Star Wars Medley

Объявление

01.06.2018 Не пропустите обновленный мастер-таймлайн 34 ПБЯ.

23.05.2018 Объявление об изменениях
в амс, а также про сетки, эпизоды, шедоунет
и приказ Верховного Лидера.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Хан Соло, Гален Эрсо, Исанн Айсард
Леди Люмия, Фазма, Джейна Соло

И хорошо, что часть рассудка прекрасно осознавала то, что это желание лживо,
что поддаваясь подобным соблазнам,
можно лишь загнать себя в могилу.
Corvus Bladd

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Там, где тихо и светло [1920!au]


Там, где тихо и светло [1920!au]

Сообщений 271 страница 300 из 1000

1

— Ну что ты, ведь кабаки всю ночь открыты.
— Не понимаешь  ты ничего. Здесь, в кафе.  Чисто и опрятно. Свет яркий.
Свет — это большое дело, а тут вот еще и тень от дерева.

Кассиан Андор, Джин Эрсо, По Дэмерон

Время: начало июня 1927 года
Место: Чикаго
Описание: О том, почему нельзя сидеть на капоте, устраивать облавы на спикизи и быть слишком правильным. И немного про то, что бывает, когда третий - в мыслях


хронология событий

июнь 1927

http://sd.uploads.ru/ROKEu.jpg

июль 1927

http://s3.uploads.ru/1suve.jpg

http://sa.uploads.ru/stUCq.jpg

ночь с 3 на 4 июня 1927 года (пятница-суббота) - убийство Шона Галлахера; Кассиан берет Джин в спикизи
5 июня 1927 года (воскресенье) - Джин приходит к Кассиану
6 июня 1927 года (понедельник) - Кассиан предлагает Дэмерону участие в авантюре; Дэмерон в это время остается без квартиры
7 июня 1927 года (вторник) - похороны Шона Галлахера
11 июня 1927 года (суббота) - Дэмерон соглашается на участие в авантюре; Джин, По и Кассиан встречаются втроем; об этой встрече доносят Гарретту, и он принимает меры. Джин соглашается на предложение Гарретта и напоминает ему о Дэмероне
14 июня 1927 года (вторник) - Дэмерон соглашается на предложение семьи Ним
16 июня 1927 года (четверг) - не-случается запланированная встреча, из троих приходит только Кассиан. Дэмерону напоминает о себе Темное Прошлоетм: его форд обзаводится крестообразной отметкой, а на сиденье обнаруживается открытка, из-за чего По пропускает встречу
17 июня 1927 года (пятница) - Дэмерон играет в бильярд с Гарреттом, официально знакомится с Джин, договаривается с ней о встрече на кладбище
19 июня 1927 года (воскресенье) - встреча на кладбище, планирование операции по извлечению бухгалтерских книг семьи Ним
24 июня 1927 года (пятница) - По и Кассиан проникают в кабинет капитана Гарсиа и роются в его бумагах
25 июня 1927 года (суббота) - По и Кассиан узнают о судьбе патологоанатома Доу
ночь с 29 на 30 июня 1927 года (среда-четверг) - Кассиан берет Джин в спикизи и отвозит в участок, где они встречаются втроем; затем По отвозит Джин к Гарретту, где получает задание - убить Кассиана
30 июня 1927 года (четверг) - По «убивает» Кассиана
1 июля 1927 года (пятница) - По играет в бильярд с Гарреттом
2 июля 1927 года (суббота) - По узнает, что его вновь искало Темное Прошлоетм; Джин и Кассиан выносят бухгалтерские книги семьи Ним и отправляю за город
3-5 июля 1927 года (воскресенье-вторник) - Джин и Кассиан изучают дом семьи По, ждут По, притираются друг к другу и тревожатся
6 июля 1927 года (среда) - рано утром приходит По, которого ждали днем раньше, со следами общения с Темным Прошлымтм; Джин и Кассиан наконец-то узнают, что же это за Темное Прошлоетм; Кассиан - хозяюшка, Джин - финансист, По - недоверчивый тревожный котик. Акт III: По устраивает музыкальную паузу, Джин пытает людей ногами и ведет себя крайне жестоко, Кассиан считает, что лишать выбора - это тоже принуждать; единственное «если», взаимное непонимание, По, который хочет, но не может в ménage à trois.
7 июля 1927 года (четверг) - По - непонятый музыкант, Кассиан - хозяюшка, Джин - главный бухгалтер на деревне
8 июля 1927 года (пятница) - По и Кассиан уверяются в том, что Гарретт - подонок, а Джин использует неконвенционные приемы в борьбе за третьего (не)лишнего.
9 июля 1927 года (суббота) - рабочая идиллия. Кассиан познает тайные методы шифрования, Джин снова использует неконвенционные приемы, По держится за подбородок и придумывает планы. Все трое придумывают планы, в результате чего По решает пригласить Бена на встречу во вторник. По страдает с матрасом и Эдгаром Аланом По, Кассиан проходит проверку на прочность, Джин выступает в качестве ревизора. Стихотворная пауза.
10 июля 1927 года (воскресенье) - музыкальная пауза, в результате которой: появляется песня про то, что дом - это где они втроем; Джин не оставляет По выбора, убеждая его в правдивости слов Эдагара Алана, а По слегка шатает внутренний мир Кассиана. Затем По оставляет записку для Бена, придумывает десяток аргументов, почему так нельзя, для Кассиана и Джин, но по итогу все спят в одной постели. Начинают спать, затем случается продолжение начатого в столовой разговора - на этот раз без портретов - но не срастается. Серьезный Разговор между Кассианом и По, в ходе которого оба признаются в любви на девятой-то странице!, а По приобретает для себя новую пачку стекла: «Во всём твоя вина» - на рынке более девяти лет!
11 июля 1927 года (понедельник) - ничего особенного не происходит.
12 июля 1927 года (вторник) - Кассиан одалживает некоторые привычки По вместе с его костюмом, Джин надеется, что в следующий раз одежды на ней будет меньше, По демонстрирует свои познания в искусстве и привитый вкус. Позже они убеждаются в том, что Бен - редкостный ублюдок, приводят По в чувство и домой, а также передают из рук в руки и держат. Время откровенных разговоров, незначительных для дела, но значимых для них самих деталей и воспоминаний, и сочинение третьего куплета про то, что дом - это люди, а не коврик перед дверью. Постель на троих, когда мякотка - это По.
13 июля 1927 года (среда) - нуар превращается в роадмуви. Сюжетно поговорили, сюжетно переспали, устроили сюжетное взаимопроникновение культур и изучение новых языков; Кассиан нашел личный сорт стеклянного крошева.
14 июля 1927 года (четверг) - По выясняет, что дома его считают мертвым, отец его вовсе не ненавидит, а новый валет Кеса Дэмерона мастер в вопросах организации горячего приема. Кес Дэмерон плохо играет в шахматы, но умеет находить нужных людей, Кассиан продолжает закидываться стеклянным крошевом, Джин никого не трогает. Эстафету со стеклянным порошком передают Джин, ведь Звездочка должна сверкать. В Нью-Йорке они обедают, составляют планы, а По доказывает, что он огонь, он смерть, он невероятный. Обратная дорога проходит без приключений.
15 июля 1927 года (пятница) - По обнаруживает, что ему на переносицу кто-то положил гирю и забыл забрать; оказывается, что Бен - редкостный ублюдок и начал ретушировать фотографии и шантажировать ими коллег после совместных вечеринок еще до того, как это стало мейнстримом; Джин с наслаждением грызет стеклышко, но соглашается им поделиться только после того, как По уговаривается на бартер. Стелышко бьется, По отсыпается, Кассиан падает в испанские флэшбэки. Выясняется, что быть всего лишь человеком - совсем даже неплохо. Кассиан учит Джин готовить, По смущает ее разговорами, Джин требует себе двойную фамилию и соглашается на фиктивный брак второй раз за месяц. По мужественно терпит попытки залечить его насмерть, Кассиан переживает, Джин умудряется никого не отравить своей стряпней.
16 июля 1927 года (суббота) - все стеклышки разбиты, котики заслужили поощрение. Котики шуршат бумажками. Фанты. Крем скрепляет лучше скреп, особенно сделанный своими руками и с любовью. А вдвоем всегда интереснее, чем одному — а втроем совсем хорошо, особенно когда все говорят словами через рот. Темное Прошлоетм в исполнении Джин, попытки понять, как это работает, для всех троих.
17 июля 1927 года (воскресенье) - утреннее лежбище любви, первые впечатления, последний глоток воздуха, когда не надышишься. А также немного о том, что надо делать, когда воздух заканчивается - искусственное дыхание рот в рот, спасительные объятия и лучший рецепт от тоски на все времена.
18 июля 1927 года (понедельник) - По получает письмо счастья на случай, если все будет совсем плохо, а Джин - двойную фамилию. Кассиан и Джин снимают квартиру, По возвращается в участок, где оказывается, что привлекать его к поискам бухгалтерии и сбежавшей невесты никто не торопится. Джин устраивает для Кассиана экскурсию по своему прошлому, неожиданно для себя находит коробку - потому что у каждого правильного котика должна быть коробка. По оказывается чудо как хорош в мотивации сотрудников и на приеме у дока, а Кассиан и Джин тренируются в навегадорстве.
19 июля 1927 года (вторник) - По чудо как хорош в щекотливых разговорах и слежке, Кес чудо как хорош в письмах, Кассиан прекрасен в обретении уверенности. Джин обнаруживает, что вместо овец можно считать патроны.
20 июля 1927 года (среда) - утренний клуб интерпретаций объявляется открытым. На сцене появляется старый знакомый, наступает интрига, в частности - как скоро Джин научится вскрывать замки.
21 июля 1927 года (четверг) - лучшим завтраком в постель признан горячий шоколад, отмычки и замки. По чудо как хорош без тормозов, с тормозами и вообще в любом виде, особенно когда не кадрит замужних дамочек только потому, что они замужние. В темном-темном городе в темной-темной фотостудии случае темная-темная встреча, которая немного проливает свет на происходящее.
22 июля 1927 года (пятница) - По борется с желанием позвонить, пугает недобросовестных продавшихся копов, старательно ищет сбежавшую невесту босса ирландской мафии и решает, что тягу к этой невесте, ногам и храбрецу надо бы перешибить. Джин раздвигает границы при помощи рта и ног, Кассиан смущается.
27 июля 1927 года (среда) - Ричард не приходит на запланированную встречу.
29 июля 1927 года (пятница) - Кассиан просит По узнать, что случилось с Ричардом; По приглашен на партию бильярда с Гарреттом, где пьет джин, переступает через себя и не набивает Гарретту морду.
31 июля 1927 года (воскресенье) - По встречается на набережной со Сьюзан, они молчат и наблюдают, как день тонет в воде. Кассиан решается отправиться в нужную студию, а Джин верит, что все будет хорошо.
1 августа 1927 года (понедельник) - вот это студия, которая им нужна. А это Бен, который убил сестру По, работает в студии, которая им нужна.
3 августа 1927 года (среда) - а это фотографии, которые подделывает Бен, который убил сестру По и работает в студии, которая им нужна. А это По, который хочет встречи с Джин и Кассианом, который нашел фотографии, которые подделывает Бен, который убил сестру По и работает в студии, которая им нужна.
5 августа 1927 года (пятница) - математика с Джин Эрсо и ее множественными связями; некрасивые тарелки; коробка с бумажками, которая полагается всякому котику.
6 августа 1927 года (суббота) - По встречается со Сьюзан в церкви, где целует ее, как мог бы целовать сестру; узнает, что Бен женат на Сьюзан уже девять лет и у него есть дочь, а еще решает не перешибать Кассиана и Джин.
7 августа 1927 года (воскресенье) - выясняется, что необязательно верить, чтобы быть ангелами-хранителями, и что никто не должен оставаться со своими бедами один на один. По и умиротворение, Кассиан и подозрения, Джин и слишком сложные решения.
8 августа 1927 года (понедельник) - Кассиан - мастер конспирации одиннадцать инкогнито из десяти; Джин - мастер по вопросам выставления за дверь и установления контакта; Сьюзан просто клёвая и напоминающая Колин.
9 августа 1927 года (вторник) - миссис Родман-Андерс до ужаса боится врачей, но ее бы только в анатомическим театре показывать, мистер Родман-Андерс вновь выставлен за дверь, мистер По Дэмерон, богач, красавчик и филантроп (а кто еще будет работать за такие деньги в полиции) просто прекрасен сам по себе. Но все втроем они еще прекраснее, особенно когда решение принято, письмо прочитано, а вместе - это не про расстояние. Злое трио и море любви

дом Дэмерона

ДОМ
Там есть подвал, в подвале раньше был погреб, сейчас там можно найти еду, которую По туда привез, всякие консервы, вот это вот все. Большой запас дров и спичек. На первом этаже есть просторная гостиная с камином, там же стоит рояль, кресла-диван, шкафы с книгами — классическая американская литература, атласы, всякое-разное про авиацию. Над камином на полке стояли фотографии, но они убраны, остались только следы пыли. В прихожей у двери стоят старинные маятниковые часы, которые до сих пор работают. Электричества там не проведено, но есть газовые лампы, свечи, опять-таки, по всему дому раскиданы спички. Есть кухня, столовая, где большой стол на восьмерых человек, посередине стола стоит пустая ваза для цветов. На стенах висят потреты акварелью, все отдельно: генерал Бэй, его жена, Шара, Кес, По, один портрет снят. Есть кладовая со всякой утварью, метлами, вот это вот все. Вся мебель укрыта белыми покрывалами.

На втором этаже спальни: одна master bedroom, с большой двуспальной кроватью, там стоит трюмо с зеркалом, шкаф для одежды, кресло-качалка, есть отдельная ванная. Есть еще одна спальня с двуспальной кроватью, чистенькая, гостевая. Есть комната с одноместной кроватью, в ней много разных моделек самолетов, старый ящик с детскими игрушками, на столе до сих пор лежат какие-то чертежи и детские рисунки. Двери везде открыты, кроме еще одной комнаты. В этой еще одной комнате тоже одна кровать, трюмо с зеркалом, шкатулка с украшениями, шкаф с платьями, если захотите порыться — напишите, я расскажу, что там еще можно найти интересного. Плюс кабинет, где много книжных шкафов, карта США на стене, большой глобус на трех ножках, дорогой стол красного дерева и кресло, на столе до сих пор все разложено так, будто человек вот-вот вернется и продолжит работу над чем-то. На чердаке склад разнообразных вещей, от садовой утвари до игрушек, есть маленькая лошадка-качалка. Снятый портрет стоит там же, повернутый лицом к стене. Там много разных сундуков со всякими штучками, на одном сложены красивые дорогие фотоальбомы, меж страниц заткнуты фотографии с каминной полки.

ШИФР

пост про шифр
перевод:
0 — пробел
1 — здоровье
2 — расследование / расследовать
3 — опасность
4 — задание / поручение
5 — наводка / след / вести / убедить / вовлечь / пуля
6 — человек
7 — не делай / не надо
8 — делай / надо
9 — помощь / помоги
00 — принеси / приведи / предать суду / быть причиной / возбуждать дело / предъявлять доказательства / заставлять
11 — скрываться / прятать / шкура, кожа / тайник / засада
22 — искать / поиск / обыск / досмотр / исследовать / изучать
33 — вопрос / проблема / сомнение / шанс / допрос / пытка / расспрашивать / допрашивать
44 — сообщение / сообщать / письмо / телеграфировать
55 — подтвердить / поддержать / оформить сделку
66 — подозревать / подозреваемый / подозрительный / не доверять показаниям (6699) / предполагать / думать
77 — разрешение / отпуск / увольнение / прощание / уходить / оставлять / позабыть / откладывать / предоставлять / поручать / позволять / не держать / проходить мимо
88 — обмен
99 — основание / свидетельство / факт / доказательство / очевидность / улика / показание свидетеля / свидетель / документ, которым подтверждается право на что-либо
000 — неуспех / отсутствие / ошибка / несделанное / повреждение
111 — успех
222 — новый / незнакомый / другой / еще один / недавно
333 — давайте встретимся
444 — не найден
555 — оставьте в покое / прекратите
666 — раскрыт / неприкрытый
777 — по плану
888 — тупик / безвыходное положение
999 — не смогу сообщать

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://s7.uploads.ru/uW6cs.jpg[/icon][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-04-21 17:45:53)

+2

271

Джин упирается ногами в сиденье По и утыкается лицом в колени, чтобы не засмеяться во весь голос; когда начинает смеяться По, тихонько стонет сквозь едва сдерживаемый смех, и все же смеется тоже, встряхнув волосами.
Сложно определить, что кажется более комичным — голый По, бегающий по пшеничным полям (например, в духе Ван Гога — в меру красивое, в меру тревожное, и голый По там будет смотреть достаточно неорганично, чтобы можно было над этим посмеяться), или Кассиан, со сосредоточенным лицом пытающийся сделать «как полагается, раз уж в порядке инициации».
Потом Джин ловит себя на том, что всерьез пытается представить голых По и Кассиана, стремительно краснеет и закрывает лицо руками уже из-за смущения, смешанного со стыдом в изрядных пропорциях.
Господи Боже.
Флэпперок, конечно, считают распущенными донельзя — Джин об этом прекрасно знает — но… Но. Но все-таки.
Переводит медленно дыхание, чтобы не засмеяться снова и не охрипнуть из-за смущения, и опирается локтем о стол, закрыв глаза рукой.
— Господи Боже, — встряхнув головой снова, прячет покрасневшие уши за волосами и убирает руку, старательно давит смущенную, готовую вот-вот расползтись улыбку. — Это не то, что я хотела представлять, — и запинается, все-таки смеется снова. — Наверное.
Стирает выступившие от смеха слезы и переводит взгляд с Кассиана на По, снова на Кассиана — и обратно. И кивает, пожимая плечами, опирается локтями о коленку.
— Хочу. Конечно, хочу. Мне, — Джин делает глоток чая, глядя удивительно спокойно, словно обсуждает погоду, — постоянно кажется, что эта кровать слишком большая для двоих. Постель в твоей спальне, По, мне нравилась больше. И, кстати…
И все же улыбается снова, оглянувшись на Кассиана.
— «Что бы делал с ней»? А что бы ты — вы — делали со мной? — и смотрит из-под ресниц, склонив голову к плечу, прикусывает губу, чтобы не засмеяться снова. Опять.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

272

    Еще есть шанс, что Джин скажет «нет», что ей покажется, что это слишком, и По переводит взгляд на нее, стараясь не менять выражения лица. Ничем не выдавать своих чувств по поводу. Это звучит хорошо, но так точно нельзя. По может объяснить себе поцелуй с Джин и поцелуй с Кассианом — может объяснить это тем, что это все отдельно. Что он просто изменяет ей с ним и наоборот, с молчаливого разрешения обоих, и так как-то проще. Странно — очень — но проще. Проще считать себя изменником, которым По в жизни не был, чем — это.
    Он чувствует, как все та же самая яркая картинка подбирается к нему со спины, и ведь сам же сказал, прочертил пальцами круг между ними: «мы с вами обоими», — только сегодня утром. И Джин, словно нарочно, задает свой вопрос; веселые искорки тают в глазах По, он чувствует себя жарко, душно, и ему стыдно. Господи, как ему стыдно за эти мысли. Как ему стыдно разделять эти мысли с Кассианом и Джин.
    По кидает взгляд на Кассиана и выглядит тревожно, загнанно, совсем не так, как всего пару мгновений назад. Как будто тонет и смотрит туда, где только недавно был воздух, а теперь вода, сплошная вода. Пучина.
    — Джин, — По поворачивается и указывает рукой на один из портретов: — это мой отец, — на следующий, — а это мать. А это дед, — на третий, — и бабушка. Ты правда хочешь?.. Не здесь.
    Молодому себе в лицо на портрете По смотреть избегает, и хорошо, что он снял портрет Джессики. Она бы посмотрела на него так же, как и тогда.
    — И в любом случае, я не, —  он вздыхает, опускает взгляд на стол, оставляет искуренную сигариллу в пепельнице и тут же взволнованно тянется за новой, — буду спать с вами втроем. Но я уступлю кровать, если тебе там нравится больше. Мне без особой разницы, где спать. Или можешь просто прийти ко мне, — По резким жестом тушит спичку и затягивается сигариллой так, будто этот раз — последний. — Любой из вас может. Но только — только не вдвоем, пожалуйста.
    Вместо того, чтобы смотреть на Джин и Кассиана, По разглядывает клубы дыма из собственного рта. Джессика бы точно посмотрела на него так же, как и тогда. Или даже еще более сурово.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-31 16:22:06)

+2

273

— По, — Джин подается к нему ближе, даже не посмотрев на портреты, на которые он ссылается, и опирается одной рукой о его бедро, второй тянется за его сигариллой — чтобы ему не на что было отвлечься, и он не мог оттянуть ответ; склоняет голову к плечу. — По-о.
Джин закусывает губу и больше не смеется, но смотрит лукаво и почти требовательно, но только почти.
— Мы можем перейти в гостиную, где ты говорил, что, — она подается чуть ближе, но говорит достаточно громко, чтобы Кассиан слышал её тоже, — что поцелуи — это самое невинное, что ты хочешь с нами сделать. И поцелуи уже были — с нами. Тогда почему ты не хочешь спать вместе — втроем — с нами?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-01-31 16:31:35)

+2

274

    Джин рядом, ближе, на самом деле, Джин — везде, а через нее — по цепочке — и Кассиан тоже. Она отбирает у него сигариллу, она говорит, и ему не за чем спрятаться от ее слов, от ее вопросов, а потому По замирает весь, как олень, выскочивший на ночную дорогу перед машиной. Давний разговор всплывает в голове сам собой. «Ты знаешь», — сказал По. «Однажды твое нежелание выбирать обернется для тебя проблемами», — сказала Джессика. И посмотрела на него сурово, потому что всегда говорила, что любимый человек должен быть один, и если уж хотеть чего-то за рамками нормы и нравственности — то чего-то одного. Кого-то одного. Или девушка, или парень.
    — Я имел в виду только тебя, — не своим голосом отвечает он. — Тогда, на подоконнике. Ты не так меня поняла*.
    Джин, конечно, поняла все так. По видит, что ему ее не обмануть и сейчас.
    И вот его нежелание выбирать, как и предрекала не по годам мудрая сестра, оборачивается для него проблемами. Стремительно. Одна проблема смотрит на него из-за стола, а другая — другая чересчур близко, задает ему невозможные вопросы.
    — Я не с вами. Я с тобой, — тот же жест рукой, что и утром, сначала в сторону Джин и затем, после нарочито выдержанной паузы, в сторону Кассиана: — и отдельно с ним. А то, что между вами двумя, меня не касается. Я могу обнять вас обоих, по-дружески, но на этом всё. Пожалуйста, Джин, пусти меня.
    Каким-то удивительным образом, в своей голове, через хитрую лазейку он всё еще умудряется балансировать на самой грани собственных морально-нравственных принципов.

*you — это и единственное число (ты), и множественное (вы)
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

275

Джин вздергивает бровь, откладывает сигариллу на край пепельницы и касается свободной рукой его плеча, затем — ниже по руке, и кладет рядом с первой на бедро.
И смотрит на него с любопытством и легким недоверием — она помнит, что именно он говорил, на память она никогда не жаловалась.
— По-дружески, По? — Джин заглядывает ему в глаза, садясь немного иначе — так, что теперь не опирается о него, а ее руки просто лежат на натянутой ткани; вот, смотри, По, я совсем тебя не держу — ты можешь встать и уйти. — По-дружески ты нас обнимаешь. А целуешь ты нас тоже по-дружески? Или, может, что-то не совсем невинное хочешь сделать «с нами обоими» — тоже по-дружески?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

276

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин спрашивает у них обоих, но первым отвечает По - отвечает и, спотыкаясь, летит куда-то, соскальзывает с той уверенности, которая так хорошо проглядывалась в нем раньше, которая так идет ему. Кассиан не мешает и не останавливает его, дает По запутаться в своих словах окончательно, дает Джин победить в этом споре. У нее получается легко, хорошо. Может, потому Гарретт и оставлял на ней свои следы: если ты с ней, нужно или уметь проигрывать, или просто не стремиться к победе.
На ней все еще видны синяки, а потому Кассиан не уверен в том, что стоит говорить это вслух, но в эти игры он хорошо умеет играть. Дома он подолгу шептал своих женщинам о том, что хочет их, о том, где, когда, как и сколько раз хочет их. Шептал на прогулках, по ночам, во время танца, по воскресеньям, устроившись за ними в церкви, когда иного времени для встречи было не выбрать. Теперь у него тоже много слов - просто английских среди них мало.
Он ободряюще смотрит на По и решает все же спасти того - говорит на испанском, потому что это лучший язык для любви, неторопливо и уверено, запинаясь лишь иногда - потому что вместо - рядом - с Джин на этот раз он представляет еще и По. Это неожиданно сильно нравится Кассиану, неожиданно сильно заводит его, потому иногда он останавливается, чтобы отпить еще чая, чтобы горло не сохло так быстро.
- Я не знаю, как сказать тоже - так же - на вашем языке, - чуть извиняясь, говорит Кассиан. - Я не знаю нужных слов. Я даже не уверен, что они есть - возможно, их нет. Нет таких слов. Но это я делал бы с тобой. И это то, что я делал бы с тобой, - он кивает По, и не тупит взгляд, хотя ему и хочется, - попробовал бы делать. Это то, что я делал бы с вами обоими. Если бы вы позволили.

Отредактировано Cassian Andor (2018-01-31 19:24:48)

+2

277

    Джин садится по-другому, и По, конечно, может встать — физически.
    Он бегает взглядом между ее лицом — близко — и лицом Кассиана — далеко.
    У него не находится слов, и поэтому По просто сидит и пытается понять, что ему теперь со всем этим делать. Он не может пойти спать с ними обоими. То есть, может, конечно — кто вообще узнает-то? Портреты, которые сейчас, кажется, пристально наблюдают за ним? Но — что? Не хочет? Хочет. А что тогда? По чувствует себя примерно так же, как, наверное, чувствовал себя Кассиан, едва отскочив в сторону. Как чувствовал себя много лет назад, когда тоже впервые выступил за рамки приличий и норм и просто сделал, как чувствуется.
    Но тогда ему было пятнадцать. Полжизни прошло. Он не сможет смотреть в глаза отцу. С другой стороны, он не сможет и так. Не потому ли так легко отложил поездку в Нью-Йорк?
    Может, стоит отложить ее навсегда?
    В сущности, это единственное, что останавливает его на самом деле.
    По ловит ободряющий взгляд Кассиана — тот говорит на испанском, неторопливо, уверенно, слова журчат в воздухе, перекатываются, круглые, теплые, как галька на берегу моря, и это совсем, совершенно не помогает. Если это то, чем Кассиан думал отвлечь внимание Джин и как-то спасти ситуацию, то худшего провала человечество не знало со времен убийства Франца Фердинанда.
    Каждое слово незнакомого языка, на котором говорит Кассиан и совсем не говорит По, звучит как то, что он представлял себе перед сном.
    По знает, что если согласится, то в какой-то момент, рано или поздно, слова станут правдой.
    Сейчас ему кажется, что даже если он откажется, рано или поздно — слова станут правдой.
    И навязчивая картинка в его голове уйдет, сменится на музыку, по которой По истосковался; сменится на ласку и тепло, сменится на прикосновения, сменится — просто сменится. Но только в этом доме, где нет никого, кроме портретов, и По оглядывается на них на мгновение, смотрит на свой - там, где ему девятнадцать. Там, где он говорил, что не хочет выбирать — и не делал того, чего не хочет. Так почему же начал?
    По не знает, как согласиться.
    Он поворачивает голову и улыбается.
    Нью-Йорк навсегда вычеркнут с карты мира.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

278

- Я, кажется, поняла, - Джин краснеет, бросив взгляд на Кассиана, но по-прежнему держит По - прикасается к нему, трогает, не отстраняясь совсем, наоборот - будто бы пытаясь стать ещё ближе. Она ничего не понимает из того, что говорит Кассиан, но она знает, о чем он говорит. И от этого знания, и от этого, как он говорит, как рокочущим морем отзываются его слова - будто бы прошедшим вечером, но в то же время совершенно иначе. И ей это нравится. - Несмотря на то, что ты no habla inglés.
Она не знает испанский совсем, только несколько слов - в прошлом году печатается Хемингуэй, где он пишет о корриде, и Джин тогда думает, что мало кто может говорить об Испании и на испанском страстнее, чем он.
Но вот появляется Кассиан, и Джин не понимает ни словечка - но знает, что он говорит; знает, что хотела бы сказать в ответ, если бы не По, который сидит и улыбается, и выглядит теперь совсем другим.
Она бы сказала «продолжай», но молчит - и подаётся настолько близко, что теперь-то уж точно никуда не деться, только отвернуться, и целует По, прижимая ладони ещё ближе, кончиками пальцев поглаживая тёмную ткань.
Портреты, в конце концов, не умеют говорить.
Значит, не стоит их слушать.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

279

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин смотрит на него, а целует По, но Кассиан все равно улыбается, глядя на них. Она все равно целует и его тоже - испанским, который на ней как плохо скроенное платье, которое хочется поскорее снять. Ему и хочется, но нужно ждать, только ждать, пока она в ней не останется страха и памяти, пока она не будет хотеть, а не просто не сможет отказываться. До того момента можно говорить, обнимать, переплетать во сне руки и ноги, можно целовать и шептать непристойности, но нельзя поддаваться желанию. Нужно терпеть.
Кассиан смотрит на Джин и на По, понимая, что не знает, как он будет терпеть. Как он сможет.
Он не сможет.
Он думает об этом вечером, пока еще немного расшифровывает - и мысли сбиваются на Джин и По, а в буквах он видит изгибы их тел. Думает, глядя на подрагивающее пламя свечи, когда становится совсем темно - но чувствует только, как плавится его сердце.
Они остаются в гостевой спальне, не выгоняют По из его комнаты. Это и правда его комната, потому, возможно, им было так хорошо в ней, пока По не было. Потому теперь она и не нужна - ведь есть сам По.
Кассиан снова пытается спастись холодной водой, но теперь это еще труднее, чем вчера. Джин перед сном всегда желает доброй ночи По. Кассиан за его дверь цепляется как за обломок мачты после кораблекрушения.
- Пожалуйста, - это первое, что он говорит и проскальзывает в комнату. Говорит тихо, потому что все еще хочет, чтобы Джин даже после всего, что он говорил, знала, что рядом с ним ей все равно нечего бояться. - По, я не могу так. Мы не будем ничего делать, но когда мы с ней вдвоем в постели... Она прикасается, трогает. Не так, как днем - хуже, теснее, невиннее, развратнее - тяжело. Мы не будем ничего делать, - он глотает уже привычное "если ты не захочешь", глотает тяжело, как будто слова материальны. Потом продолжает. - Просто будь тоже там, с нами. Иначе я сойду с ума.

+2

280

    — Если ты думаешь, что мое присутствие тебе поможет, — медленно отвечает По, поднимая взгляд от письма, которое писал весь вечер, но так и не продвинулся дальше простого «Привет», — оно сделает все только хуже.
    По поворачивается всем корпусом, не только головой, и тянет улыбку на губах, и смотрит почти сочувственно. Он говорит «хуже», но имеет в виду «сложнее». По уже понял сегодня, что может — если очень постарается — устоять даже перед Джин, но перед ними обоими одновременно — никак. Впрочем, он понимает, почему Кассиан просит побыть с ними там еще раз, но уже от себя лично. Улыбка По — мягкая, успокаивающая. Я приду.
    По из тех людей, которые, приняв решение, не отступаются от него до последнего. Если дают обещание — даже безмолвно — то выполняют, во что бы то ни стало.
    — Я допишу письмо и приду, — говорит он, прежде чем отвернуться.
    За следующий час в письме появляется ровно одно слово, и слово это — «прости». Прости, пап, я не приеду никогда. Прости, пап, что разочаровал тебя и продолжаю до сих пор. Прости, пап, что я не знаю, что творю, но от этого так хорошо, неужели с тобой никогда такого не было. По не может сформулировать ничего за пределами этого «прости» и в конце концов сдается.
    В гостевую спальню он заглядывает все еще в задумчивости, но сбрасывает ее, как ботинки и носки. Джин читает. Нет, даже не так: Джин — в ночной сорочке — читает, и рядом страдает Кассиан. По прекрасно понимает, почему. Стоя у края кровати и неторопливо расстегивая рубашку, он уже заранее знает, что страдать сегодня будет не один только Кассиан.
    Под рубашкой — футболка и кольцо Джесс на цепочке.
    — Я тушу свет, или ты хочешь еще почитать?
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-31 20:20:05)

+2

281

Многие считают, что если девушка — флэппер, то она распущена донельзя,  не имеет ничего святого и ходит по улицам без чулок. Джин даже знает, почему так считается, но чулки носит; зато через неделю после того, как становится вольным слушателем Чикагского университета, обрезает волосы до середины шеи и не укладывает их, а только взбивает по утрам пальцами.
Брюки она начинает носить в 1924 — за два года до университета; Шон учит ее водить машину годом раньше, когда они отправляются в Ирландию и проводят там чуть больше, чем полгода — уезжают вскоре после заключения англо-ирландского договора, когда Шон говорит, что бороться здесь больше не за что — и костерит Гарретта, который уезжает в Америку еще в конце 1921 года, не дождавшись события, за которое так сражался.
В октябре 1926 года выходит «И восходит солнце» Хемингуэя, о котором Джин вспоминает, когда Кассиан в столовой переходит на испанский; и вспоминает другое, пока задумчиво, не глядя, листая страницы Твена, болтая ногой в воздухе в такт шелесту бумаги.
Через пару месяцев, когда обсуждать новеллу начинают и в стенах университета, Шон говорит ей, что если она хочет быть такой, какой пытается, она должна сама уметь говорить за себя. Не возмущаться, не кричать, не рыдать — а говорить, и если неправа — признавать неправоту.
А если права — то, конечно же, она может стоять на своем — и должна, если это необходимо.
«Это, конечно, мужской мир, Звёздочка, — говорит он, ероша ей волосы, — но в этом и твое преимущество. Говорить можно очень по-разному — и некоторые способы доступны только женщинам».
Джин воспринимает это по-своему — ведь она все воспринимает по-своему, — и когда Джеймс, у которого почему-то испанские корни, внешность типичного Томми и мягкая, гальчатая речь, когда он переходит на язык своих корней, получает пощечину и каблуком в ногу, они становятся практически друзьями. Потому что, конечно же, не стоит прижиматься близко, шептать что-то на ухо на испанском, когда она не понимает ни слова, и говорить, что так звучит Хемингуэй на языке его корней.
И потому что она может говорить за себя — должна говорить за себя сама — и мужчины не наступают друг другу на носки каблуками туфель, чтобы выказать свое недовольство.
Обычно они бьют друг другу морды, ломают носы и изощряются в оскорблениях.
Правда, лучше всего оскорбления звучат на ирландском — Джин крепко запоминает это после 1923 года, половину которого она проводит там, где битье морд, ломание носов и оскорбление друг друга считается народной забавой и традиционным времяпровождением, а выказыванием недовольства.
Так сказать, способ поговорить по душам.
Джин не может говорить так, поэтому она говорит иначе — касаясь, трогая, глядя в глаза и регулярно подравнивая волосы, чтобы не отрастали ниже середины шеи.
Она думает об этом, потому что в мыслях все еще звучит рокотом волн голос Кассиана, и воспоминания о звучании этого голоса заставляют слегка покраснеть и облизнуть пересохшие губы; это рокот горячего, ласкового моря, и, возможно, он звучит ничуть не хуже, чем шелест ветра среди холмов и стук каблуков по дощатому полу.
Джин потягивается, откладывая книгу в сторону, и сдвигается ближе к Кассиану. На этой кровати действительно слишком много места для двоих.
Она улыбается, рассматривая По, обнимает коленку, боком прижимаясь к Кассиану.
— Туши. В последние два дня Твен не очень-то и смешной.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

282

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Невыносимо долгий час Кассиан проводит в постели с Джин. Она читает, он признается сам себе, что стихи его больше не спасут. Она слишком близко, на ней слишком мало одежды, она слишком покачивает ступней и слишком - опять, всегда - прижимается к нему. Как всегда, ничего не замечая, не зная или не желая знать, как она влияет на тех, кто близко к ней.
Кассиан смотрит в потолок, на дверь, в окно, но в основном на Джин. Можно было тоже выбрать что-то почитать, но он и так слишком много времени проводит за писаниной. Книги семьи Ним - единственное, что он может - да и хочет - читать. Но их место внизу, и не ему приносит их, напоминание о банде и о Гаррете, в комнату, где спит Джин, в ее - их? - постель.
По наконец-то приходит, спокойный, рассудительный, неторопливый. Он раздевается так, будто все нормально. Спрашивает, как ни в чем не бывало, про свет. Кассиан не представляет, как ему это удается, но следит за ним с молчаливой благодарностью.
Джин прижимается к нему теснее, освобождая место. Кассиан вдруг ловит себя на том, что ему жаль - ему хотелось бы, чтобы По был ближе. Он легко краснеет - сначала от мысли, потом от осознания, что у него вообще есть такие мысли, какими естественными, уместными те кажутся - и понимает, о чем говорил По.
Будет хуже.
- Спасибо, что ты пришел, - говорит Кассиан, потому что это то, что нужно сказать. - Места здесь хватит на всех.

+2

283

    Умение держать спокойное и невозмутимое лицо даже при шквале эмоций внутри — первое, чему учишься в высшем обществе. Иногда бывает очень кстати. По аккуратно вешает рубашку на спинку стула, на мгновение касается кольца — но не снимает, он никогда его не снимает — и тушит свет. Темнота падает внезапно, с легким шорохом, оседает на полу.
    По достаточно быстро понимает, что устроиться на кровати так, чтобы не касаться Джин, фактически невозможно. Одновременно с этим приходит осознание, что устроиться рядом с Джин так, чтобы спать, фактически невозможно. И как это делал все эти дни Кассиан, останется для По загадкой во веки веков.
    В конце концов, он остается лежать на боку, подперев голову рукой. Глаза привыкают к темноте, можно не только почувствовать тепло, но и разглядеть Джин и чуть дальше — Кассиана, благодарность которого было бы невозможно прокричать громче, даже если бы тот попробовал сделать это вслух. По задумчиво теребит кольцо на цепочке: продевает кончик указательного пальца и вертит тонкий золотистый ободок по кругу другими — жест привычный.
    Ему должно быть тревожно и неправильно внутри, но ему только устало. Это был длинный день.
    — Последний раз я спал с кем-то три года назад, — негромко говорит он, смотрит на Джин и Кассиана — и сквозь них. В прошлое.
    Вертит кольцо.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-31 22:19:04)

+2

284

Сначала Джин ещё сидит, когда По ложится на край постели, и только через некоторое время сползает ниже, вытягивается вдоль него и Кассиана, когда задумывается, что, наверное, им не слишком-то интересно и удобно разглядывать ее бока или бёдра. Поэтому она ложится, и сначала ищет, как ей больше нравится; переворачивается на живот и сползает ещё ниже по постели - так, чтоб положив подбородок на сложенные руки, она могла смотреть на лица их обоих, а не кого-то одного. Так ей нравится больше, и она чуть изворачивается, плечом вжимается в Кассиана, а бедром в По.
Теперь хорошо - вот так, когда касается обоих.
Касаться, трогать, ощущать - спокойно, безопасно, надёжно. Приятно.
Это - приятно.
Они оба горячие, но от тепла их тел не хочется сбежать - наоборот; тянется ближе, пытаясь впитать его в себя, расслабляется, разморяется, жмуря глаза, и едва ощутимо, самыми кончиками пальцев водит по тому плечу По, на которое он опирается.
Ей хочется поймать кольцо, его руки, пальцы, чтобы рассмотреть и изучить, словно это что-то необыкновенное, но ему вряд ли это понравится.
Поэтому Джин затылком трется об Кассиана, снова жмурясь, прерывисто выдыхает.
Так - хорошо.
- Здесь, - она имеет в виду дом, -  я впервые сплю с кем-то. Мне... нравится. А тебе, - она смотрит на По, елозит, приподнимаясь на локтях, облизывает губы, - нравится спать не одному? - и переводит взгляд на Кассиана, касается кончиками пальцев его руки, водит по ладони и выше, а потом ниже, и прижимается щекой к его боку, устраиваясь так, чтобы видеть По. - И тебе?

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

285

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан уже и не знает, на что он рассчитывал. Джин ближе к нему, чем прежде, отодвигаться от нее некуда, а, кроме того, теперь она не просто рядом - она поворачивается, сползает, опирается, гладит. Если в чем-то это и легче, то в том, что не всегда смотрит на него. Как маяк - тьма расступается, чтобы на миг ослепить.
Он тянется погладить ее в ответ, поцеловать в плечо, пропустить сквозь пальцы короткие волосы - но каждый раз вспоминает, как она просила не делась этого, и как он обещал, как звал По просто спать с ними, а потому просить ни о чем не может. Каждый раз останавливается в полувздохе и так этот полувздох и не делает.
Улучшив момент, Кассиан поворачивает голову вниз, вдавливает в подушку лицо, дышит - беззвучно выдыхает имя, нет, два имени, закрывает глаза - и только потом возвращается в ночь. К спокойному По, к Джин, которая задает вопросы, на которые так просто не ответишь. Потому что ему нравится спать с кем-то, но не так. Когда он спит с кем-то, они спят обессиленные, напитые один другой, простыни под ними смятые и влажные - как и тела на них, в ямке на шее и на груди высыхает пот, а сон безмятежный и легкий. Сейчас им совсем не так, но Кассиан тянет, не отвечает, потому что и так что-то есть - уют, защита, еще одна такая же ночь или надежда на нее - на что-то большее, чем она.
- Да, - тихо отвечает он, пытаясь забыть, не видеть три обессиленных тела вместо двух, не думать, что можно насытиться еще и один другим.
У него, конечно, не получается.
- Когда спишь не один, кажется, что и живешь не один. Что просто - не один.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-01 00:11:16)

+2

286

    Джин вертится, елозит, прижимается, гладит — делает все то, о чем предупреждал Кассиан час назад в выражениях вроде «я не могу так» и «я сойду с ума». По надеется, что сможет выдержать — по крайней мере, ее внимание распределено между ними равномерно, а это в два раза меньше нагрузки, чем было у Кассиана. И Кассиан еще не сорвался как-то, ведь так? По краем глаза замечает, как тот вжимает лицо в подушку, и пользуется моментом, чтобы ответить:
    — Да, — он дышит спокойно и размеренно, специально отсчитывая в уме раз-два-три, раз-два-три, — но куда больше мне нравится просыпаться не одному.
    Тот же вопрос улетает и Кассиану, и По просто продолжает концентрироваться, как в вальсе: раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три. Эффект примерно такой же, как если бы он пытался вычерпать океан чайной ложкой. С этим придется что-то сделать, если он хочет спать. А он хочет спать, он соглашался только спать, и когда Кассиан заглядывал в комнату — он говорил, что они не будут ничего делать.
    Поэтому По бросает вертеть кольцо и просто просовывает ладонь между бедром Джин и собой — тыльной стороной, так, чтобы она не подумала, что он пытается ее схватить или пощупать. Вовсе нет. Только оградить. Потому что если она продолжит тереться и елозить с достаточным упорством — в голове невольно всплывает ее сегодняшний вопрос. А что бы вы делали со мной?
    Слава Богу, что ответил Кассиан — и слава Богу, что на испанском.
    — Джин, — мягко говорит По и несколько мгновений пытается сформулировать мысль, глядя на них с Кассианом. — Помнишь, мы говорили с тобой о том, что ты делаешь. Утром. Ты делаешь это опять, — раз-два-три, раз-два-три. — И если ты продолжишь, мне будет сложно уснуть.
    По не уточняет причину. Прикрывает глаза, делает глубокий вдох, протяжный выдох, до изнеможения опустошая легкие, и только тогда смотрит на них вновь. Чайная ложка. Океан. Бомбочки из шиповника. Взвод «Либерти». По прослеживает паттерн. И надеется, что Джин вспомнит нужную часть диалога, а не ту, о которой думает он сам.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+2

287

Джин закусывает губу, сосредоточенно хмурится, когда По напоминает ей про утренний разговор; потянувшись назад, чуть прогибается и трёт коленку; внутреннюю сторону бёдра - синяки выцветают, они немного старее, чем на шее, и чешутся.
И выпрямляется снова, сосредоточенно молчит.
- Да, По, - она немного растерянно моргает; вздыхает и вытягивается, переворачиваясь на спину, ловит его руку, которую он прижимает к бедру - зачем? Легонько тянет и прижимается к ней щекой, жмурится: все ещё немного пахнет вишневыми сигариллами, и это приятно. Безопасно. Уютно. Ловит руку Кассиана, тянет тоже, кладёт ее себе реберную дугу, где под тканью сорочки, если видать руку чуть плотнее, можно почувствовать, как обрываются рёбра и начинается мягкий живот. - Вот так - это ведь ничего? - задевает горячим дыханием его руку, говорит близко-близко, почти касаясь губами. - Так можно? Кассиан? По?
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-02-01 00:20:16)

+2

288

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Кассиан хмурится: он не уверен, что утром слышал весь их разговор, не уверен, что помнит весь. Он куда лучше помнит, как они целовались, как По шутил, а потом долго не мог решить, в чем именно заключалась шутка, как он выбрал - и они опять целовались.
Джин помнит что-то не то, потому что новых поцелуев не следует, она просто снова переворачивается и вместо того, чтобы прикасаться телом к Кассиану и к По, она берет ех руки и прикасает их к себе. Кассиану достается обрыв ее ребер: косточки заканчиваются, дальше - сплошная гладь живота, ниже воронка пупка, а дальше...
"Это ничего?" - спрашивает она. Это ничего? Она зовет его по имени, но он откликается не сразу. Сразу он занят тем, чтобы не следовать за фантазией, не двинуться дальше, не сползти, не прижимать руку так плотно. Лучше вообще не прижимать руку. Отпустить ее и представить бестелесной, эфемерной.
- Можно, - говорит Кассиан и выдыхает. Ему кажется, он никогда и ни в чем не сможет отказать Джин. - Если ты хочешь - то можно.
Он легко проводит рукой по сорочке, гладкой, скользящей, а кажется, что по телу, что кожа у нее такая же - настолько нежная, что под недостаточно легкими, слишком грубыми руками просто порвется. Кассиан старается касаться ее нежно. Он приподнимается, в темноте ища светловатые белки глаз По. Тот может помочь? Тот обещал помочь.
Но это было до того, как Джин прижала их руки к себе.
- По, - просит Кассиан, но о чем именно просит, и сам не знает.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-01 00:52:32)

+2

289

    Кассиан отвечает за них обоих: можно. По слышит, как тот выдыхает, видит краем глаза, как его рука гладит темноту и живот Джин одновременно. В голове начинаются фейерверки, и какой безумец их там запустил — одному Богу известно, но сверкает так, что слепит. По понимает, что Джин попыталась помочь — по-честному, она ведь отстраняется, не трется больше — но не знает, куда вдруг подевалось желание спать. Кто его украл и куда спрятал.
    Горячее дыхание Джин щекочет пальцы, и — Боже, как сверкает в голове, как заискрит сейчас по всему телу, но это силы природы, что им можно противопоставить? — По наклоняется к ее уху:
    — Я дотронусь до тебя, и ты скажешь мне, если тебе не понравится или станет неприятно, можно? — обычно он бы сказал «договорились?» или не сказал бы вовсе ничего. И на ухо ей По скорее урчит, чем шепчет.
    Последний раз он спал с кем-то три года назад.
    Последний раз он спал с кем-то три года назад.
    Сколько фейерверков скопилось за это время, трудно подсчитать.
    Он отклоняется обратно и касается ее нижней губы самыми кончиками пальцев — закусывает свою — и ведет, очерчивает, и оттуда к уху, и пальцы легонько взлетают по линии челюсти к подбородку и скатываются вниз по шее, едва-едва касаясь синяков, к ямочке у ключиц. И говорит, говорит, пока пальцы исследуют кожу Джин, негромко, как урчание сытого тигра, вкрадчиво, и улыбается уголком губы:
    — Я не ответил тогда на вопрос. Я отвечу сейчас, сейчас кажется мне хорошим моментом. Я бы начал с малого. Куда торопиться, ведь так? Ночь длинная. И я могу позволить себе для начала узнать, как тебе нравится, чтобы тебя трогали, — пальцы скользят дальше по ключице к бретельке, и по ее контуру вниз, — и где. У всех есть места, где прикосновения приятнее всего. Есть очевидные — их найдет любой дурак, — По кладет ладонь плашмя чуть выше того места, где идет край выреза сорочки, но тут же поднимает ее обратно, ведет дальше пальцами по краю. — Есть неочевидные. Их придется поискать. Ты поймешь, если я дотронусь. Или если дотронется Кассиан, да, Кассиан?
    Он бы повел ниже, может быть, и совсем вниз, к руке Кассиана на ее животе, но тот прерывает его слова своей просьбой, и По поднимает на него взгляд.
    — Или мы можем показать тебе на другом примере, — он вновь склоняется к уху Джин, но смотрит на Кассиана, прямо в глаза.
    Я предупреждал.
    — Смотри за его лицом.
    По отрывает руку от Джин и дотрагивается до Кассиана, но на этот раз начинает путь за ухом, легким щекотным прикосновением, прежде чем скользнуть по шее всей горячей ладонью чуть вниз, до плеча, найти пальцами выступающие сзади позвонки, подняться по ним обратно до кромки волос — и дотронуться там, будто шепот ветра, почти пощекотать.
    — По, — повторяет Кассиан, но только теперь так, будто именно этого он и ждал; в его голосе слышится улыбка. Он убирает руку с живота Джин, тянется к руке По, но не пытается остановить его, кладет ладонь чуть выше запястья По, осторожно движет ей вверх, словно привыкая к чужому теплу и чужой сухой горячей коже.
    — Видишь? — мурлычет По на ухо Джин. — У кромки волос почти всем нравится. Лучше, конечно, целовать, — он убирает руку, выскальзывает из-под ладони Кассиана и больше не трогает ни одного, ни другую. — Но тогда вам будет сложно уснуть. К тому же, Кассиан говорил, что мы не будем ничего делать.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-01 08:10:23)

+3

290

Ей кажется, что она вся превратилась в одно сплошное место, прикосновения к которому особенно приятны.
Рука Кассиана лёгкая, а прикосновения По ощущаются тяжелее, пусть он и касается легче. Ее словно придавливает к постели, невозможно шевельнуться, вдохнуть - и унять бешеный стук сердца, проламывающий грудную клетку.
Если По опустит ладонь ниже или Кассиан поднимет ее выше, то сердце, наверное, выскочит кому-нибудь из них прямо в руку - и пусть, пусть там и остаётся, может быть тогда она сумеет вдохнуть - и выдохнуть.
И подумать о чем-то другом, кроме их рук, их дыхания, их голосов.
Хочется податься навстречу, вжаться тесно, близко, но она не смеет. Замирает, едва дыша, подрагивает.
Прерывисто всхлипывает, жмурится и тут же послушно открывает глаза. Смотрит.
Смотрит.
И только потом видит - и от того, что видит, в глазах немного темнеет. Это, наверное, от нехватки воздуха.
Да. Конечно.
Конечно - лучше целовать.
А По совсем рядом, и Джин не может отличить его шёпот от стучащей в висках крови, и всего этого - всего - слишком много.
И - слишком мало.
Закрывает глаза - и легко, едва касаясь, своими пальцами повторяет путь По. Губы, линия челюсти, местечко за ухом - а потом ниже по шее.
А потом - потом прерывается, проводя от ключиц по солнечному сплетению до места, где обрываются рёбра, и ведёт дальше, прижимает ладонь - так, как вёл Кассиан.
Но ещё дальше - и замирает, прерывисто дышит, медленно, глубоко, чтобы не сорваться в поверхностное дыхание, от которого потом хрипнет горло.
Открывает глаза, ища Кассиана и По, и кажется, что не может найти - в висках стучит кровь, а на шее горячее дыхание, и так много всего.
Так всего слишком мало.
Внизу живота тянет - странно, но хорошо, горячо, - и от этого поджимаются пальцы на ногах, от этого хочется плотнее сжать бёдра, и Джин позволяет себе это.
И отворачивается, чувствуя чьё-то дыхание совсем рядом, держит руку все там же - а можно ли? А правильно ли? А так ли? - и ловит чей-то взгляд, выдыхает - и тихонько, потеряно стонет, прикусывает губу.
Просит:
- Кассиан, - тянет: - Не я.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

291

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]По смотрит на него почему-то с предупреждением, а потом трогает. Хорошо бы, чтобы Джин и правда следила за его лицом, потому что что там, на нем, Кассиан и сам не знает: он сейчас весь - тот клочок кожи, который чувствует на себе пальцы По. Он хочет вцепиться во что-то - в кого-то - чтобы остаться на месте, но когда делает это, он все равно нежен.
Прикосновение заканчивается слишком быстро, и По выскальзывает из-под его рук. Говорит, и в голосе слышится скрытая издевка - нужно было договаривать тогда.
- Если ты не захочешь, - выдыхает Кассиан. - Но мы, кажется, все трое хотим.
Джин рядом с ним постанывает, подтверждая его слова, и Кассиан сначала осторожно трогает ее за плечо, напоминая: ей нужно говорить, а не стонать, решать, приятно ей, или нет. Он вторит своему прикосновению поцелуем, и еще одним - идет выше, идет ниже. Доходит до линии роста волос, спускается, целуя острые, легкие, как у птички, ключицы, снова спускается, сквозь строчку целует ее грудь, ее заметный сквозь ткань - какой он, темный или нежно-розовый? какая она без одежды? - сосок.
Это все привычно, и к Кассиану окончательно возвращается уверенность в себе и в том, кто он. Потому когда, оторвавшись от Джин, он смотрит на По, протянув руку, сжимает тому воротник футболки, в нем нет нерешительности или сомнений - он тянет По к себе потому, что хочет.

Отредактировано Cassian Andor (2018-02-01 12:02:12)

+2

292

    Джин стонет так, что внутри всё закручивается в тугой узел. По в ней будоражит буквально всё, начиная с треклятой сорочки и заканчивая тем, как она повторяет за ними своей рукой — и опускает ее ниже, чем любой из них. По во всём этом будоражит буквально всё: и то, как просит Джин, и то, как выдыхает Кассиан, и то, как он ее целует — прямо здесь, близко, протяни руку — дотронешься — близко. Даже сейчас это лучше, чем По когда-либо мог себе представить, а с фантазией у него всегда всё было в полном порядке.
    Он хотел говорить еще — он наверняка заговорит еще — но вместо этого молчит, смотрит жадным взглядом. Сколько ему было лет, когда он впервые об этом задумался?
    Удивительно, только забудешь мечту — и она тут же сбывается.
    По не сопротивляется, когда Кассиан тянет его на себя, подается вперед, находит губами губы, но Кассиан — не Джин, и с ним нет смысла тормозить себя; по крайней мере, По не видит. А потому когда целует, то целует настойчиво, прикусывает за нижнюю губу, подцепляет пальцами за подбородок, заставляя повернуть голову и показать шею — По обращается с Кассианом уверенно, властно, но аккуратно; захочешь отстраниться - труда не составит. Главное — захотеть.
    Он, конечно, говорил, что лучше целовать, но все знают: прикосновение влажного языка котируется выше губ; По точно знает место, прямо под челюстью, где бьется жилка — и целует, щекочет его языком, прикусывает тоже. А потом оглядывается на Джин — хочешь так же? И спускается чуть ниже, совсем рядом с ней, но все же держа немного расстояния, чтобы не волновать ее ненужными соприкосновениями. Дотрагивается до того же места на шее Джин пальцами, будто показывая, спрашивая — в самом деле спрашивая, можно ли.
    И только получив разрешение, припадает к ее шее, целует мягко; Кассиана тоже тянет вниз, к Джин, словно предлагает присоединиться. Природа, расчетливая зараза, наградила человека жилками с обеих сторон шеи. И это хорошо и правильно, и удобно, и По аккуратно касается кожи Джин языком, то ли целует, то ли лижет, и слушает, что ответит ее тело, и напоминает себе не увлекаться — скользит ладонью вниз от ее ключиц, по груди, по животу, но останавливается там.
    — Приятно, Джин? Скажи нам, — По не просит, но повторяет дважды: — Скажи нам.
    Тепло под ладонью идет вверх по руке, но на самом деле — отзывается совсем в другом месте.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

+3

293

Они целуются, и Джин мучительно краснеет, заливаясь румянцем от кончиков ушей и до груди; дышит прерывисто, теснее прижимает ладонь к животу, комкая ткань - горячо, жарко, так тянет, словно внутри все стянули узлом и не распутать, только разрубить; Кассиан и По что-то спрашивают, что-то говорят, и Джин может только соглашаться - и она соглашается.
- Приятно, - путается пальцами в волосах По, неловко целует Кассиана, осторожно касаясь его губ своими; жмурится крепче - и накрывает чужую руку на животе своею, медлит - и ведёт ее немного ниже. Немного - но каждый миллиметр заставляет дышать тяжелее; и сердце бьется заполошно, вот-вот вырвется.
- Пожалуйста.
Джин не очень знает, о чем она просит, но знает, что этого мало - и снова много.
Так мало прикосновений, так мало жара, поцелуев - и слишком много объятий, рук, ощущений.
И слишком - слишком мало воздуха, и ей кажется, что она задыхается, и горячие руки По и поцелуи Кассиана пугают.
Слишком много всего.
Слишком мало воздуха - и Джин не может вдохнуть, и жмурится; часто и неровно заходится грудь.
- Пожалуйста, - просит, но теперь совсем о другом, и судорожно цепляется за плечо Кассиана, сжимает руку По.
Всхлипывает - и руки на теле кажутся чужими - но ведь это По и Кассиан, Кассиан и По, почему чужие, почему не так, почему страшно - и внутри становится холодно и сводит, словно мутит.
Джин просит - и теперь о совсем другом, о воздухе, которого не хватает.
Слишком много всего - и слишком мало дыхания.
- Н-нет.

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Отредактировано Jyn Erso (2018-02-01 14:14:43)

+2

294

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]По отвечает на жест сразу же. Отвечает поцелуем, который Кассиану даже приятнее, чем был тот, утренний. С По можно не сдерживаться, он старше, опытней, чем Джин - да что там, он опытней, чем Кассиан - и точно знает, чего и как хочет, что и как понравится и другому тоже.
Кассиану и правда нравится, он продолжает удерживать По рядом с собой, пока оба они не спускаются снова к Джин. Она начинает дышать глубоко, и сначала он решает, что это хороший знак. Целует ее, уже представляя, как будет спускать ниже - не рукой, а проложит тропку из поцелуев, иногда отвлекаясь на По - иногда отдаваясь ему. Он слышит ее просьбу, и она звучит как просьба продолжать.
Он понимает не сразу. Возможно, позже, чем нужно. Что дыхание у нее такое не от возбуждения, а как будто она тонет. Что просит остановиться. Что цепляется не чтобы удержать их с По возле себя, а просто - чтобы удержать. Кассиан осознает это все только к ее "Нет" и останавливается сразу после него.
По успевает чуть раньше.
Что-то исчезает из этой ночи, что-то теряется. Мокрый след от чужого языка на шее высыхает, исчезает, теряется. Кассиан тянется к Джин, останавливает жест, тянется снова, но все же не прикасается к ней.
- Все, - говорит он, пытаясь, чтобы голос звучал спокойно, и в нем не было слышно всего, что могло бы быть, но теперь не случится; чтобы не было слышно разочарования из-за этого. - Ничего не будет, если ты не захочешь. Ничего не будет. Ты в безопасности. Хочешь, чтобы мы ушли?
Он смотрит на По с тревогой и сожалением. Если бы он не позвал его спать с ними, этого бы не случилось. Стоило послушать По, который знал, о чем говорит. Он хочет прикоснуться и к По тоже, но не делает и этого.
- Ты в безопасности, - говорит он Джин, но смотрит все еще на По. - Никто не тронет тебя.

+2

295

    По отдергивает свою руку даже раньше, чем Джин заканчивает говорить второе «пожалуйста». Он помнит, что туда нельзя, по крайней мере, не так быстро. Он и не планировал. Наверное. По не знает. Поэтому на ее прерывистое «нет» он отдергивает всего себя — прочь, прочь с постели, на несколько шагов назад, и ничто не остужает возбуждение быстрее, чем ледяное касание вины.
    Это он виноват.
    Вот и Кассиан смотрит на него с сожалением; говорит с Джин — а смотрит на него, и от этого только хуже. Если бы он не позвал — нет, если бы По не смалодушничал, если бы отказался — ничего бы не случилось. Там, где внутри всего пару мгновений назад зацветало что-то прекрасное, позабытое, но такое родное, теперь выпадает грязный чикагский снег.
    — Я больше не трону тебя, — вторит Кассиану По. — Прости, Джин. Не хотел.
    Это неправда, конечно: хотел — но не испугать, а сделать приятно. Приласкать, пока Джин лежала такая податливая и застигнутая врасплох возбуждением и таким количеством внимания. По стоит на месте еще пару мгновений, глядя на них обоих; и как тогда, в столовой, хочет провалиться сквозь землю. Плечо уже потихоньку перестало болеть, на нем все заживает, как на собаке, но только не такие взгляды, только не такие ошибки.
    Проваливаться сквозь землю По не умеет, поэтому просто разворачивается и выходит — недалеко, всего лишь за дверь, которую аккуратно прикрывает за собой, так тихо, что даже неслышно, как щелкает замок. Куда идти, непонятно, и он просто стоит, как дурак.
[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-01 18:41:56)

+2

296

В конце концов получается вдохнуть — и выдохнуть, и перед глазами уже не так темно, и кровь в висках своим грохотом не заглушает другие звуки.
В конце концов, взгляд фокусируется на лице Кассиана, и Джин непонимающе смотрит, не может понять — почему? Почему он один? Где По?
Почему они здесь вдвоем?
Потом — потом вспоминает; руки на животе и груди, которые она сама ведет ниже, губы и языки на шее — и это приятно, это хорошо, от этого сладко тянет живот и хочется дышать чаще.
А потом — потом — она видит перед собой Гарретта, Гарретта, который сжимает ей шею одной рукой, и кажется, что воздух вот-вот кончится; Гарретта, который вжимает ее в постель, и на синяки на бедрах ложатся новые отпечатки, но бледнее; Гарретта, который вылизывает ей шею и кусает сзади, ближе к позвонкам, и от этого мерзко, от этого мутит, и перед глазами все плывет, а потом он отпускает. Отпускает — и сознание не ускользает от нее, оно остается при ней, она все запоминает — и помнит.
И пальцы больно впиваются в живот и бока, и она слышит чужое дыхание у уха, и он говорит ей что-то — говорит, говорит, но слова сливаются в одно, и Джин не хочет его вспоминать, только не помнить, пожалуйста, разве это так много?
Достаточно меток на ее теле, меток, въевшихся под кожу, которые не отскоблишь и самым острым ножом, которые можно только срезать, вырезать, чтобы не осталось и следа.
А потом постель пустеет, и ей холодно, страшно, хотя окно закрыто — это она знает точно — и нет горячих, ласковых рук, нет горячего дыхания, которое обжигает шею, и Кассиан смотрит на нее так странно, так страшно, а По — По и вовсе уходит, и говорит, что не тронет, просит прощения, говорит, что не хотел.
И Кассиан — она вспоминает — он тоже говорит, что больше не тронут.
Это из-за нее.
Из-за нее Кассиан так смотрит, из-за нее уходит По — и извиняется, но он ведь просто очень вежливый. Джин это знает, помнит, По — он очень вежливый.
Они оба с Кассианом очень хорошие, а она — она все портит.
Джин бестолково стискивает пальцы, комкая простынь, не смотрит на Кассиана. Облизывает губы, выдыхает — и вдыхает, и дышать снова почти невозможно, будто бы кто-то стиснул горло крепкой хваткой.
Это правильно, что По уходит. Кассиан, наверное, сейчас уйдет тоже — Джин не знает, почему он еще здесь, почему не ушел вместе с ним.
Она бы ушла — любой бы ушел, ведь никто не любит испорченные вещи и испорченных людей тоже. С ними много проблем — ведь их надо отремонтировать, починить, почистить.
Джин пыталась — и она знает, что эта грязь не отчистится, это хуже, чем многолетняя ржавчина, чем прогнившие доски. Эту грязь нельзя стереть, отмыть или отскоблить — только вырезать.
По правильно делает, что уходит, и Кассиан сейчас наверняка уйдет тоже.
— Я… — она запинается, вспоминая, как дышать, чтобы говорить, сминает покрывало пальцами. — Я пойму, если ты тоже уйдешь. Я… мне жаль. Я все испортила.
[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

+2

297

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]По говорит то, что и должен, и уходит. Уходит.
Кассиану хочется пойти за ним, обнять, потом взять за плечи, встряхнуть хорошенько - потому что оба виноваты, но это неважно, это не тот момент, когда все еще можно думать о себе и нырять в свою отдельную тоску. Потому что они вынырнут - и Кассиан, и, наверняка, По, который как-то прожил со своей виной почти десять лет, и не умер, остался, выжил - а вот Джин так не сможет. Ее нужно удержать, ей нужно помочь. Но По уходит, и Кассиан не идет за ним, хотя какая-то его часть ненавидит его за это.
Иногда приходится выбирать. Верность делу или чужую жизнь. Верность делу или свою жизнь. Одного человека или другого. Каждый раз это немного разрывает сердце, но выбирать все равно приходится. Если бы он не был готов чем-то жертвовать, он бы не был сейчас тут. Если бы не умел жить с этим, пустил бы себе пулю в голову, как только получил служебное оружие.
Теперь он выбирает Джин.
Джин говорит - и он понимает, что выбрал правильно.
- По не потому ушел, - говорит Кассиан, хотя почему ушел По, чего испугался, он не знает наверняка. - Я говорил тебе вчера: когда ты сама захочешь, когда будешь готова. Ты не готова - и это не беда. Никто не умрет от этого. Ты не станешь от этого хуже. Ты ничего не испортила.
Она цепляется за покрывало и выглядит ужасно одинокой, но он не уверен, что ее уже можно трогать. Что если спросить, она ответит честно, а не так, как подсказывает ей вина. Кассиану хочется закрыть глаза, но ему важно видеть, и потому он держит их открытыми, осторожно обнимая Джин.
Она замирает; он почти выпускает ее, отстраняется, давая свободу, но только почти, потому что не успевает - Джин прижимается к нему и утыкается в плечо. Дышит она быстро и неровно, но, кажется, без страха. Кассиан успокаивает ее, гладит по спине, теперь уже без тени желания, без намеков и стремления к чему-то большему. Потом останавливается, просто держит ее, приговаривает, как ребенку: "Ш-ш-ш", "Все хорошо", "Все хорошо".
И ждет, ждет.

+2

298

    По открывает дверь так же тихо, как и закрывал — неслышно, как поворачивается ручка и щелкает замок, и босые шаги его тоже не слышны. У постели По останавливается, но присаживается не на нее, а опускается на пол. Кассиан обнимает Джин, поэтому увидеть ее лицо невозможно — оно где-то там, в Кассиане, в том, кто умеет удерживаться, защищать, тормозить вовремя, в конце концов. В том, кто понимает, как это всё работает. По иногда кажется, что несмотря на всех людей, с которыми он когда-либо спал или спал, он так ничего и не выучил.
    — Я принес воды, — негромко говорит По, ставит стакан на тумбочку. — И шоколадку.
    Даже если Кассиан и сожалеет, что позвал его, то По что-нибудь придумает, как-нибудь исправится, искупит вину. Или уйдет, если они захотят — и на этот раз не вернется. По складывает руки на краю кровати и кладет на них подбородок. Пододвигает нераскрытую плитку шоколада ближе к Джин.
    — Мне обычно помогает успокоиться, попробуй.
    По выдерживает голос спокойным и нейтральным, потому что это — как раз то, что он выучил и умеет хорошо.
    — Если захочешь, я уйду.

[status]hooka dooka, soda cracker[/status][icon]https://s10.postimg.org/xyotbj5p5/ava1927-2.jpg[/icon][sign][/sign][LZ]<br><center><a href="http://swmedley.rusff.ru/viewtopic.php?id=95#p24780">IDENTIFICATION CARD</a><br><br><b>По Дэмерон</b>, детектив CPD</center>[/LZ]

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-01 20:03:07)

+2

299

[status]ай вонт джин[/status][icon]http://sh.uploads.ru/6nXN9.jpg[/icon][sign] [/sign][LZ]Джин Эрсо, бутлегер[/LZ]

Кассиан говорит, что она ничего не испортила и не станет хуже - и в чем-то Джин согласна с ним. Трудно стать хуже, чем она и так есть.
Но он, кажется, не злится на неё, не раздражён - или не показывает этого; наоборот - обнимает, и сначала Джин думает, что ей показалось.
Или - что это объятия из жалости, напоследок, ведь Кассиан он такой - кажется, совестливый.
Наверное, ему просто неловко взять и уйти.
Но даже если так, даже если из жалости, Джин все равно прижимается к нему, прячет лицо, судорожно выдыхая.
Даже если из жалости - хотя бы ненадолго можно, ведь правда? А потом - она отпустит, как только он захочет уйти, и не будет держать.
Но Кассиан держит, не собирается уходить; гладит - а потом просто чувствуется его рука где-то на лопатках, и Джин снова будто бы вдавливает в постель, но это не страшно, совсем нет.
Джин вспоминает, как Шон гладил ее по голове; как давным-давно, очень давно, отец обнимал ее и гладил по спине, если ей снились дурные сны.
И Кассиан здесь, и Джин позволяет себе поверить, что он не уйдёт; хотя бы не сейчас.
И обмякает в его объятиях, закрывая глаза, и только тихонько вздрагивает, когда раздаётся голос По.
По, оказывается, тоже не уходит - он возвращается, он говорит что-то про шоколад и воду, и что это помогает успокоиться.
Грохот крови в висках становится почти неслышен, но Джин не рискует взять воду, хотя и хочется - руки едва ощутимо дрожат; разольёт.
Испортит ещё и постель.
Джин смотрит на шоколад, смотрит на По, не смотрит на Кассиана - для этого придётся поднимать голову, а там свет луны в окно, и он тогда, конечно же, поймёт, что лицо у неё опухло и глаза красные, и тогда он не сможет просто уйти, когда захочет это сделать.
К плечу Кассиана она просто прижимается тесней, освобождает одну руку и неловко, робко касается волос По, зарывается пальцами - и так и оставляет.
Прерывисто выдыхает Кассиану в плечо, чувствуя под щекой тёплую кожу и ткань майки.
- Не уходите. Пожалуйста, - сглатывает ком в горле, который все ещё мешает дышать - но теперь чуть меньше. - Останьтесь.

+2

300

[icon]http://sf.uploads.ru/EBWYt.jpg[/icon]Джин вздрагивает. Кассиана возвращение По тоже застает врасплох - потому что тот уходил не за водой и шоколадом. Потому что шоколадом не все можно исправить,хотя, возможно, именно так По и думает: Кассиан вспоминает стройку, которая могла стать его могилой, но не стала - тогда По обнял его и тоже дал шоколадку. Но тогба речь шла только о его жизни, и этого оказалось достаточно, чтобы и справить все. Теперь, когда дело в Джин - нет.
И не при Джин со всем этим разбираться. Она зарывает пальцы По в волосы, Кассиана тоже тянет сделать что-то такое, но он только смотрит. По все еще нравится ему. Просто он зачем-то ведет себя, как идиот. Зачем-то совершает ошибку вместе с Кассианом - а потом оставляет его одного. Хотя нет, важнее, что и Джин он тоже оставляет одну.
Он смотрит еще какое-то время, потом коротко кивает. Осторожно отстраняет Джин, одной рукой забирая стакан с водой, держа его между ними.
- Попей. Мы никуда не уйдем, не бойся. Не бойся, ты не останешься одна, что бы ни случилось. Пока сама этого не захочешь.
Он отодвигается, освобождая место на кровати для По.
- Я говорил - вместе.

+2


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Там, где тихо и светло [1920!au]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC