Star Wars Medley

Объявление

03.12.2018 Будем благодарны вашей помощи в обновлении мастер-таймлайнов.

01.10.2018 Обратите внимание
на обновление мастер-таймлайна 34 ПБЯ действиями Новой Республики.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Тайко Селчу, Джобин Мотма, Исанн Айсард
Фазма, Като Рен, Финн

...во всей руководящей структуре Империи права были у всех, в той или иной степени,
и меньше всего их доставалось сенаторам.
Garm Bel Iblis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [1920!au] Там, где тихо и светло


[1920!au] Там, где тихо и светло

Сообщений 901 страница 930 из 1000

1

— Ну что ты, ведь кабаки всю ночь открыты.
— Не понимаешь  ты ничего. Здесь, в кафе.  Чисто и опрятно. Свет яркий.
Свет — это большое дело, а тут вот еще и тень от дерева.

Кассиан Андор, Джин Эрсо, По Дэмерон

Время: начало июня 1927 года
Место: Чикаго
Описание: О том, почему нельзя сидеть на капоте, устраивать облавы на спикизи и быть слишком правильным. И немного про то, что бывает, когда третий - в мыслях


хронология событий

июнь 1927

http://sd.uploads.ru/ROKEu.jpg

июль 1927

http://s3.uploads.ru/1suve.jpg

http://sa.uploads.ru/stUCq.jpg

ночь с 3 на 4 июня 1927 года (пятница-суббота) - убийство Шона Галлахера; Кассиан берет Джин в спикизи
5 июня 1927 года (воскресенье) - Джин приходит к Кассиану
6 июня 1927 года (понедельник) - Кассиан предлагает Дэмерону участие в авантюре; Дэмерон в это время остается без квартиры
7 июня 1927 года (вторник) - похороны Шона Галлахера
11 июня 1927 года (суббота) - Дэмерон соглашается на участие в авантюре; Джин, По и Кассиан встречаются втроем; об этой встрече доносят Гарретту, и он принимает меры. Джин соглашается на предложение Гарретта и напоминает ему о Дэмероне
14 июня 1927 года (вторник) - Дэмерон соглашается на предложение семьи Ним
16 июня 1927 года (четверг) - не-случается запланированная встреча, из троих приходит только Кассиан. Дэмерону напоминает о себе Темное Прошлоетм: его форд обзаводится крестообразной отметкой, а на сиденье обнаруживается открытка, из-за чего По пропускает встречу
17 июня 1927 года (пятница) - Дэмерон играет в бильярд с Гарреттом, официально знакомится с Джин, договаривается с ней о встрече на кладбище
19 июня 1927 года (воскресенье) - встреча на кладбище, планирование операции по извлечению бухгалтерских книг семьи Ним
24 июня 1927 года (пятница) - По и Кассиан проникают в кабинет капитана Гарсиа и роются в его бумагах
25 июня 1927 года (суббота) - По и Кассиан узнают о судьбе патологоанатома Доу
ночь с 29 на 30 июня 1927 года (среда-четверг) - Кассиан берет Джин в спикизи и отвозит в участок, где они встречаются втроем; затем По отвозит Джин к Гарретту, где получает задание - убить Кассиана
30 июня 1927 года (четверг) - По «убивает» Кассиана
1 июля 1927 года (пятница) - По играет в бильярд с Гарреттом
2 июля 1927 года (суббота) - По узнает, что его вновь искало Темное Прошлоетм; Джин и Кассиан выносят бухгалтерские книги семьи Ним и отправляю за город
3-5 июля 1927 года (воскресенье-вторник) - Джин и Кассиан изучают дом семьи По, ждут По, притираются друг к другу и тревожатся
6 июля 1927 года (среда) - рано утром приходит По, которого ждали днем раньше, со следами общения с Темным Прошлымтм; Джин и Кассиан наконец-то узнают, что же это за Темное Прошлоетм; Кассиан - хозяюшка, Джин - финансист, По - недоверчивый тревожный котик. Акт III: По устраивает музыкальную паузу, Джин пытает людей ногами и ведет себя крайне жестоко, Кассиан считает, что лишать выбора - это тоже принуждать; единственное «если», взаимное непонимание, По, который хочет, но не может в ménage à trois.
7 июля 1927 года (четверг) - По - непонятый музыкант, Кассиан - хозяюшка, Джин - главный бухгалтер на деревне
8 июля 1927 года (пятница) - По и Кассиан уверяются в том, что Гарретт - подонок, а Джин использует неконвенционные приемы в борьбе за третьего (не)лишнего.
9 июля 1927 года (суббота) - рабочая идиллия. Кассиан познает тайные методы шифрования, Джин снова использует неконвенционные приемы, По держится за подбородок и придумывает планы. Все трое придумывают планы, в результате чего По решает пригласить Бена на встречу во вторник. По страдает с матрасом и Эдгаром Аланом По, Кассиан проходит проверку на прочность, Джин выступает в качестве ревизора. Стихотворная пауза.
10 июля 1927 года (воскресенье) - музыкальная пауза, в результате которой: появляется песня про то, что дом - это где они втроем; Джин не оставляет По выбора, убеждая его в правдивости слов Эдагара Алана, а По слегка шатает внутренний мир Кассиана. Затем По оставляет записку для Бена, придумывает десяток аргументов, почему так нельзя, для Кассиана и Джин, но по итогу все спят в одной постели. Начинают спать, затем случается продолжение начатого в столовой разговора - на этот раз без портретов - но не срастается. Серьезный Разговор между Кассианом и По, в ходе которого оба признаются в любви на девятой-то странице!, а По приобретает для себя новую пачку стекла: «Во всём твоя вина» - на рынке более девяти лет!
11 июля 1927 года (понедельник) - ничего особенного не происходит.
12 июля 1927 года (вторник) - Кассиан одалживает некоторые привычки По вместе с его костюмом, Джин надеется, что в следующий раз одежды на ней будет меньше, По демонстрирует свои познания в искусстве и привитый вкус. Позже они убеждаются в том, что Бен - редкостный ублюдок, приводят По в чувство и домой, а также передают из рук в руки и держат. Время откровенных разговоров, незначительных для дела, но значимых для них самих деталей и воспоминаний, и сочинение третьего куплета про то, что дом - это люди, а не коврик перед дверью. Постель на троих, когда мякотка - это По.
13 июля 1927 года (среда) - нуар превращается в роадмуви. Сюжетно поговорили, сюжетно переспали, устроили сюжетное взаимопроникновение культур и изучение новых языков; Кассиан нашел личный сорт стеклянного крошева.
14 июля 1927 года (четверг) - По выясняет, что дома его считают мертвым, отец его вовсе не ненавидит, а новый валет Кеса Дэмерона мастер в вопросах организации горячего приема. Кес Дэмерон плохо играет в шахматы, но умеет находить нужных людей, Кассиан продолжает закидываться стеклянным крошевом, Джин никого не трогает. Эстафету со стеклянным порошком передают Джин, ведь Звездочка должна сверкать. В Нью-Йорке они обедают, составляют планы, а По доказывает, что он огонь, он смерть, он невероятный. Обратная дорога проходит без приключений.
15 июля 1927 года (пятница) - По обнаруживает, что ему на переносицу кто-то положил гирю и забыл забрать; оказывается, что Бен - редкостный ублюдок и начал ретушировать фотографии и шантажировать ими коллег после совместных вечеринок еще до того, как это стало мейнстримом; Джин с наслаждением грызет стеклышко, но соглашается им поделиться только после того, как По уговаривается на бартер. Стелышко бьется, По отсыпается, Кассиан падает в испанские флэшбэки. Выясняется, что быть всего лишь человеком - совсем даже неплохо. Кассиан учит Джин готовить, По смущает ее разговорами, Джин требует себе двойную фамилию и соглашается на фиктивный брак второй раз за месяц. По мужественно терпит попытки залечить его насмерть, Кассиан переживает, Джин умудряется никого не отравить своей стряпней.
16 июля 1927 года (суббота) - все стеклышки разбиты, котики заслужили поощрение. Котики шуршат бумажками. Фанты. Крем скрепляет лучше скреп, особенно сделанный своими руками и с любовью. А вдвоем всегда интереснее, чем одному — а втроем совсем хорошо, особенно когда все говорят словами через рот. Темное Прошлоетм в исполнении Джин, попытки понять, как это работает, для всех троих.
17 июля 1927 года (воскресенье) - утреннее лежбище любви, первые впечатления, последний глоток воздуха, когда не надышишься. А также немного о том, что надо делать, когда воздух заканчивается - искусственное дыхание рот в рот, спасительные объятия и лучший рецепт от тоски на все времена.
18 июля 1927 года (понедельник) - По получает письмо счастья на случай, если все будет совсем плохо, а Джин - двойную фамилию. Кассиан и Джин снимают квартиру, По возвращается в участок, где оказывается, что привлекать его к поискам бухгалтерии и сбежавшей невесты никто не торопится. Джин устраивает для Кассиана экскурсию по своему прошлому, неожиданно для себя находит коробку - потому что у каждого правильного котика должна быть коробка. По оказывается чудо как хорош в мотивации сотрудников и на приеме у дока, а Кассиан и Джин тренируются в навегадорстве.
19 июля 1927 года (вторник) - По чудо как хорош в щекотливых разговорах и слежке, Кес чудо как хорош в письмах, Кассиан прекрасен в обретении уверенности. Джин обнаруживает, что вместо овец можно считать патроны.
20 июля 1927 года (среда) - утренний клуб интерпретаций объявляется открытым. На сцене появляется старый знакомый, наступает интрига, в частности - как скоро Джин научится вскрывать замки.
21 июля 1927 года (четверг) - лучшим завтраком в постель признан горячий шоколад, отмычки и замки. По чудо как хорош без тормозов, с тормозами и вообще в любом виде, особенно когда не кадрит замужних дамочек только потому, что они замужние. В темном-темном городе в темной-темной фотостудии случае темная-темная встреча, которая немного проливает свет на происходящее.
22 июля 1927 года (пятница) - По борется с желанием позвонить, пугает недобросовестных продавшихся копов, старательно ищет сбежавшую невесту босса ирландской мафии и решает, что тягу к этой невесте, ногам и храбрецу надо бы перешибить. Джин раздвигает границы при помощи рта и ног, Кассиан смущается.
27 июля 1927 года (среда) - Ричард не приходит на запланированную встречу.
29 июля 1927 года (пятница) - Кассиан просит По узнать, что случилось с Ричардом; По приглашен на партию бильярда с Гарреттом, где пьет джин, переступает через себя и не набивает Гарретту морду.
31 июля 1927 года (воскресенье) - По встречается на набережной со Сьюзан, они молчат и наблюдают, как день тонет в воде. Кассиан решается отправиться в нужную студию, а Джин верит, что все будет хорошо.
1 августа 1927 года (понедельник) - вот это студия, которая им нужна. А это Бен, который убил сестру По, работает в студии, которая им нужна.
3 августа 1927 года (среда) - а это фотографии, которые подделывает Бен, который убил сестру По и работает в студии, которая им нужна. А это По, который хочет встречи с Джин и Кассианом, который нашел фотографии, которые подделывает Бен, который убил сестру По и работает в студии, которая им нужна.
5 августа 1927 года (пятница) - математика с Джин Эрсо и ее множественными связями; некрасивые тарелки; коробка с бумажками, которая полагается всякому котику.
6 августа 1927 года (суббота) - По встречается со Сьюзан в церкви, где целует ее, как мог бы целовать сестру; узнает, что Бен женат на Сьюзан уже девять лет и у него есть дочь, а еще решает не перешибать Кассиана и Джин.
7 августа 1927 года (воскресенье) - выясняется, что необязательно верить, чтобы быть ангелами-хранителями, и что никто не должен оставаться со своими бедами один на один. По и умиротворение, Кассиан и подозрения, Джин и слишком сложные решения.
8 августа 1927 года (понедельник) - Кассиан - мастер конспирации одиннадцать инкогнито из десяти; Джин - мастер по вопросам выставления за дверь и установления контакта; Сьюзан просто клёвая и напоминающая Колин.
9 августа 1927 года (вторник) - миссис Родман-Андерс до ужаса боится врачей, но ее бы только в анатомическим театре показывать, мистер Родман-Андерс вновь выставлен за дверь, мистер По Дэмерон, богач, красавчик и филантроп (а кто еще будет работать за такие деньги в полиции) просто прекрасен сам по себе. Но все втроем они еще прекраснее, особенно когда решение принято, письмо прочитано, а вместе - это не про расстояние. Злое трио и море любви

дом Дэмерона

ДОМ
Там есть подвал, в подвале раньше был погреб, сейчас там можно найти еду, которую По туда привез, всякие консервы, вот это вот все. Большой запас дров и спичек. На первом этаже есть просторная гостиная с камином, там же стоит рояль, кресла-диван, шкафы с книгами — классическая американская литература, атласы, всякое-разное про авиацию. Над камином на полке стояли фотографии, но они убраны, остались только следы пыли. В прихожей у двери стоят старинные маятниковые часы, которые до сих пор работают. Электричества там не проведено, но есть газовые лампы, свечи, опять-таки, по всему дому раскиданы спички. Есть кухня, столовая, где большой стол на восьмерых человек, посередине стола стоит пустая ваза для цветов. На стенах висят потреты акварелью, все отдельно: генерал Бэй, его жена, Шара, Кес, По, один портрет снят. Есть кладовая со всякой утварью, метлами, вот это вот все. Вся мебель укрыта белыми покрывалами.

На втором этаже спальни: одна master bedroom, с большой двуспальной кроватью, там стоит трюмо с зеркалом, шкаф для одежды, кресло-качалка, есть отдельная ванная. Есть еще одна спальня с двуспальной кроватью, чистенькая, гостевая. Есть комната с одноместной кроватью, в ней много разных моделек самолетов, старый ящик с детскими игрушками, на столе до сих пор лежат какие-то чертежи и детские рисунки. Двери везде открыты, кроме еще одной комнаты. В этой еще одной комнате тоже одна кровать, трюмо с зеркалом, шкатулка с украшениями, шкаф с платьями, если захотите порыться — напишите, я расскажу, что там еще можно найти интересного. Плюс кабинет, где много книжных шкафов, карта США на стене, большой глобус на трех ножках, дорогой стол красного дерева и кресло, на столе до сих пор все разложено так, будто человек вот-вот вернется и продолжит работу над чем-то. На чердаке склад разнообразных вещей, от садовой утвари до игрушек, есть маленькая лошадка-качалка. Снятый портрет стоит там же, повернутый лицом к стене. Там много разных сундуков со всякими штучками, на одном сложены красивые дорогие фотоальбомы, меж страниц заткнуты фотографии с каминной полки.

ШИФР

пост про шифр
перевод:
0 — пробел
1 — здоровье
2 — расследование / расследовать
3 — опасность
4 — задание / поручение
5 — наводка / след / вести / убедить / вовлечь / пуля
6 — человек
7 — не делай / не надо
8 — делай / надо
9 — помощь / помоги
00 — принеси / приведи / предать суду / быть причиной / возбуждать дело / предъявлять доказательства / заставлять
11 — скрываться / прятать / шкура, кожа / тайник / засада
22 — искать / поиск / обыск / досмотр / исследовать / изучать
33 — вопрос / проблема / сомнение / шанс / допрос / пытка / расспрашивать / допрашивать
44 — сообщение / сообщать / письмо / телеграфировать
55 — подтвердить / поддержать / оформить сделку
66 — подозревать / подозреваемый / подозрительный / не доверять показаниям (6699) / предполагать / думать
77 — разрешение / отпуск / увольнение / прощание / уходить / оставлять / позабыть / откладывать / предоставлять / поручать / позволять / не держать / проходить мимо
88 — обмен
99 — основание / свидетельство / факт / доказательство / очевидность / улика / показание свидетеля / свидетель / документ, которым подтверждается право на что-либо
000 — неуспех / отсутствие / ошибка / несделанное / повреждение
111 — успех
222 — новый / незнакомый / другой / еще один / недавно
333 — давайте встретимся
444 — не найден
555 — оставьте в покое / прекратите
666 — раскрыт / неприкрытый
777 — по плану
888 — тупик / безвыходное положение
999 — не смогу сообщать

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-04-21 17:45:53)

+2

901

    По не находится, что ответить. Что вообще отвечают на такие вещи?
    — Я не собираюсь никого убивать. Я хочу вам помочь.
    — Джессике вы тоже... помогли?
    — Нет. Это была случайность. Я могу рассказать вам все, если вы хотите знать настоящую историю.
    — Бен рассказал мне настоящую историю.
    — Вы так уверены в нем? Человек, который бьет вас, рассказал вам настоящую историю?
    — Он рассказал, что вы постоянно подозревали его в чем-то. Вы и ваш дедушка. Что однажды вы напились и ворвались к ним в спальню. Что вы застрелили бы его, но она закрыла его собой. Что он бежал оттуда после этого. Это ложь? Скажите мне, По. Это — ложь?
    — Полагаю, он также рассказал вам, что бил мою сестру. Что насиловал ее. Что убил свою настоящую первую жену сам, чтобы получить деньги. Что соврал про свою историю, чтобы втереться в доверие моей семьи. Что шантажировал моего отца после всей истории.
    — Вы сами сказали, что настоящий убийца на свободе. Это вы.
    — Это я.
    Они говорят спокойно и так же спокойно молчат.
    — Я вам не верю.
    — Он бьет вас, черт побери.
    — Впервые за девять лет! Не лезьте не в свое дело!
    — Это не я позвонил мне сегодня рано с утра весь в слезах. Я всего лишь пытаюсь вам помочь. Бен опасен. Он убивает женщин. Одному Господу известно, что он может сделать с вами.
    — Я вам не верю.
    — Почему тогда все еще сидите здесь?
    — Вы меня держите.
    — Я вас не держу.
    — Хорошо. Хорошо! Вы меня не держите.
    — Хорошо.
    — Рядом с вами просто спокойно.
    По притягивает Сьюзан ближе к себе и говорит ей на ухо:
    — Не давайте ему забираться в вашу голову. Бен — опасный человек. Он способен на что угодно, чтобы вывернуться из неприятной ситуации. Если вы думаете пойти и рассказать ему про меня — я не буду вас отговаривать. Но ради всего святого, забирайте дочку и уезжайте куда-нибудь далеко отсюда. Чтобы он никогда не смог вас найти.
    — Я не пойду рассказывать ему про вас.
    — Я думал, вы мне не верите.
    — Я не знаю, кому я верю.
    — Когда я убил Джессику, я был юн и пьян, и я плохо соображал, что делаю, и я был зол, что я ничего не могу сделать с человеком, который причиняет ей боль. И я стрелял не в нее. Это было неправильно. Но я хотел ее защитить, только и всего. Это несчастный случай. Есть девушка, в которую я влюблен — ей тоже причиняли такую же боль, и я ничего не могу с этим сделать, это навсегда будет с ней. Пожалуйста, Сьюзан. Дайте мне помочь вам.
    — Вы сказали, что дома вас никто не ждет, кроме работы.
    — Она не ждет меня дома, потому что у меня дома может быть опасно для нее — ее ищет мафия.
    — Господи, да вы вообще слышите себя?
    — Я мог поцеловать вас. Я не поцеловал, потому что я люблю ее. Вам я просто хочу помочь.
    Полуправда соскакивает с языка легко: не её, не её одну.
    — Хотите мне помочь — просто посидите со мной еще. В тишине. Я сама разберусь, кому мне верить.
    — Вы знаете мой номер, если что, — говорит По и сидит со Сьюзан еще почти час.
    Вместе с тишиной возвращается и свет.
[status]eet[/status][icon]https://s14.postimg.org/pyklrp1kh/ava1927-5.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

902

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Кассиан смотрит на конверт, которого не было раньше - так говорит Джин. Он может быть старым, новым, но он тогда от кого-то, кто хорошо знал Джин и ее секреты.
Он не тянется за конвертом. Тот остается у Джин, которая садится, закрываясь от мира - и Кассиана тоже - ногами, пьет кофе, занимая рот, чтобы не пришлось говорить. Она пододвигает на другой край стола коробку, отдавая кусочки прошлого, на которое прежде не хотела смотреть и сама, откупаясь от внимания и вопросов. Он их не задает, через несколько секунд перестает и смотреть, оставляя Джин наедине с письмом. Она расскажет, если захочет.
Коробка пахнет точно так, как пахло в спикизи на рассвете в начале июня, когда он пытался не смотреть на ноги Джин и не думать о том, как он устал так жить, вечно прятаться, вечно ждать, что все раскроется, вечно презирать себя и ничего с этим не делать. Оленьим жиром, как часто пахнет помада. Кроме помады внутри бусины и фотографии, гильзы от патронов и военный жетон - причудливое сочетания красивого и смертельного. Будто эта коробка - крошечное окошко внутрь самой Джин.
Кассиан трогает ее прошлое осторожно, только жетон он вынимает и рассматривает внимательнее. Та война называлась мировой, но Испания тогда решила не быть частью мира, потому Кассиан мало об этом знает, но всегда с интересом узнает. Он рассматривает фотографии - на них неизвестные ему люди, и, когда он на них смотрит, кажется, что он вторгается в их жизни, нарушает чужой покой.
Он заставляет себя отвлечься через какое-то время.
- Все хорошо, Джин?

+2

903

В конверте есть что-то еще, кроме письма — Джин обнаруживает это случайно, когда дочитывает последние строчки и сворачивает бумагу, чтобы убрать ее обратно.
В конверте есть что-то еще — и это фотографии. На одной нет мамы, но есть папа — и есть она, Джин. И папа обнимает ее и улыбается, а Джин не смотрит в объектив — она смотрит на папу.
Тогда — главного и самого лучшего мужчину в ее жизни.
На второй все они трое — и тоже никаких серьезных лиц. Мама настаивала, и потом они сделали правильные фотографии — воспоминание об этом приходит неожиданно. Но папа хотел такие, чтобы они были только для них. Для семьи.
Правильные, с серьезными лицами лежат в коробке — и Кассиан достает их, смотрит, и на мгновение у Джин сжимается сердце — это только ее, личное, — но Кассиан — это тоже личное, и почему бы и нет?
На третьей фотографии только они с мамой. Уголок оборван, а оставшиеся три потрепаны, словно эту карточку папа пересматривал чаще всего.
Джин шмыгает носом, утыкаясь им в коленки, рассматривает фотокарточки. Их всего лишь три, но прежде не было и этого. Всего три — в письме, а еще есть в коробке, и там их больше.
И это так странно. Так удивительно, что на время Джин и в самом деле забывает о Гарретте, о задержке, о том, что в воскресенье они встречаются с По.
Снова тянется за письмом, и перечитывает его, смакуя, запоминая каждую строчку, каждое слово, каждый раз, когда папа пишет, что любит ее, свое Звездочку, что потом все у нее будет хорошо; что он скучает и больше всего хотел бы, чтобы они с мамой были рядом с ним. Пишет, что они всегда будут вместе, пусть даже никогда не увидятся, и Джин хочется то ли плакать, то ли смеяться, когда она вспоминает письмо для По.
Наверное, это просто семейное.
Он пишет — пишет много — и с каждым словом отчего-то становится немного легче.
Память — это хорошо. Это прекрасно, когда можешь вспомнить и пережить те моменты, которые однажды захватили тебя. Но когда есть иное, что можно взять в руки, потрогать, что можно прочитать и посмотреть, убедиться в том, что память не обманывает, это, конечно же, еще лучше.
— Хорошо. Все хорошо, — Джин улыбается, разглаживая сгиб листа, и тянет шею, заглядывает в карточки, которые смотрит Кассиан. — Это мои родители. А это, — она протягивает одну из фотографий, лежащих в письме, и неуверенно смотрит — будет ли ему интересно? — Это мама хотела нормальную фотографию. Мы пытались.
Джин тихо и коротко смеется, прикусывая губу. Выхватывает строчки из письма снова, гладит их кончиками пальцев.
Все будет хорошо, рано или поздно. Иначе просто и быть не может.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

904

    Кафедральный собор Святого Имени кажется вечным и очень, очень светлым. По тоже одевается в светлую одежду, не хватает только привычной федоры, которую он оставляет в машине. Утренняя воскресная служба еще не началась, он приехал заранее и теперь сидит на одной из скамеек ближе к выходу, где его будет просто заметить.
    Вчерашняя встреча со Сьюзан оставляет его в странном настроении. Наверное, ему стоило бы тревожиться: она знает, кто он такой, знает, что он сделал, не верит ему, живет с Беном — и По помнит, как это сказывается на людях. Джессика закрыла ублюдка собой! А она была его сестрой. Что он будет делать, если Сьюзан тоже решит защищать Бена, По не знает. Одно точно: никакого огнестрельного оружия. Только закон, только честный суд.
    Возможно, проще всего будет подвязать Бена к делу ирландцев, и тогда не придется ждать, пока он в очередной раз решит кого-то убить. Это значит, что пора идти к прокурору, пора приводить все в движение, пока не стало слишком поздно, и кто-то не заподозрил, что назревает. Гаррет не заподозрил. Это значит, что скоро все закончится, и их снова будет трое — где-то, как-то, под одной крышей или двумя, но по крайней мере не придется прятаться от чертовой мафии и жить на разных концах города.
    По складывает руки на спинке впереди стоящей скамьи, совсем как Сьюзан вчера, и закрывает глаза. Народ потихоньку начинает прибывать в собор на службу, кто-то тихо переговаривается, и ему не остается ничего иного, кроме как ждать. На несколько мгновений он весь обращается в слух, словно надеется выцепить из тихого людского гомона заветные шаги, но затем оставляет это. Вместо этого По молится, чего не делал уже давно — кажется, с самого начала всей этой истории он едва бывал в какой-либо церкви. А теперь уже дважды за выходные.
    — Храни нас, Господи, как зеницу ока, — негромко говорит он ту единственную молитву, которая идет на ум сейчас так легко, будто кто-то держит молитвенник ему перед глазами, а он видит сквозь закрытые веки. — Укрой нас в тени крыл Своих. Сохрани нас, Господи, в бодрствовании и сне, дабы мы могли бодрствовать со Христом и отдохнуть в мире.
    Аминь.
[status]eet[/status][icon]https://s14.postimg.org/pyklrp1kh/ava1927-5.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

905

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]В пятницу они рассматривают фотографии, суббота просто проходит. В ней сквозит ожидание, которое постепенно натягивается, как проволока канатоходца.
И воскресенье.
Кассиан не помнит, когда еще с такой тревогой и затаенным ожиданием радости ходил на воскресные мессы. Собор, в котором они должны встретиться, высокий, внушительный - это первое и единственное, что в Чикаго напоминает ему о доме. Кассиан, завидев его, ускоряет шаг, сильнее сжимает руку Джин. Служба еще не началась, у них будет время тихо поговорить и до ее начала. Будет время найти По и сесть рядом. Просто быть рядом.
Он едва заметно спотыкается на пороге, потом напоминает себе, что он тут для дела. Это не считается. Внутри все равно шевелится что-то из детства, обычно не то забытое, не то надежно спрятанное глубоко-глубоко. Потом Кассиан видит По - тот уже на месте, уже сидит, если это он, потому что лица его не видно, но только это точно он, потому что они ведь договорились, кто еще это может быть - ничего не говорит, только кивком показывает Джин, если она еще не успела увидеть его сама.
- По.
Его оклик совсем тихий. Кассиан пропускает Джин вперед, чтобы она села рядом с По. Вокруг люди, и так намного лучше, а Джин не то, чтобы любит трогать их - к этому моменту он уже понимает, что ей это, скорее всего, просто надо, иначе все кажется каким-то не таким.

+2

906

Самыми долгими оказываются полтора часа между пробуждением и тем, как они отправляются в собор. Мысли несутся вскачь, силясь скомпенсировать неторопливость времени, и Джин кажется, что минуты тянутся ужасающе долго.
Джин устает от темных цветов, и после долгим раздумий надевает платье — светлое, оттенка топленого молока. Она покупает его в один из дней, который проводит за прогулками и чтением, пока Кассиана нет дома; и это приятно, от этого хорошо — что купила не только для того, чтобы поднять себе настроение.
Минуты тянутся, складываются в полчаса, затем в час, и Джин то и дело смотрит на часы.
А потом — потом время и в самом деле оказывается милосердно. Теперь, когда Джин садится рядом с По, между ним и Кассианом, когда они снова втроем, пусть и совсем ненадолго, эти три недели, полные невыносимого ожидания, скатывающегося в тоску, эти три недели словно схлопываются. Не кажутся настолько долгими.
Она хочет обнять его, поцеловать — их обоих, — но они в соборе, а это не самое подходящее место. Поэтому Джин наслаждается тем, как чувствует тепло его тела — кажется, даже сквозь одежду, — и тянет руку. Переплетает пальцы, пропуская их меж своих, и на мгновение прикрывает глаза.
Разве такое возможно — так сильно любить? Так сильно… нуждаться в другом?
Руку Кассиана она тоже держит, не собирается отпускать.
Светлое, тихое утро, и Джин не помнит, когда она приходила в дом Его со спокойной душой и легким сердцем.
Она улыбается чуть, ловит взгляд По и не говорит — почти выдыхает:
— Привет.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

907

    По слышит оклик Кассиана, но все равно чувствует себя так, будто они материализуются рядом, стоит его молитве закончиться, а не приходят ногами из города, переступая порог собора, как обычные люди. Эта молитва — про ангелов-хранителей. По сидит еще немного, глядя перед собой, вперед, туда, где алтарь и утреннее солнце в витражах по бокам, прежде чем повернуться к ним и улыбнуться улыбкой чистой, практически детской радости — так и нужно улыбаться ангелам.
    Так и нужно улыбаться тем, по кому соскучился.
    Джин в светлом, почти белом платье, сразу же дотрагивается до него, и По откидывается назад и убирает руки со спинки скамьи, прячет их переплетенные пальцы в складках ее платья. Но не стыдливо, не боязливо — так прячут что-то интимное, личное, что не нужно и не хочется никому показывать. Секрет между двумя. Тремя. Ему хочется дотронуться до них больше, обнять, поцеловать — или даже просто целовать, долго. Наверное, впервые По по-настоящему понимает потребность Джин в прикосновениях. Но все, что он может — это держать ее пальцы. Все, что он может — это протянуть свободную руку Кассиану для рукопожатия, краткого, но крепкого.
    — Вы верите в ангелов-хранителей? — спрашивает По вместо приветствия.
    Он вдруг думает об этом. О том, как спас жизнь Кассиану, когда выстрелил мимо тогда, на стройке. О том, как Джин и Кассиан спасли жизнь ему, когда вытащили пулю из плеча. О том, как Джин до сих пор жива только благодаря тому, что Кассиан и он сам взялись укрывать ее от семьи. Каждый из них так или иначе спас жизнь другому. По не задумывался об этом прежде, возможно потому, что давно не был в церкви. Это совсем не относится к делу, не касается ни Гаррета, ни Бена, ничего. Только их троих.
    Если можно гладить людей взглядом, это именно то, чем занимается По — и как он мог забыть это чувство в груди? Кажется, будто он спал и проснулся только сейчас. Или был под водой и вдруг вынырнул, и мир обрушился на него сплетением звуков, света, цвета, жизни. Все отходит на второй план. По позволяет всему отойти на второй план хотя бы на несколько кратких мгновений, потому что они нужны ему. Они нужны ему.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

908

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Они только пожимают руки, но и этого, на самом деле, тоже достаточно - особенно после того, как они столько не виделись. Джин держит за руки их обоих, как бы соединяя их втроем. И этого тоже достаточно.
Кассиан считал, что они будут говорить о деле. Короткая встреча, информация, служба для отвода глаз - и все. Теперь он не может связать и двух мыслей. Слишком много сил уходит на внезапное осознание: они с Джин не были вдвоем. Просто там, где в доме был По, по возвращении в Чикаго угнездилось его отсутствие. Кассиан не знает, высокий свод собора на него так действует, церковные запахи вокруг или то, что они опять вместе, но у него почти что кружится голова, будто все это уносит его куда-то далеко - от дел, от проблем, от всего, чего ему не хочется и не нравится. Стирает вообще все, кроме Джин и По.
Он не сразу слышит вопрос, услышав, не понимает, о чем говорит По. Он-то был уверен, что из них троих По лучше других сохранит трезвую голову и говорить будет только об ирландцах и Бене. Это какой-то шифр, опять?
Он непонимающе смотрит на По несколько еще несколько секунд, потом видит, какой у того взгляд - наверняка точно такой же, как у самого Кассиана - и понимает. Это действительно об ангелах.
- Я верю в людей, которые рядом. В тебя, - он смотрит на По, потом - на Джин, наклоняет голову, целует ее в плечо. - И в тебя. Верю в нас.

+2

909

Они оба держат ее за руки, она держит за руки их; кажется, что пульс одного, отдаваясь в ладони, сливается с другим — и стучит в ее висках. Бьется с ее сердцем.
— У меня есть вы, — Джин закрывает глаза, прислушиваясь — к ним, к себе, к тому, как лежат ее руки в их руках, как чувствует тепло каждого. Как сейчас, кажется, довольно и этого.
У нее есть они, а у них есть она. Не много и не мало. В самый раз.
Джин улыбается, все еще чувствуя на плече поцелуй Кассиана — как жаль, что она не может ответить тем же. Как жаль, что она не может поцеловать По.
Как жаль — но как хорошо, что для всего этого еще будет время.
Джин молчит столько, сколько может; тишина длится и длится — не внешняя, другая; словно внутри — тихо-тихо, светло, слово ранним утром, проснувшись с рассветом, смотришь в синее-синее небо. Бесконечное, глубокое, бездонное.
Она могла бы провести так вечность — но время милосердно лишь в мелочах.
В остальном оно жестоко и не знает жалости — и вечности сейчас у них нет.
И Джин чуть крепче сжимает их руки, не отпуская, по-прежнему держит. Смотрит на По — и едва ощутимо гладит его руку большим пальцем.
— Сэм с нами. То, что он сказал тебе, — он с нами.
Об этом не хочется вспоминать сейчас, но беда в том, что выбора, как обычно, нет.
Чем быстрее выдернешь занозу, тем легче будет идти.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

910

    По не знает, как это — не верить в Бога, даже несмотря на то, насколько далек он от образа порядочного католика, и, наверное, никогда не поймет того, как Кассиан может отрицать религию, или как Джин может не относиться к ней вообще, видимо, никак. Но им не обязательно верить для того, чтобы нести в себе ангельские черты, для того, чтобы олицетворять их для него лично — и этого достаточно. Этих нескольких мгновений достаточно, пока что.
    По собирается, сосредотачивается, и эта безудержная радость пропадает из его лица, но не исчезает совсем, скорее затаивается. Он кивает на слова Джин. Значит, по крайней мере, они с Сэмом поняли друг друга. Это хорошо. Это хорошо, что Сэм с ними, но теперь По придется рассказать, кого с ними нет и не будет больше никогда, и он переводит взгляд на Джин, потом качает головой.
    — Ричард не с нами.
    Что-то в том, как он говорит это «не с нами», как тяжело звучит его голос, должно донести нужный смысл. По дает им несколько мгновений услышать, осознать его слова, осознать, что это значит. Он все еще не знает, как они наткнулись на него и чего хотел от них Ричард, и как они уговорили его помогать им — если он все-таки помогал им. Но волнует его не это. По лезет во внутренний карман пиджака и достает коробок спичек. Обычный. Ничем не примечательный.
    — Мне очень жаль, — быстро и негромко говорит он. — Но он еще может нам помочь. Гаррет сказал, он полез не в свое дело. Вы что-то знаете об этом?
    По ничего не делает с коробком, просто держит его в руке, на виду. Это хороший коробок. Полный хороших спичек. Его открывали от силы пару раз. И это тоже хорошо. Пожалуй, ничто не нравится По больше, чем этот коробок сейчас.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

911

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]- Знаем. Это я убил его.
В его голосе нет особо сожаления или вины - он говорит это просто чтобы успеть взять на сея вину первым, чтобы Джин решила, что это так прежде, чем ей хоть на миг пришло бы в голову, что она виновата в чужой смерти. На самом деле никто из них не виноват. В таких ситуациях людей убивает выбор, который они делают. И правильный выбор, к сожалению, делает это особенно часто и успешно.
- Мы случайно столкнулись с ним в одной из студий, и он узнал меня, - объясняет Кассиан. - Потом мы все втроем столкнулись там же, ночью. Он - возможно, не только он один - считал, что не с нами больше Джин. От него я узнал, что искать нужно не рядом с семьей, а рядом с работой - что мастер был наш. Он обещал узнать точный адрес, правильное имя. Мы должны были встретиться, но не сложилось.
Кассиан не особо понижает голос, тон у него скучный, интонации тягучие, будто он просто пересказывает последние новости из тех, о которых говорят только чтобы занять чем-то время. В такие слова и вслушиваться не хочется.
- Место я нашел сам, в понедельник. И... ну, ты уже знаешь, Джин писала тебе об этом. Расскажи, что у тебя. Ты говорил с Гарретом. Что еще? Что известно? Что нет? Что... что с Беном?
По говорил прежде, что это его дело, но так было раньше - не теперь. Теперь и это тоже - общее.
Все время, пока Кассиан говорит, он не выпускает руку Джин, сжимает ее то крепче, то слабее, почти вторя тому, как бьется его сердце. Она наверняка знает, как терять людей, об этом он не переживает. А вот о том, что может быть порог, за которым потерь становится слишком много, о том, что Джин могла подойти к нему уже давно - да.

+2

912

Ричард больше не с ними — и Джин не то что бы удивлена. Не то что бы ошарашена. С той среды, когда Дик не приходит, она подсознательно к этому готовится.
Он думает, что она мертва — потому что пропала и нигде ее нет.
Потому что такие вещи обычно работают именно так.
И когда он не приходит, она тоже думает, что он мертв. Решает, что он мертв.
Теперь По это подтверждает. Джин думает, что хорошо, что перед его смертью они встретились. Что они поговорили. Что она узнала, что он все же любит ее и она по-прежнему часть чьей-то семьи; что он узнал, что она жива — и скучала по нему.
Она этого не говорила, но когда вы проводите рядом много времени, некоторые вещи становятся понятны без слов.
— Не говори глупостей, — Джин смотрит на Кассиана, и лицо у нее совершенно спокойно. — Он взрослый человек и это был его выбор.
И все же отнимает руку, отпускает руку По. Закрывает лицо руками, дышит — вдох, выдох, вдох, выдох. Переводит дыхание. Заставляет себя расслабить плечи, и сидит так еще немного — слушает.
Мысленно добавляет в список еще одно имя. В этом списке есть Шон, есть Кассиан, теперь есть и Ричард. Где-то там еще есть она сама.
Выпрямившись, снова смотрит на По, на коробок спичек.
— Он не курил. Ну, как я помню. Это что-то значит? К чему-то ведет?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

913

    Джин реагирует достаточно спокойно. Возможно, дело в том, что они на публике, в соборе, вокруг люди и вот-вот начнется месса. Возможно, дело в том, что она знает о порядках семьи больше, чем они с Кассианом, что для нее они более привычны, обыденны даже. Ты оступаешься, босс считает, что ты подвел его — и тебя рассчитывают. Вот так просто. Никто не защищен.
    Кассиан рассказывает о встрече в фотостудии, выдерживая скучающий тон, но вопросы задает бойко и нетерпеливо, и их слишком много, чтобы ответить на все сразу. По кажется, что с того момента, как они расстались, прошла целая жизнь. Несколько жизней. Слишком долго — и слишком многое случилось, поменялось. Поэтому он выбирает тот вопрос, который задает Джин — на него ответить проще. И, возможно, важнее.
    — Новый Орлеан, — говорит По, поворачивая коробок картинкой к Джин и Кассиану. — Нашел среди вещей Дика. Думаю, ему понравилась картинка, — на коробке нарисована девушка, вульгарно курящая мундштук. — И это прекрасная новость, потому что ты напишешь записку и положишь ее сюда. А я обнаружу ее и донесу до Джонсона — помнишь Джонсона, Кассиан? — на мгновение отвлекается По. — Он ирландский, да. Его поставили искать, пока меня не было. Так вот. Я донесу это до Джонсона, и мы пойдем по «следу».
    Люди рассаживаются, но все предпочитают сидеть поближе к алтарю. Вокруг них малолюдно, и никто не заинтересовывается их беседой. По не очень нравится, что придется говорить поверх слов священника, но ему нравится, что для этого можно наклониться ближе к Джин и Кассиану. Если бы только все были настолько поглощены мессой, что ему удалось ухватить хотя бы поцелуй или скользнуть рукой по колену вверх, хоть что-нибудь.
    — В остальном все готово к тому, чтобы отправляться к прокурору, — совсем тихо говорит По. — Нужно действовать быстро. Пока Гаррет отвлечется на этот «след», мы сможем встретиться с прокурором, а дальше — дальше главное всем дожить до суда.
    Удивительным образом на этот раз под «всем» По имеет в виду себя — потому что это его Гаррет рассчитает, если вдруг раскусит обман. Любую часть обмана. Джонсон куплен, но он ненадежен. Он уже дошел до капитана Гарсиа. Капитан Гарсиа верит По больше, чем Джонсону — видимо, сказывается тот факт, что По так долго был таким честным. Но это только пока. Капитан тоже не дурак. Есть еще и сам Гаррет, с которым По то и дело встречается лично. Одно дело дурить кому-то голову, передавая слова через капитана, и другое — обманывать лично.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

914

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Джин все понимает и сама, но она расстроена. Она закрывается, и Кассиан оставляет ее одну, дает ей этот кусочек одиночества, переключаясь на По, слушая, что тот говорит. Он не отвечает на все вопросы, но после такого времени работы в одиночку все, что угодно - ценная информация. Что угодно - ответ, просто на те вопрос, которые еще не успели задать.
- Джонсон ирландский, - повторяет Кассиан.
Он помнит - в списке этого имени не было. Значит, его купили недавно. Семья расширяется, и очень быстро. Слишком быстро. На минуту он ловит себя на том, что городу это на пользу: у итальянцев дела шли слишком хорошо, теперь будет, кому их уравновесить; увлеченные грызней друг с другом, они отвлекутся от города. Потом Кассиан напоминает себе: больше его это не интересует. Пусть с Чикаго будет, что будет. Этому городу вряд ли что-то сможет помочь. Главное - помочь Джин. Помочь По. Закончить начатое. Сделать хоть что-то, не отступив на полпути.
- Бен, - напоминает он снова. На этот раз По не уйдет от разговора. - Что с ним? По, он связан с делом, мне нужно знать. И тебе нужно быть вдвое осторожным. Мастер наш, понимаешь? Он мог наблюдать за тобой не только со стороны. И сейчас тоже может, даже если тебе кажется, что это не так.
Кассиан на месте закона, если бы очень сильно хотел бы закрыть ирландцев, предложил бы Бену сделку. Свидетельства в обмен на то, что он останется свидетелем, а не обвиняемым. Что он делал бы на своем месте, он не знает. Это слишком сложный выбор - между тем, чтобы помочь Джин и помочь По. Может, его и не придется делать. Может, закон для разнообразия расправится с теми, кто действительно того заслуживает.
- Да, нам пора к прокурору. Ты сможешь выбраться? Или пойдем мы с Джин? Джин, что скажешь, хочешь познакомиться с прокурором?
Кассиан говорит так, будто сам он с ними знакомится по десять раз на дню, хотя на деле он их даже и вблизи не видел. Но это не важно - он знает, что сказать. У него есть, чем подкреплять свои слова. Он знает, что поступает правильно. А это те три вещи, которые кого угодно сделают храбрецом.

+2

915

- Записка - прекрасная мысль, - Джин кивает, разглядывая коробок, и коротко касается его пальцами, заодно задевает руку По. И сжимает его ладонь снова, снова переплетает пальцы. Тянется к Кассиану и ловит его руку тоже. - Можно увести обратно в Новый Орлеан, можно сделать крюк. Я сейчас подумаю, как будет лучше. Или у тебя есть план?
Если у По есть план и на этот случай, это хорошо. Все, в общем-то, хорошо, кроме того, что он говорит про дожить до суда. Он - они - доживут. Ничего с ними не случится. Все будет в порядке.
С ними со всеми все будет в порядке.
Джин старается думать об этом, когда слушает Кассиана, и неожиданно чувствует глухое раздражение. То, как он спрашивает о прокуроре - словно говорит с ребёнком.
Ей не нравится это ощущение, и Джин старается его заглушить. Прогнать. И так достаточно поводов для беспокойства, чтобы ещё надумывать всякие глупости.
Джин гладит пальцы По, ладонь Кассиана, кивает.
- Да, конечно.
Чуть крепче сжимает руку Кассиана; смотрит на По; прячет их руки в складках своего платья, прижимая к бедру. Они сидят тесно, близко друг к другу, и ей это нравится.
Ей не хватало этого - ощущения, понимания, что и По рядом тоже.
- Теперь это действительно и наше дело тоже, По, - она говорит негромко и спокойно, словно не прижимает сейчас его руку тесно, не гладит жилку на запястье. Она соскучилась - и сама не думала, что настолько сильно. И это непривычно, странно - и немного страшно. Так сильно любить кого-то. Так сильно любить двоих. - Расскажи?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

916

    По отрицательно качает головой: плана у него нет. План должен быть у Джин. Это должно быть что-то, что она придумала сама, и только тогда это будет выглядеть аутентично. Так, что Гаррет купится. Вместо плана у По есть бумага и ручка, и он достанет их из карманов и передаст Джин чуть позже.
    Если уж на чистоту, в какой-то момент По подумал, что безопаснее всего будет инсценировать смерть Джин. Однако сделать это убедительно, так, чтобы Гаррет поверил, не видя своими глазами, не выйдет. Тут одних слов недостаточно, одной фотографией с ретушью не отделаешься. Тут нужно тело, и это должно быть тело Джин, и оно должно быть мертвым. По не может этого допустить, а потому даже не предлагает.
    Тыльной стороной ладони он касается бедра Джин, так тесно они сидят, и пусть это всего лишь сквозь платье, впечатление такое, как будто кожа к коже. Удивительно, но несмотря на то, насколько похожа на Джин Сьюзан, По не чувствует к ней и близко ничего похожего, когда сидит рядом, даже когда обнимает. С Джин они всего лишь держатся за руки, а такой эффект. Его взгляд соскакивает с лица Джин на Кассиана — он понимает, что они делают. Они загоняют его в угол вдвоем, заставляют рассказать. Только ничего нового и полезного для их общего дела у него нет.
    По ловит себя на том, что смотрит на рот Кассиана, хотя это совсем ненужно — тот ничего не говорит, ничего не делает. Это По должен говорить. И он отводит взгляд в сторону, отклоняется обратно, слушает мессу несколько мгновений. Думает, как уложить случившееся в емкие предложения, как можно более лаконичные. Думает, стоит ли говорить о том, что если бы решил по-другому, то целовал бы жену Бена? Но в этом нет никакой практической пользы. Он решил так, как решил. И он здесь. И он не говорит им, что оставит их.
    Не оставит.
    Выдержав паузу и убедившись, что никому нет до них дела, По склоняется обратно:
    — Мы пойдем к прокурору все вместе, покупайте газеты ежедневно, и я дам знать дату, когда смогу. Адрес у вас есть. Восемь вечера, — он замолкает. Качает головой. — Бена, раз все так удачно складывается, мы подвяжем к делу ирландцев. Так будет правильнее. Тут он действительно виноват, — его голос звучит твердо, уверенно. — Дело в том, что я познакомился с его женой. И я, — По делает глубокий вдох, медленно выдыхает: — И я больше не понимаю, что он за человек.
    Он думал об этом весь остаток вчерашнего дня. О том, что запутался. Что не понимает. Что воспоминания подводят его, быть может, они и вовсе не так уж верны, как ему казалось до сих пор. Но это не имеет отношения к делу Джин, это непродуктивно и неважно. По вновь качает головой.
    — Это не имеет значения. Мы сосредоточимся на общем деле, не на нем. Тут он действительно виноват, — повторяет он.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

917

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Письмо По оставляет на Джин и Кассиан тоже не лезет. Ее письмо, ее решение, а не его, не их. Все, что касается Бена, вообще-то, тоже решение не его, не их, а По, но оно Кассиану не нравится. Ни то, как тот опять что-то не понимает, ни это "действительно", ни, тем более, "тут".
- Он и раньше виноват. Он виноват, - Кассиан старается звучать твердо, надеясь, что так По забудет, как он не хотел, чтобы кто-то вмешивался в эту историю.
Ежедневные газеты значат, что поход - вопрос дней. Даже среды ждать не придется, они скоро увидятся снова. Они еще не успели расстаться, а Кассиан уже считает, когда увидятся снова. Все не так.
Он молчит, слушает мессу, надеясь, что ее мерная торжественность вычистит все ненужное, сосредоточит. Он смотрит на людей, которым не на что больше тратить воскресное утро, скользит взглядом по их головам. Смотрит выше и по сторонам. Алтарь впереди черно-красный. Мрамор, наверняка, но издалека кажется, будто это кровавые брызги на камне. Орган за ними отделан бронзой. Высится, как какой-нибудь дворец султана из восточной сказки. С одной стороны в окна вдруг бьет свет, бросая россыпь цветных пятнышек на лавки и колени, на светлое платье Джин и их с По переплетенные руки. Никто не смотрит на них.
Никто не смотрит на них - и Кассиан, на секунду сильнее сжимая руку Джин, выпускает ее и тянется дальше.
Остатки католического детства одергивают его, потому он не кладет ее на ногу По, как хотел, а просто накрывает ей голубой квадратик света сжатых руках По и Джин.

+2

918

Джин замечает то, как По  смотрит на Кассиана, и улыбается этому. Даже тогда, когда По говорит про Бена, когда Кассиан говорит, словно читает ее мысли, все равно улыбается. Закидывает ногу на ногу, прижимает их — теперь их, теперь они держатся втроем, и, Господь, ты же видишь это — и неужели столь сильная любовь может быть неугодна Тебе, когда Ты Сам есть любовь? — теснее. Крепче. Вот кружевная манжета чулка, вот голая кожа, а платья хороши тем, что спрятать они могут очень многое.
Джин улыбается тихо, глядя на алтарь, вслушиваясь в слова священника, и затем снова смотрит на По. Гладит его руку, руку Кассиана. Склоняет голову к плечу — и так она еще ближе к По, и так хочется податься еще немного вперед, совсем немного — и поцеловать.
Она могла бы — все равно все слушают священника. Но вряд ли это понравится По. Вряд ли ему, конечно, понравится и то, что она и так сделала, но.
Но еще Джин помнит, о чем она собиралась сегодня сказать. И снова хочется трогать, гладить, касаться впрок.
— Если привязать его только к семье, это скорее всего мало что даст. Он только помощник — он не часть семьи, — Джин говорит негромко, по-прежнему улыбаясь, спокойно. Словно о погоде или о новом платье — впрочем, нет, новое платье вызвало бы у нее больше эмоций. Словно о погоде. — Он может предложить сотрудничество — как это сделала я. Если я правильно понимаю, его свидетельство о том, что он ретушировал фото для семьи, могут стать… хорошим аргументом в пользу того, что, — она хмыкает, — мой дорогой жених рассчитал Шона. И тогда Бен выйдет из воды почти сухим. Не уверена, что это то, чего ты хочешь. И точно знаю, что это не то, что я бы хотела для этого madra.
Джин снова гладит его руку, руку Кассиана.
— Мы хотим помочь тебе, По. И, возможно, мы можем это сделать. Почему ты не хочешь принять нашу помощь?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-04-01 13:50:38)

+2

919

    По практически уверен, что его руку подожгли. Его лицо почти наверняка подожгли тоже, потому что они в соборе — в соборе! — и то, куда Джин кладет их с Кассианом руки, как прикрывает их платьем — это бесстыдно и неправильно, и он выскальзывает из-под их пальцев и ладоней, качает головой: не здесь. Он бы очень хотел и даже думал об этом, но не здесь. То, о чем этот жест заставляет его думать, такое далекое и несвязанное с делом, с работой — это не то, о чем людям пристало думать так близко к Господу.
    К счастью, слова Джин помогают ему прийти в себя, остудиться. По вновь складывает руки на впереди стоящей скамье, извиняется коротко про себя за непотребство, прикрыв глаза. Заодно он думает о Джессике, о том, в чем виноват Бен, и это странно. Стоило ему снять с себя цепочку с кольцом, как эти события будто истерлись, иссохли, как старая мебель, и чем дальше, тем меньше По думает о них, по-настоящему помнит о них. Вина больше не жжет его, и он не может понять, хорошо это или плохо, правильно или нет.
    Возможно, ему нужно исповедоваться, и тогда все встанет на свои места.
    — Он ретушировал фото не только для семьи, но и для капитана. А в участке много полицейских, и не все они принадлежат ирландцам. Если удастся закрыть всех, кто причастен к ирландцам — Бен сядет тоже, возможно, не на тот срок, на который я бы хотел, но сядет.
    По замолкает. Не смотрит на Джин и Кассиана, будто их нет тут вовсе, и он просто думает вслух. Это действительно почти так. Он взвешивал опции. У него нет ничего, что помогло бы посадить Бена за убийство более чем десятилетней давности. За убийство Эбигейл. У него нет ничего, что помогло бы посадить Бена за убийство Джессики — потому что он не убивал ее. И один Господь знает, планировал ли. Все материалы в любом случае уже уничтожены. У него едва ли есть что-то, чтобы посадить Бена за шантаж. У него нет и вовсе ничего, чтобы посадить Бена за покушение на убийство, потому что насколько он знает, они со Сьюзан жили душа в душу до сих пор.
    — Его жену зовут Сьюзан, — говорит По.
    Он поворачивается и тянется к руке Джин, на которой надето кольцо, и ведет пальцем по изящному узору ар-нуво на тонком серебряном ободке. Коротко сжимает ее пальцы и выпускает, вновь смотрит вперед и говорит так, будто повторяет молитву за падре:
    — Я подстроил встречу с ней. Спас ее от грабителя. Дал свой номер. Мы встречались несколько раз, она звонила мне. В последний раз — вчера, в слезах. Она сказала, они женаты девять лет. Дочь — это его дочь. Это они были в ресторане. Я не думаю, что она лжет, — По без понятия, чем Джин и Кассиан могут ему помочь, но продолжает говорить так же спокойно и размеренно, как звучит месса: — Бен стал бить ее в последнее время. Я думаю, она поэтому увлеклась мной немного. Говорила, рядом со мной ей спокойно. Вчера она сказала, что Бен рассказывал ей про Джессику. И про меня тоже. Она знает, кто я такой. Догадалась, потому что я неосторожно выдал ей все карты в руки. Вчера она думала, я пришел, чтобы убить и ее тоже. Как Джессику. Я не знаю, удалось ли мне убедить ее, что я всего лишь хочу ей помочь. Что Бен — опасный человек, и если он начал ее бить, то ей стоит бежать от него со всех ног. Тем более, что у нее есть ребенок.
    Это то единственное, в чем По не сомневается.
    — Но я не знаю, если они жили нормально девять лет? И у них есть дочь? Может, он и не планирует ничего такого? Может, он и тогда не планировал ничего такого, — он хмурится. — И я просто додумал.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+1

920

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Кассиан сглатывает, смотрит наверх. Крыша странная: отделана бронзой но все равно напоминает что-то фабричное. Кассиан считает квадраты на ней, потому что он всего лишь человек, у него не так уж много сил, а вокруг месса, церковь, другие люди, а эти двое слишком близко. Он досчитывает до двенадцати, потом По все прекращает.
Кассиан дышит.
Джин тем вренемен убеждает По, а По сомневается. Ему не идут сомнения, погребенным в них он выглядит вполовину тем человеком, которым есть на самом деле. Кассиан закатывает глаза.
- Мы сидели тогда в кафе, помнишь? Он не бил тебя, но тебя все равно потом почти трясло. Ему не нужна была сила, чтобы заставить твои мысли быть такими, какими нужно было ему. Хорошо, он не бил свою жену. Почему это значит, что ты додумывал? Джессика - разве Джессика не говорила тебе, что любит его, что это ничего, что ты не должен вмешиваться? Теперь он не бил - раньше - свою жену, и ты вдруг готов поверить в те старые слова?
Он замолкает. Сидит еще. Приглаживает подол светлого, как она сама, платья Джин. Кассиан знает, в чем ошибка. Никогда нельзя сближаться с теми, кто близок к твоим врагам. Все они люди, и об этом нужно помнить. Но то, что они люди, не лишает тебя правоты.
- С ним и правда могут договориться, я думаю. Но лучше услышать, что скажет об этом прокурор, судья. Зачем? - все-таки не выдерживает Кассиан. - Зачем тебе было знакомиться с его женой? Какой был план?

+2

921

Поэтому она увлеклась им немного… А он?
Джин помнит ту женщину в Henrice’s; смутно, но помнит. Теперь оказывается, что ее зовут Сьюзан, что По встречался с ней несколько раз; что она звонила ему в слезах.
Что она привлекательная — но это Джин помнит. Смутно, но помнит. Догадывается, что Бен не женился бы на дурнушке.
Да и она сама не образец, чтобы оценивать другую женщину. Привлекательную, к тому же. Увлекшуюся, к тому же, По.
Кольцо проворачивается на пальце раз, два, три; Джин тянет его до костяшки, надевает обратно.
Кассиан спрашивает — и он спрашивает, наверное, правильные вещи. И говорит тоже.
Наверное. Но это точно лучше, чем то, что может — хочет — спросить она.
Это неожиданно — Джин так привыкает к тому, что их трое, что не приходится выбирать, ревновать, мучиться, что совершенно не ожидает, что подобная мысль посетит ее сейчас.
«А ты?» — хочется спросить ей, но она не спрашивает.
Если бы что-то произошло, По бы не стал скрывать. Джин в этом уверена. Значит, мучиться подобными вопросами — нечестно по отношению к самому По.
— Бедная Сьюзан, — вместо этого говорит Джин и прикусывает губу. Смотрит на свои руки — они чистые, белые, с прожилками вен; но она помнит это ощущение, словно грязь не смывается, словно она под кожей; словно не выведешь ее никак и никогда, останется навсегда, даже когда исчезнет видимый след. Это отвратительно, это страшно, когда боль причиняет человек, которого ты ненавидишь. Как же это должно быть, когда любишь этого человека? Любишь настолько, что, как Джессика, готова закрыть его собой? Джин не может себе этого представить — она любит Кассиана и По, но совершенно невозможно, что кто-то из них поднимет на нее руку. — Это мерзко, когда… когда так делает тот, кого ты ненавидишь. Должно быть, намного хуже, когда любишь.
Смотрит на руки, на прожилки вен, вспоминает, как заставляла себя отложить нож, когда вдруг опять появлялась необходимость, потребность, нужда эти следы соскоблить. Избавиться от них.
— Думаешь, что что-то сделала не так. Не понимаешь, почему. За что, — прерывисто выдыхает и словно немного вздрагивает, прикрывает глаза. Откидывается на спинку скамьи. — Бедная Сьюзан.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

922

    Где-то в глубине души По ждет этого вопроса, но его все нет. Кассиан говорит про кафе, про Джессику. Наверное, это называется «пытается вразумить». Вопроса нет, и нет, и нет, пока Кассиан наконец не спрашивает, зачем, и По вдруг чувствует вспышку ярости, она опаляет ему грудь, и он резко склоняется ближе к нему. И так же резко замирает, когда заговаривает Джин. Видит краем глаза, как она смотрит на руки, и то, что она говорит — думать о том, что что-то такое же могла бы сказать ему и Джесс, невыносимо.
    — Затем, — резким шепотом отвечает По, когда Джин замолкает, и кивает на нее.
    Он вдруг понимает, что ему не столь важно, на сколько сядет Бен, даже сядет ли вообще. Это было бы идеальным исходом, это навсегда убрало бы опасность того, что где-то, когда-то он вновь окажется рядом с какой-нибудь женщиной, которая будет достаточно неосторожна, чтобы дать ему приблизиться, задурить ей голову. Но если это невозможно, если прокурор и судья предпочтут договориться с ублюдком, чтобы избавить Чикаго от Гаррета Мура, то это ничего страшного.
    — Затем, что я не мог спасти Джесс, она не хотела слушать меня. Я не мог спасти Джин, меня просто не было рядом. Но я могу спасти ее, — горячо говорит он. — Здесь и сейчас, я могу спасти ее, понимаешь?
    По не думает, что Кассиан сможет понять эту жгучую потребность. Он не думает, что даже Джин сможет, хотя она прошла через то же самое, через что сейчас — возможно, действительно прямо сию секунду — проходит Сьюзан. И По наконец-то может что-то сделать. Он может даже прийти туда.
    Он может прийти домой к Бену и дать ему знать, что он все еще здесь, что он все еще следит, что он будет следить всегда.
    Он может прийти домой к Бену и закрыть собой Сьюзан — как должен был бы закрыть собой Джессику вместо того, чтобы лакать алкоголь и угрожать ублюдку пистолетом.
    Как должен был бы закрыть собой Джессику вместо того, чтобы стрелять в Бена.
    По смотрит на Кассиана, переводит взгляд на Джин и просит, молит:
    — Дайте мне спасти ее.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

923

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Джин жалеет незнакомую Сьюзан, но Кассиану вдруг становится очень жаль Джин. Она слишком правдиво и печально говорит, чтобы можно было убедить себя в том, что у нее просто хорошая фантазия. Она смотрит на свои руки, на свое кольцо, которое дал ей Кассиан, которое дал ему По, которое носила когда-то Джессика. Кольцо, которому никогда не стать просто кольцом.
Даже По замирает под весом взглядов, жестов и слов Джин. Замирает, а потом все же пытается объяснить. Эти его слова звучат больше похожими на того По, которого знает Кассиан. Прошлое нельзя исправить, но горячечное желание выправить в себе тот изъян, из-за которого прошлое случилось именно таким, каким оно было, Кассиан узнает. Из-за него он дал Джин номер, из-за него решил, что больше отступать не будет.
Он понимает, правда.
- Ты хочешь спасти ее один, - он говорит, а не спрашивает, потому что знает, что так оно и есть. - Спасай ее один. Но не смей сомневаться в том, нужно ей это или нет. Делай или не делай. Если они как-то жили девять лет, и он не планирует ничего такого - не мешай. Если ты додумал тогда все - отступи. Если нет, если ты помнишь правильно, если веришь в это - делай.
Кассиан отворачивается в сторону. Там на стенах на красноватых плитах проживает свою жизнь Иисус Христос. Сегодня, и завтра, и во веки веков он идет по стенам умирать за грехи людей только для того, чтобы на другой стороне собора начать путь сначала.
- Я не верю в ангелов, - говорит, наконец, Кассиан. - Я в тебя верю. Тебе - и в тебя. И ты тоже поверь - иначе ты никого не спасешь.

Отредактировано Cassian Andor (2018-04-01 22:37:28)

+2

924

Джин смотрит на стены, на алтарь, на потолок. Куда угодно, лишь бы не смотреть на руки, не смотреть на Кассиана или По. По говорит — просит; в его голосе Джин слышит мольбу.
Они в соборе — кажется, самое подходящее место для мольбы.
Вопросов становится еще больше — не меньше. Почему он должен был ее — Джин — спасти? Он ведь не думает винить себя в том, что произошло с ней? Это было бы… странно. Очень странно.
Она им увлеклась — а он? А он ею увлекся в ответ? Хотя бы немного? Думал ли он об этом? Если она звонила ему в слезах — плакала ли она потом, рядом с ним? На его плече?
Джин думает об этом, и может даже представить себе картинку. По выглядит надежным, сильным, наверное, это может получиться само собой. Он выглядит как человек, который может решить все твои проблемы, достаточно только сказать о них. Как благородный рыцарь Круглого стола или древний герой. Джин думает про Одиссея. Вспоминает про письмо. Интересно, читал ли он его?
Осторожно сжимает руку По, путает пальцы вместе.
— Просто помни, что ты не один, — просит в ответ, ловя его взгляд; касается руки Кассиана. Касается их обоих — то ли держит, то ли сама держится.
Переплетает пальцы теснее.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

925

    Они разрешают ему, и волна облегчения накрывает По настолько сильно, что он почти тянется обнять их обоих, почти тянется соприкоснуться губами — он и так ближе, чем положено в приличном обществе, но все заняты подходящей к концу мессой, и никто не смотрит назад. Все смотрят только вперед. Он сжимает руку Джин крепче, на Кассиана только кидает благодарный взгляд — и отклоняется обратно, выпрямляется, и вся тревога вдруг стирается с его лица, стирается и страх, и сомнения, и все, что мешало ему дышать эти три недели.
    Разноцветный свет от витражей расчерчивает собор каким-то причудливым узором, как лоскутное одеяло, и синие квадратики мешаются с желтыми, зелеными, красными. Слова мессы подлетают к потолку и остаются там, Иисус смотрит со стен, По чувствует, как ярость, которую он привез с собой из Нью-Йорка, растворяется под его взглядом. Растворяется рядом с Кассианом и Джин, которая переплетает их пальцы, соединяет их троих сейчас.
    — Я думаю, вы можете встретиться с ней, если беспокоитесь, что это какая-то ловушка, — спокойным, ровным голосом говорит По и мельком смотрит на Джин: — Только не называйтесь своими именами и будьте осторожны. Я обещал найти для нее какое-нибудь место. Моя комната у пани Ориховской отлично подходит. Она все еще оплачена на четыре месяца вперед. Можете проводить ее туда, например, пока я буду занят, — он встряхивает коробком, который до сих пор не выпускает из рук. — Записка, Джин. Пока служба не закончилась.
    По прячет коробок и достает бумажку и ручку.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

926

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Джин добавляет к его словам то, что сам Кассиан посчитал слишком очевидным, чтобы говорить. И по тому, как реагирует По, он понимает, что она попала точно в цель. Конечно, По жил один, не пытался говорить с отцом много лет, у него не было отношений, его друг был у него по желанию друга и денег, а не потому, что По так хотел. Да, возможно, для него это было и не слишком очевидным.
Кассиан улыбается Джин с благодарностью. Он не знает, от рождения у нее это или это что-то, выросшее за время ее работы на Шона, но у нее какое-то удивительное чутье на людей. Она ведь могла обратиться за помощью к кому угодно. К тому же Джонсону, например - Джонсон выглядит заслуживающим доверия, порядочным человеком.
Но она пришла к нему, и жизни их всех троих изменились страшно, прекрасно.
Волна нежности вдруг затапливает его, и Кассиан решает ничего с этим не делать, он просто смотрит на Джин и ждет, пока снова сможет нормально дышать.
Потом он говорит:
- Про комнату знает Бен. Хотя... ты ведь был ему там нужен, теперь это место для него неважно. Да, можно встретиться.
Он быстро просчитывает сложности - называться не своим именем он сможет только если пани не будет вмешиваться и называть его по имени, но это мелочи, пожалуй. Джин там не станут искать, никто в семье не знает про это место - и это сразу же делает его лучшим вариантом.
- Да, - повторяет Кассиан. - Можно.

+2

927

Джин кивает - как Кассиан сказал. Если они уверены, что это будет безопасно - относительно безопасно - то это хорошая идея.
Джин на самом деле жаль Сьюзан. И даже не зная ее, она хотела бы ей помочь.
- Ребёнок. Девочка, - Джин поднимает взгляд от записки, на которой не пишет - рисует, устроив ее на коленке, - и прикусывает губу. - Я думаю, будет лучше, если девочку она тоже возьмёт с собой. Или отправит в какое-нибудь действительно безопасное место, где... где, если что, Бен не сможет никак ей навредить. Им обеим.
Ей не хочется думать, что существуют люди, способные причинить вред собственному ребёнку или давить на супругов с их помощью - но беда в том, что такие существуют. В шантаже, кажется, все способы хороши - и иногда шантажировать можно и супругу. Супруга.
Если бы она была на месте Бена, если бы она действительно планировала что-то страшное, она озаботилась бы тем, чтобы оставались дополнительные рычаги давления. Безусловно действенные рычаги.
Если бы она была на месте Сьюзан, она бы сделала все, чтобы обезопасить себя - и своего ребёнка.
Джин не уверена, насколько По нужен этот ее совет - он наверняка подумал об этом и сам, в самом-то деле, - но не сказать не может. В некоторых случаях лучше не промолчать.
Она и в самом деле хочет ей помочь.
С запиской Джин заканчивает быстро - отмечает крестиком несколько мест, подписывает их. Рядом со всеми отметками, кроме одной, рисует трёхлистник. У оставшейся, подумав, дорисовывается шестиконечную звезду. В углу листа ставит дату - допустим, 17/08/27 - и, хмыкнув, рисует бутылку.
Допустим, да, иногда ей нравятся эти шутки и Джин как джин.
Если уж играть в шарады, так отдаваться этому полностью.
Схемка получается простой: Чикаго (c) — Новый Орлеан (no) — Даллас (d) — Канзас-Сити (ks) — Сент-Луис (stl) — Новый Орлеан (c). В Далласе есть горстка еврейской мафии, а во всех остальных точках — ирландцы.
- Просто соотнесёте с картой и все. Конечный пункт - Новый Орлеан, - Джин складывает записку так, чтобы она поместилась в спичечный коробок, проводит ногтями по сгибам, мнет; немного надрывает угол одного из сгибов — Ричард обычно был аккуратен в том, что не оставлять свидетелей, но не в таких мелочах. — Так подойдет?
Смотрит на Кассиана, на По, прикусывает изнутри щеку. Она не то что бы слишком хороша в составлении планов, а этот след должен быть чистым. На него точно должны повестись.
Вторая попытка у них будет едва ли.
Потом Джин смотрит на священника, на алтарь; смотрит на свои руки. И тихо выдыхает.
— Мне надо вам сказать кое-что, — наконец, решается — почему-то в мыслях это все было намного проще, — и нервно крутит, тянет кольцо. — Но я не уверена, что собор — подходящее место. Других вариантов точно нет, По?
Скорее всего, ей понадобится, чтобы ее кто-нибудь обнял. Джин не уверена, но ведь всякое может быть. В ее воображении она вообще сообщает им эту «прекрасную» новость ненароком и со спокойствием человека, уверенного в завтрашнем дне чуть больше, чем абсолютно. В не-воображении Джин кажется, что у нее сейчас задрожат пальцы, руки, вся она. Словно разбитых тарелок было мало. Тихий вдох, тихий выдох. Все хорошо.
Служба еще идет. Время у них пока еще есть.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-04-02 11:29:15)

+2

928

    По молча кивает в ответ на слова Джин; про девочку он думал тоже, да и в любом случае сомневается, что Сьюзан оставит дочку наедине с Беном сейчас. В комнате будет достаточно места для обеих. Однако действовать нужно быстро, и поэтому подавать объявление в газету, а затем ждать следующего дня кажется По опасной тратой времени. Он мог бы дать Сьюзан телефон Джин и Кассиана, но и это считает опасным. Береженого Бог бережет куда охотнее.
    — Я позвоню, — говорит он. — Сегодня или завтра.
    У него нет номера Сьюзан, но По кажется, она не станет медлить. Лишь бы она не стала медлить. Лишь бы Бен не задурил ей голову вновь. Она позвонит. Позвонит. Он же убедил ее. Наверное. Господи, сделай так, чтобы он ее убедил. По замечает, что мысли идут по кругу, и прерывает их. Забирает записку у Джин, складывает ее в коробок, коробок — во внутренний карман пиджака, перебирает в уме, что еще им стоит обсудить. Но вроде бы на этом все.
    Однако Джин заговаривает вновь, и По смотрит на нее, чуть хмурясь.
    То, как она крутит кольцо, ему не нравится. Тревога не возвращается, сошедшее благодатное спокойствие все еще не покидает его, и По вопросительно смотрит на Кассиана: знает ли тот, в чем дело? Почему собор — это неподходящее место? Затем возвращается взглядом к Джин, думает несколько мгновений. Собор — это самое безопасное место. Они могли бы попробовать поговорить в какой-нибудь близлежащей подворотне, но там не слишком приятно находиться, и кто угодно может заглянуть и увидеть их. Они могли бы поговорить в машине, перемещаясь по городу, но тогда По придется сосредоточить часть внимания на дороге. Иных вариантов на скорую руку он придумать не может.
    — Боюсь, что нет, — негромко, мягко говорит По, коротко касается плеча Джин и тут же убирает руку. — Что такое, mo ghrá?
    Может, это что-то еще про Гаррета? Какая-то деталь из того времени, пока она была с ним под одной крышей, которую не решилась рассказать раньше? Что-то, о чем нужно выговориться? Тогда собор действительно будет неподходящим местом — если их кто-то услышит. По уверен, их никто не услышит. И что бы Гаррет с ней ни сделал, это узнают только они с Кассианом.
    Он делает жест рукой Кассиану, и наклоняется ближе к Джин, чтобы она могла говорить так тихо, как захочет.
[status]Lahire[/status][icon]https://s10.postimg.org/43i8g0p7t/ava1927-3-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

929

Вдох.
— Кажется, я беременна.
Вдох.
— Кажется, от Гарретта.
Выдох.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

930

[icon]http://s5.uploads.ru/t0xiw.jpg[/icon]Джин пишет записку - рисует целую схему. И какое-то время все идет, как надо.
А потом что-то ломается.
Кассиан смотрит на Джин, на По, на кольцо, которое она крутит, все никак не может оставить в покое. Повинуясь жесту По, он наклоняется низко, чтобы услышать то, что скажет Джин. Если она скажет. Если захочет.
Она говорит. Выдыхает
Кассиану нужно несколько секунд, чтобы осознать то, что он услышал.
- Тарел...
Он обрывает себя. Это совершенно неважно. Слишком много желаний и слов наваливаются сразу, он не знает, что делать. Радоваться? Печалиться? Поддерживать? Убить Гарретта? Напомнить, что это может быть и не он? Сказать, что все будет хорошо?
Карусель из возможностей вращается, пока голова не начинает кружиться. Кассиан заставляет этот вихрь успокоиться. Он снова наклоняется ближе к Джин - он все еще рядом с ней - и спрашивает то единственное, что стоит спросить:
- Что ты хочешь с этим делать?

+2


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » [1920!au] Там, где тихо и светло


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC