перевод, чтобы понять.
Достаточно того, как он говорит, как рокотом моря разносится его голос, но морем не буйным и диким, не штормовым морем — а тем, что глухо, сыто рокочет, убаюкивая, обнимая; горячее, мягкое море, оставляющее на коже солоноватую пленку, впечатывающееся в память и тело солью и песком.
Джин улыбается тихо, затаив дыхание, а когда открывает глаза, смотрит с восторгом — не сиюминутным, а тоже тихим, ровным, притаившимся на самом дне глаз.
Поневоле вспоминаются занятия в университете — и думается, что нет таких слов; что не разберешь это на составные, не вычленишь деталь, вознося ее над всем текстом, говоря: вот это — важнее.
Нет таких слов — Джин их не находит — и поэтому только крепче сжимает руку Кассиана, коротко, едва ощутимо касается губами ребра его ладони.
И, нерешительно вздохнув, говорит в ответ — первые строчки идут с трудом, она, кажется, совсем их не помнит; но вспоминает — и думает только об одном…
…Ступай легко, мои ты топчешь грезы.
…что здесь и сейчас — в этом доме и с этими людьми — она бы повторила эти строчки снова, но теперь — для обоих.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

227

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин не останавливает его, молчит, даже когда он замолкает, и смотрит - смотрит - прижимает его руку к губам. Кассиан смотрит на нее в ответ, не решаяст тоже нарушить молчание, невесомым серпанком укрывшее их. Потом Джин говорит - он не сразу понимает, что это тоже стихи, потому что ее слова слишком похожи на просто слова. На просьбу, звучащую снова и снова, потому что слишком часто было не так, и слишком многие ступали тяжело, грубо по тому, что давала им Джин. По тому, что, вполне возможно, она вовсе не хотела никому давать.
- Никогда, - обещает Кассиан. - Никогда я не растопчу их.
Ему странно - впервые за годы английский звучит красиво. Так, будто в нем есть что-то, кроме документов, цен и судебных предписаний. Английский Джин мягкий, нежный, плавный, как неслышный шаг кошачьих лапок.
Он больше ничего не говорит, только целует Джин руку, и целует ее еще, но одним только взглядом, не позволяя себе ничего большего.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-29 23:28:28)

+2

228

Джин отворачивается на мгновение, не пытаясь отнять руку у Кассиана, и гасит газовую лампу. А потом — потом придвигается чуть ближе, ловит вторую руку и тянет Кассиана чуть ближе к себе — и ложится.
Рядом с ним тихо — и Джин прижимает ладонь к его груди, коротко гладит, касается; ведет чуть выше, где под рукой не ткань, а кожа. Прерывисто и громко выдыхает ему куда-то в шею, жмется крепче. Теснее.
И так тепло — очень тепло — даже без одеяла.
Джин осторожно ведет мыском по стопе Кассиана, касаясь открытой кожи; прижимает ступни ближе — холодные.
И тихонько выдыхает, трется кончиком носа о его шею, закрывая глаза.
Она чувствует еще запах сигарилл, а руки Кассиана мозолистые и сильные — и так хорошо.
Почти правильно.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

229

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан не спрашивает, что она делает, потому что он и так прекрасно понимает. Понимает ли Джин, он не знает. Но она берет его за руки, она выключает свет и будто ищет его, запоминает, какой он на ощупь. У нее горячие, нежные руки, осторожные ступни, но каждое ее прикосновение - как летний гром, который никто не ругает, потому что он обещает дождь иссушенной земле.
Кассиан пытается сказать что-то, но у него получается только какой-то сдавленный полухрип-полувсхлип. Нельзя поддаваться тому, что Джин будит в нем. Нельзя отталкивать ее после того, что она говорила им с По.
Он не знает, что делать.
- Джин, - просит Кассиан, - Джин, пожалуйста.
Незаметно, и оттого неловко, он пытается отстраниться, чтобы она не могла почувствовать, как реагирует его тело. Руку он не отпускает, цепляется за нее, как если бы тонул. Кассиан хочет сказать ей что-то еще, но слов у него нет и, не дотянувшись до ее уха, он утыкается ей куда-то в ключицу и лежит так, пытаясь унять сердце и себя.
- Когда ты захочешь, - говорит он. Просит, хотя все в нем восстает против этих просьб. - Когда не будешь считать, что недостойна. Пожалуйста, не теперь. Пожалуйста.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-29 22:46:05)

+2

230

А еще у него горячее дыхание — и Джин с трудом переводит свое, жмурится. Замирает — ведь он говорит, что не теперь; замирает — и руки чуть подрагивают.
Джин всхлипывает-выдыхает, закусывая губу, и заставляет себя не прижаться ближе, когда он отстраняется, не податься следом.
Но руки оставляет там же и ногами путается с него.
И осторожно, нерешительно вновь ведет рукой выше, касаясь его волос, накрывает затылок.
Замирает снова, задерживая дыхание — секунда, три, пять, — и шумно выдыхает, подрагивает под его руками.
Страшно, что оттолкнет — и разжимать руки страшно.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

231

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин не прижимается больше, но и не отпускает его. Хватается за его волосы, за руки, за ноги. Джин везде, Кассиан уже и не уверен, где в нем заканчивается он, а где начинается она, но, к счастью, все же не там, где нельзя.
В темноте на Джин нет синяков, но вообще-то в глазах Кассиана на ней их тоже нет. Что бы с ней ни было, она все равно прекрасна, все равно так же чиста, как была. И все же он не поднимается выше ключиц, не касается ее шеи, где ей все еще может быть больно, где на ней все еще ожерелье из следов чужих жестоких пальцев.
Постепенно дыхание Кассиана выравнивается, сердце перестает быть таким оглушительным. Он все равно держит Джин, потому, что и она держит его. Все еще легко, потому, что она держит крепко. Кассиан не поднимает голову, он дышит ночным воздухом, в котором намешалось пыли старого дома, кожи Джин, сигарилл По, и Кассиан вдруг думает - он дома. Вот теперь и он тоже дома.
Думает - и засыпает, и во сне ему спокойно и тепло.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-29 23:17:20)

+2

232

    Ему снится Джессика.
    Она не снилась ему года четыре, а потом вновь начала, когда Бен подложил открытку.
    Как и всегда, сон похож на воспоминание, а может, это и есть воспоминание: ему лет восемнадцать, и они лежат под деревом во дворе дома, его голова на ее коленях. Джесс шестнадцать, на ней неброское платье и венок из листьев в волосах; над головами — пронзительное октябрьское небо. Она гладит его по волосам.
    Они говорят не о том, о чем стоит говорить в приличном обществе. По курит, и дымок вьется вверх тонкой струйкой от его рта каждый раз, когда он затягивается и выдыхает. Джесс расспрашивает его о всяком. О том, что он делал вчера вечером; По улыбается улыбкой доброй и чуточку шальной и смотрит на нее лукаво снизу-вверх. Она морщит нос и чуть краснеет.
    Спрашивает, как ему целовать девушек — он целовал, она знает. По смеется и говорит, что это как поймать ля губами и тянуть, тянуть ноту, пока весь рот не наполнится сладким звоном. Джесс улыбается, ей всегда нравилась его музыка и его сравнения. Больше гитарная.
    — Ты всё меряешь музыкой, — замечает она, пальцы проходят сквозь густые волосы, ерошат их. По пожимает плечами и затягивается.
    Она спрашивает, как ему целовать парней — и щурится; теперь ее черед смотреть лукаво. Дымок летит вверх от его рта. По говорит, что это как поймать ре ртом, и на губах терпко, как от хорошего вина. И курит дальше. Молчание летит под крону дерева, небесная высь пронзительна и чиста, и воздух свеж, и осень хороша.
    Они оба знают, что папа бы не одобрил.
    Но поэтому они и сидят тут вдвоем, и папа никогда не узнает.
    — Кого тебе нравится целовать больше? — спрашивает Джесс.
    — Ты знаешь, — говорит По.
    Она склоняется над ним, и его взгляд цепляется за синяк на ее шее, за еще один на плече, и ему больше не восемнадцать, ему двадцать два, и ей больше не шестнадцать — она мертва.
    Она мертва на его руках, и черные метки въедаются в ее кожу, и По не знает, что делать и как остановить это, и в комнате свищет лютый ветер, и тихо, как же тихо в мире. Он не знал, что бывает такая тишина. Больше не будет музыки. Больше не будет нот во рту и на губах.
    По просыпается в пять утра и долго лежит, не в силах заставить себя закрыть глаза обратно. Вскоре он бросает бесполезное занятие, поднимается, идет на чердак. Находит там ее портрет и тянет ткань в сторону, чтобы открыть лицо. На портрете ей семнадцать, и акварель делает черты ее лица еще изящнее, чем они были в жизни. По вглядывается ей в лицо, качает головой, шепчет извинения; портрет нем.
    По спускается по лестнице вниз и идет мимо комнат, цепляется взглядом за открытую дверь. Это комната, которая всегда доставалась гостям, и сейчас там спят Джин и Кассиан. По аккуратно приближается, чтобы закрыть дверь, но замирает в проеме; ласковый утренний свет гладит спящих так невесомо и легко. Закрытые ресницы чуть трепещут, руки переплелись, покрывало смялось. По шагает в комнату, ступает осторожно и неслышно, приседает рядом с краем кровати.
    В присутствии Джин и Кассиана он чувствует себя спокойнее, поэтому сидит так какое-то время. Просто ласкает их лица благодарным взглядом. Большего не надо. А когда все же наступает время уйти, чтобы не разбудить их случайно и не испугать, По аккуратно тянет на них покрывало. Не удержавшись, касается волос Кассиана, но тут же убирает руку, чтобы не разбудить. К Джин тем же жестом притронуться не решается — она не разрешала, и он не может спросить ее сейчас — поэтому просто вслушивается в мерное дыхание, смотрит долгим взглядом.
    В гостиной По подхватывает гитару. Плечо уже не так болит, прошло уже пять дней, он может играть почти спокойно. Ну, как спокойно. По крайней мере, уровень боли не такой, чтобы начинать немедленно морщиться и сбиваться. Он устраивается на стуле поближе к окну, закидывает ноги на подоконник. Закуривает — на этот раз вишневую сигариллу. Гостиная быстро наполняется сладким запахом. Руки сначала слушаются плохо, потом пальцы начинают бегать по струнам быстрее, и мелодия выравнивается. По напевает себе под нос — сначала. Вкрадчиво.
    А потом увлекается, глядя на то, как за окном просыпается мир, и гитарная музыка гонит прочь тревожный сон, и наверху спят сплетенные Джин и Кассиан, и сигарилла хороша. Не стоит думать о том, что было давно. Лучше о том, что есть сейчас. Или чего нет, но где-то совсем рядом гуляет призраком.
    — Hooka dooka, soda cracker, does your mama chew tobacker? If your mama chews tobacker, hooka dooka — hooka dooka, soda cracker, — расслабленно поет По. — Howlin’ green, green rocky road, you promenadin’ green, — в строчках звучит улыбка, и он тут же тянет ласково, чуть хрипловато: — Tell me who you love, tell me who you lo-o-ove.
    Почему эта песня, По не смог бы ответить, даже если бы захотел.

послушать сладкоголосого Оскара Айзека

[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-29 23:17:42)

+3

233

Ей спится тихо — и хорошо, она просыпается лишь однажды, когда чувствует, что становится прохладно, и натягивает покрывало на себя и Кассиана.
И засыпает снова.
Во второй раз просыпаться приятнее — лучше; солнце скользит лучами по лицу, отчего Джин жмурится крепче, и мысли наполняются музыкой.
Сначала неясно, откуда, а потом Джин улыбается, закрывая глаза, слушает.
Сев в постели, осторожно целует Кассиана в щеку, совсем рядом со ртом, и касается его скулы кончиками пальцев. Едва ощутимо, чтобы не разбудить.
На первом этаже светло, и музыка слышна отчетливо — и Джин не может перестать улыбаться, когда спускается вниз, завязывая пояс халата, и идет сразу на кухню.
В гостиную она приходит уже с кофе — и третья порция приготовится быстро, когда только спустится Кассиан.
Говорят, что кофе надо пить в первые три минуты — а дальше это совсем не то.
Джин пьет любой кофе, однажды — на спор — даже выпивает эспрессо, простоявший заваренным целый день и разбавленный щедрой порцией виски, и ничего. Можно даже сказать, что совсем неплохо — особенно если заменить виски на бейлиз.
По заканчивает петь, и Джин, по-прежнему улыбаясь, садится на подоконник напротив него, шутливо задевает коленкой колено и передает чашку кофе.
Делает глоток из своей, прислоняется спиной к оконной раме.
— Мне нравится так просыпаться, — качает ногой, поглаживая стенки чашки, и склоняет голову к плечу, улыбаясь; ловит его взгляд, и трет покрасневшую щеку. — Ты… очень здорово поешь. Кажется, даже лучше, чем играешь.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

234

    По не очень хочет кофе, но чашку все равно берет и все равно делает глоток, прежде чем отставить ее в сторону на столик и вернуть обе руки на струны. Слова Джин смешат его, и он качает головой; она в одном халате, он еще не потрудился застегнуть рубашку — не думал, что кто-то из них проснется так рано. Хочется ответить что-нибудь в тон, что-нибудь про то, что она хорошенькая, когда спит, и даже лучше, когда бодрствует — так же чуть дерзко и легко, как он ответил бы когда-то давно. Когда ему было восемнадцать, он был юн и беспечен.
    Ему не восемнадцать.
    — Я обычно не пою на публику, — пальцы пробегаются по струнам — ничего особенного, обычный испанский перебор, такому всегда учат в числе первых вещей. — И хочется верить, что играю я все же лучше. Дома, в Нью-Йорке, я хотел стать композитором. Папе не то чтобы не нравилась эта затея, — По усмехается, — но он находил ее несколько идеалистичной.
    Перебор стихает, и По насвистывает, а потом лукаво улыбается и заговаривает голосом ритмичным и сильным:
    — Чикаго, Иллинойс, — пальцы бегают по струнам легко, — я люблю моих ма и па, — он вдыхает и вдруг подается вперед, смотрит Джим прямо в лицо, улыбается шально и по-мальчишески; это же просто песня, да? — Но не так, как я люблю тебя. О Боже, Боже, о Господь, когда смотрю я на тебя, понимаю, что не любил так никого. Джин, о, Джин, ты и наш общий друг, я пропою всё это вслух — мне не надо больше ничего.
    Честно говоря, эту песню По выдумывает на ходу.
    — Ни зажженных сигарилл, ни шоколада, ни Христа, — он убирает ноги с подоконника, поднимается с места и заходит за стул, на мгновение отворачиваясь от Джин и тут же разворачиваясь обратно: — Не надо ничего, кроме тебя, — он прерывается на мгновение и отстукивает ритм по гитаре: — Тебя и Кассиана, — и продолжает: — О, дом, о милый дом, дом — там, где мы втроём. О, дом, о милый дом, — По кивает Джин, чтобы подпевала, языком перемещает сигариллу из одного уголка рта в другой, — дом — там, где мы втроём. Ла-ла-ла-ла ла-ла ла-ла, забери меня домой. Я пойду с тобой.
    Мелодия замедляется, а затем вновь возвращается к прежнему ритму. Разве что теперь По не поет — только смотрит выжидающе на Джин. И играет, играет по кругу, словно хочет вытянуть, вымолить у нее продолжение.
    Ладно, возможно, иногда ему немножко восемнадцать. С утра. Пока он еще не пришел в себя и видел страшный сон, и видел спящих Джин и Кассиана, отчего сердце переполнено светом, и не хочется таиться — хочется петь.

на мотив

[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-30 03:53:16)

+3

235

— Прости, — Джин смеется, щурясь, запрокидывает голову. — Когда Кассиан забирал меня, я сказала, что для мертвеца он выглядит неплохо. Это прекрасно говорит о том, как я умею делать комплименты.
Джин смеется тише и совсем затихает, когда По начинает петь — и думает, что вечер и утро этих дней выходят подозрительно замечательными. Замечательными. Прекрасными… Правильными.
Последнее время она все чаще и чаще думает о том, что вот так — правильно; когда они собираются в одной комнате, каждый занятый своим делом, когда они даже не видят друг друга, но все равно… Она попросту не может подобрать другого слова — и даже не хочет.
Это хорошо — и солнце, заполнившее гостиную, и прозрачный июльский воздух, и голос По, заполняющий всю комнату и мысли, проникающий глубоко-глубоко, до самых мурашек.
Джин качает в такт ногой и отбивает пальцами ритм, и только смеется — снова — когда По кивает; и подпевает — слова совсем простые, такие несложно угадать, и, зажмурившись, когда он второй раз проигрывает один и тот же фрагмент, решается:
— С вами я пошла сквозь лес бы, дебри сквозь, сквозь темноту, кроме вас — других не надо, вас одних я та-ак люблю, — это же только песня, правильно? Так почему бы и не ответить? — Рвы и лодки, водопады, переулки, телеграммы — с вами я была везде Смех до смерти, летней ночью мы гуляли долго очень — лучше быть и не могло-о.
Слова глупые, смешные, вовсе не великие стихи — но великие стихи и не выдумываются на ходу. И не нужны сейчас великие — достаточно того, что они правдивы — разве что мир все еще не пуст:
— Тишь вокруг — и ввысь, и шире, мы втроем остались в мире — Боже, как я вас люблю!
Улыбается, сияя глазами, и смотрит на По безотрывно, ловит его — и взгляд, и пальцы, цепляющие струны, и всего его — и нельзя не поверить, верно, что в песне правда все — все самое важное.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+3

236

    По не знает, начнет ли Джин подпевать, поэтому смотрит на нее почти умоляюще, а когда та все-таки решается — кивает в такт словам, чтобы ей было проще. Это всего лишь песня, но ее слова заставляют его глаза искриться, и мир теплеет, и это хорошо, и этого достаточно. По отодвигает стул ногой, шагает чуть ближе и вновь возвращается к припеву:
    — О, дом, о милый дом, дом — там, где мы втроём. О, дом, о милый дом, — По кивает Джин, чтобы подпевала, — дом — там, где мы втроём. Ла-ла-ла-ла ла-ла ла-ла, забери меня домой. Я пойду с тобой.
    Он точно знает, что будь ему восемнадцать, он бы шагнул еще ближе, сыграл еще, может быть, куплет, а может и не доиграл бы даже его — и поцеловал бы улыбчивую девушку на подоконнике. Когда ему было восемнадцать, и ничто в мире его не заботило, кроме тепла под ребрами, он любил целоваться. Но это было тогда; сейчас в его рту сигарилла, Джин — младше на двенадцать лет, он — тот, кто должен думать дурной головой, даже если поет совсем об обратном.
    По вновь насвистывает, сводит мелодию на нет. Момент проходит, жгучее желание повести себя как мальчишка — не совсем; По не обращает на него внимания. Держит гитару одной рукой, другой вынимает сигариллу из рта, чтобы наконец-то выдохнуть дым в сторону от Джин.
    — Хорошо получилось, — улыбается он. — Я бы повторил с Кассианом, пусть там будет три куплета, — перехватив сигариллу той же рукой, какой держит гитару за гриф, По тянется за кофе. На этот раз ему хочется выпить, чтобы вкус на языке отвлек его от крамольных мыслей. — Сыграть что-нибудь еще?
    Музыка, как всегда, отлично проветривает голову и отвлекает его от всех жутких мыслей разом. Жаль, правда, что в данном случае музыка привлекает в его голову другие мысли. И теперь, видимо, ему никогда от них не спастись; что-то в сознании перемыкает, и всё, что он играет, так или иначе ассоциируется с Кассианом и Джин. Джессика была права, когда говорила в его сне, что он всё меряет музыкой.
    Кассиан и Джин — и есть музыка.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

237

- Если он поёт так же, как читает стихи... - Джин все ещё улыбается, не отводя взгляда от По, только подаётся ближе, навстречу, и смотрит пристальнее, веселее - ей нравится то, что она видит, то, каким сейчас становится По.
И это тоже - правильно.
И ловит его за край рубашки, наклонившись ещё немного, тянет к себе ближе - а когда он делает шаг, обхватывает едва ощутимо его запястье пальцами, ловит губами фильтр сигариллы и бросает на По лукавый взгляд.
Задевает его ладонь, придерживая пальцами, и надеется, что гитару он не выронит - иначе, верно, будет несколько неловко.
И, сделав затяжку, едва отстраняется, запрокидывая голову, чтобы выдохнуть дым обратно - в его сторону.
- Сыграй, - прикусывает губу, качает ногой, задевая мыском ткань его брюк. - Для меня ещё никто никогда не играл. Будешь первым.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-01-30 01:58:32)

+2

238

    Джин тянет его на себя, и По невольно шагает, занятый больше тем, чтобы не пролить кофе из чашки, чем высчитыванием приличного расстояния между мужчиной в расстегнутой рубашке и женщиной в халате.
    — Если он не поет, мы его научим, — рассеянно говорит По, с тревогой наблюдая за тем, как кофе в чашке почти касается ободка, почти выплескивается — «когда, содрогаясь над пропастью, он хочет броситься вниз» — а потом его взгляд падает на то, как Джин ловит губами сигариллу.
    Это самое непристойное — восхитительное — что он видел в своей жизни.
    Когда она выдыхает дым ему в лицо, По делает глубокий вдох; вишня пахнет одурительно. Чтобы как-то прийти в себя, По залпом допивает кофе, ставит пустую чашку на подоконник рядом с Джин. Ему бы стоило застегнуть рубашку, шагнуть назад, оставаться в рамках чёртовых приличий. Она в одном халате, прости Господи. И делает то же, что и в машине — задевает мыском его брюки.
    Тогда он отвел ее ноги в сторону, остановил. Тогда он думал, что она влюблена в Кассиана.
    Сейчас он знает, что она влюблена в Кассиана. И может не останавливать ее.
    Неисповедимы пути.
    Вчерашние мысли делают полный круг: «...ибо размышление велит нам воздержаться, и потому-то, говорю я, мы не можем». По перехватывает гитару обратно в удобное положение, остается стоять так же близко. Он удержится, если все зайдет слишком далеко, честное слово, от того, что они так близко, никто не умрет. Никто даже не узнает. Уж точно не папа за сотни километров в Нью-Йорке. Не портреты же ему донесут — они все равно в другой комнате.
    Какое-то время По просто перебирает струны, отложив почти докуренную сигариллу в чашку, чуть подкручивает колки, затем замирает. Смотрит на Джин, перебирая песни в уме. Фыркает. Ну, конечно. И начинает играть.
    — Ты должна знать эту, — замечает он. — Я могу путать слова. Near Banbridge town, in the County Down, one evening last July down a bóithrín green came a sweet cailín, and she smiled as she passed me by. She looked so neat in her two bare feet, to the sheen of her nut-brown hair, such a lalala elf, I’d to shake myself to make sure I was standing there.
    По поет и смотрит на Джин, на то, как свет из окна золотит ей волосы, и как хорошо, что ему не нужно смотреть на гриф или на струны, и можно смотреть на нее — и как хорошо, что он может закрыть глаза и представить, просто представить, что могло бы быть, будь он чуть свободнее. Будь он как Кассиан — человек, который говорит: «И если ты любишь — ты любишь», — и голос его звучит уверенно и спокойно, и он верит своим словам.

послушать

[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-30 02:36:04)

+2

239

Джин качает головой, закатывая глаза - словно говорит «нет, отказываюсь верить, что ты играешь это»,  но тихонько подпевает, вспоминая полузабытые слова, и все-таки улыбается. Тянет сигариллу, стряхивая пепел, делает затяжку и подхватывает уже увереннее:
- From Bantry Bay down to Derry Quay
From Galway to Dublin town
No maid I've seen like the fair cailín
That I met in the County Down.
Прикрывает глаза, глядя на По из-под ресниц - в солнечных лучах его лицо такое светлое, а он сам кажется младше на добрый десяток лет. И кажется даже, что нет ещё в его жизни Бена и мертвой Джессики, что все ещё очень хорошо - и хочется верить, что однажды, пускай не так, но очень похоже, чтобы улыбка, чтобы светлое лицо, так и будет.
Он стоит близко - ведь она сама его притянула - и Джин, качая ногой в такт музыке, плотно прижимает щиколотку к его икре, скользя выше и ниже, отстраняясь - возвращаясь снова.
- As she onward sped I shook my head
And I gazed with a feeling queer
And I said, says I, to a passerby
«Who's your one with the nut-brown hair?»
He smiled at me, and with pride says he,
«She's the gem of old Ireland's crown.
Young Rosie McCann from the banks of the Bann
And the star of the County Down»
Сигарилла почти кончается, и Джин, поддавшись чуть ближе, улыбается уже немного иначе, подносит фильтр ко рту По - сейчас как раз проигрыш - и прикусывает губу.
Ну же!
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-01-30 07:34:00)

+2

240

    В первое мгновение кажется, что он ошибся, что Джин не нравится, но По упрямо продолжает, и в конце концов она присоединяется тоже. Ее ступня так и елозит по его ноге; он концентрируется на песне и на ее лице, и на том, как их голоса — один ниже, другой выше — переплетаются в воздухе. И на том, что обещал себе удержаться, и только поэтому до сих пор чувствует ее ступню.
    Но куплет вдруг заканчивается, и припев заканчивается тоже; Джин подается ближе, и По не на что отвлекаться, пока выученные пальцы бьют по струнам. Он тянется к ее руке, не сводя взгляда с лица — с заманчивой улыбки больше, чем с глаз, хотя обычно всегда смотрит в глаза — и аккуратно затягивается, почти касаясь губами ее пальцев. Да что там — касаясь.
    Мгновение проходит, и По отстраняется, чуть поворачивает голову, чтобы выдохнуть вишневый сладкий дым в сторону, и всё-таки отрывает взгляд от ее прикушенной губы, чтобы посмотреть в зеленые глаза. Его влечет сильно, будто бурным течением горной реки, и влажный скользкий камень нравственности вот-вот выскользнет из-под пальцев. Но проигрыш заканчивается, и По продолжает петь чуть хриплым от сигариллы голосом:
    — She’d a soft green eye and a look so sly and a smile like the rose in June, and you held each note from her auburn throat, as she lilted lamenting tunes at the pattern dance you’d be in trance as she skipped through a jig or reel. When her eyes she’d roll, as she’d lift soul, and your heart she would likely steal.
    И слава Богу, что песня долгая, и ему еще будет, на что отвлекаться, и можно постоять так еще немного. Узнать бы только, понимает ли Джин, какую власть имеет над его телом, плевавшим на все правила, кроме правил природы — и делает ли это нарочно. Хорошо, что на смуглой коже не так заметен румянец от мысли о том, что повторись вчерашний вечер — нет, конечно, нет — он подумает и об этом моменте тоже; о качающейся в такт песне ступне, о пальцах под самыми его губами.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-30 10:22:05)

+2


Вы здесь » Star Wars Medley » Альтернатива » Там, где тихо и светло [1920!au]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC