Star Wars Medley

Объявление

07.04.2018 Объявление об обновлении общефорумной хронологии и мастерпостах для обоих таймлайнов.

04.04.2018 Инструкция, как внести свой посильный вклад в обновление общефорумной хронологии.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Бодхи Рук, Лэндо Калриссиан, Джейсен и Джейна Соло, Фазма, Финн

— Мостик экипажу и ... — микрозаминка <...> Кто остальные на «Нинке»? Беженцы? Солдаты? Неудачники? Счастливцы?
Kaydel Ko Connix

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Настоящее (34 ABY и далее) » I'll watch you drown, drown, drown in your regret [6.V.34 ABY]


I'll watch you drown, drown, drown in your regret [6.V.34 ABY]

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

http://storage2.static.itmages.ru/i/17/1220/h_1513763734_1615846_d41d8cd98f.gif

По Дэмерон, Армитаж Хакс

Время: 6.V.34
Место: пыточные «Финализатора»
Описание: Доверяй, но проверяй — такого принципа придерживается генерал Первого Ордена Армитаж Хакс. Даже если дело касается пыток Силой. Особенно, если дело касается пыток авторства Кайло Рен. Хакс, увы, не стал свидетелем допроса По Дэмерона — пусть даже и в случае с не передающими звук камерами — и, разумеется, намерен провести уже свой допрос. По собственным соображениям и правилам.

Отредактировано Armitage Hux (2017-12-20 12:55:50)

+2

2

    Однажды он может умереть.
    Боль действительно остается надолго, и даже когда По проваливается в сон, ему снится боль. Сон беспокойный, быстрый и совсем не освежающий; проснувшись, По чувствует себя даже более разбитым, чем когда отключился. В камере все то же самое. Никто не пришел развесить плакаты в его честь, никто даже траурный венок не притащил. Те же стены. Та же закрытая дверь. Тот же затылок штурмовика за ней. Или это другой? Разницы никакой.
    По не знает, ни сколько сейчас времени, ни который сейчас день. Все еще предыдущий или уже следующий? Кайло не сказал ни слова о том, что его ждет дальше. Только это «договорим еще», брошенное по окончании разговора, которое может ничего не значить. По рассуждает логически. Зачем он нужен Кайло? У него нет ничего. Люка Скайуокера Первый Орден уже упустил. Координаты новой базы? Кажется, они интересовали Кайло меньше всего.
    Он пришел просто причинить По боль, потому что По важен для Рей. И просто потому что может. Вряд ли это гарантирует По долгую жизнь на борту Финализатора. Вряд ли Кайло действительно имел в виду, что собирается еще когда-либо разговаривать с ним. Это значит только одно.
    Простите, генерал, я вас подвел.
    Как люди вообще готовятся к смерти? Мысленно составляют завещание? Ему нечего завещать. Тогда По перебирает в голове всевозможные варианты собственной казни. Расстрел. Отсечение головы. Мусорный компрессор. Вакуум космоса. Яд. Ядовитый газ. Кровопотеря. Удушение Силой. От этого варианта становится особенно неуютно, и По торопится придумать следующий: повешение. Сжигание заживо. Утопление. Облучение радиацией. Корм для плотоядных зверей. Варианты потихоньку становятся все более и более фантастическими, но веселого в этом занятии мало.
    Отчаяние — крайне мерзкая штука на вкус. По впадает в легкий транс, не реагирует даже на шаги в коридоре — тут постоянно ходит патруль, не новость уже — пока они неожиданно не останавливаются у камеры. Слышатся голоса. По не узнает ни один, дверь сильно заглушает звуки. Но он все равно невольно задерживает дыхание: это Кайло вернулся. Это криффов Кайло с его криффовой Силой, и По умрет через... сколько? Минуту? Две? Кайло планирует толкнуть пламенную речь или придушит сразу? А может и мечом проткнет. Ужас сковывает По лучше всяких кандалов.
    Дверь отъезжает в сторону, и По боится смотреть, кто стоит за ней.

+4

3

День не обещал быть хорошим, но уж точно не был плохим. Пусть сегодня и пришлось в очередной раз сцепиться с Кайло Реном по особо сущей мелочи — а разве когда-то было по-иному? — пусть и в очередной раз пришлось стойко сносить не в лестной форме замечания от вышестоящего руководства. Нет, то были привычные и вполне предсказуемые события, вероятность которых день ото дня остается одинаково высокой. Девяносто девять целых и девяносто девять сотых процента. Одну сотую процента Армитаж Хакс неизменно оставляет судьбе — а вдруг удивит. Хотя ни в судьбу, ни в изменение ставших обыденными событий генерал не верит.
Однако этот день приносит Хаксу предвкушение. Давно позабытое и оттого столь сладостное ощущение. Хакс оттягивает задуманное, растягивая удовольствие от ожидания. И позволяя пленнику дольше томиться в неизвестности и ожидании. Впрочем, после его визита для пленника мало что измениться.
Хакс в очередной раз ловит себя на том, что ему хочется ухмыльнуться и даже потереть руки, но, разумеется, он позволяет себе лишь поджать губы, наводя смятение на рядом оказавшихся штурмовиков, и сжать ладони в кулаки так, чтобы коротко стриженные ногти до боли впились в податливую плоть.
Но даже расправившись со своими обязанностями, даже завершив все остальные дела и проведя около получаса за медитацией — медленно поглаживая по холке Миллисент и слушая ее довольное сонное урчание — генерал не спешит приступать к тому, что предусмотрительно отложил на поздний вечер. И все же, предвкушение делает свое дело и Хакс без пяти минут полночь оказывается у входа в пыточные «Финализатора» — пожалуй, одно из приятнейших мест линейного крейсера.
Армитаж Хакс не стал свидетелем беседы, произошедшей прошлым вечером между Кайло Реном и сопротивленцем По Дэмероном. К сожалению, не стал. Досадное упущение. Однако ситуацию можно и нужно обратить в свою пользу. Что, собственно, и собирается сделать Хакс, лениво открывая дверь камеры.
— Так-так, — елейно тянет. По Дэмерон не смотрит, не поднимает наполненной сопротивленческой ересью головы, не реагирует на вошедшего. Интересно. Очень интересно. Такое поведение свойственно лишь тем заключенным, к которым была применена сила... в должном объеме и с должным качеством, чего о вчерашнем визите Кайло сказать нельзя. Нет привычных отметин светового меча на стенах и одежде заключенного, который и потрепанным-то и не выглядит. Где же должное усердие, так свойственное Кайло? Отдельный повод для размышлений.
Обычно только-только брошенные в камеры сопротивленцы имеют привычку вызывающе и надменно смотреть, выкрикивая какие-то важные для них слова, не несущие особой смысловой нагрузки для представителей Первого Ордена. Занимательно. Утих запал?
Или По Дэмерон наделен смирением? У По Дэмерона имеется инстинкт самосохранения? Нет, определенно, нет. Судя по просмотренным материалам касательно конкретно этого повстанческого экземпляра, в нем ни грамма смирения и ни намека на существование инстинкта самосохранения.
— По Дэмерон — лучший пилот Сопротивления собственной персоной, — смакуя каждое слово, тянет генерал, внимательно наблюдая за реакцией пленника. — Или все же не лучший? Лучший бы не попался так по-детски глупо. Предполагаю, мне не нужно озвучивать цели своего визита — нетрудно догадаться, что мне необходимо от непоследнего в Сопротивлении пилота.

Отредактировано Armitage Hux (2018-01-06 00:14:26)

+2

4

    Голос не тот. Это не Кайло.
    От неожиданности По не сразу вскидывает голову, сначала вслушивается в шаги, в голос, в слова. Это точно не Кайло. Это — как там звали этого их генерала? По все-таки вскидывает голову, смотрит в лицо вошедшему. Ну, здравствуй, как зовут-то тебя. Вспомнить бы. Если он вообще знает. По не рискует говорить, и говорит пока что генерал. Цель визита тот не называет.
    По усмехается, вскидывает подбородок выше. О, нет, он вполне лучший. В прошлый раз он разнес турели Финализатора в дребезги, в этот — быть может, подорвал несколько отсеков. Уж во всяком случае, проредил штурмовиков и навел шороху. И все это в компании первоорденского же дезертира. На своих двоих. Они еще, считай, не видели, что он может в воздухе и вакууме.
    А нет, погодите. Такодана. Старкиллер.
    Всё они видели.
    — Хочешь узнать, как я разнес вашу большую страшную базу? — пять секунд назад он готовился к смерти, но сейчас мысли о ней отступают в сторону. По плохо умеет контролировать язык в такие моменты. Усмехается шире. Даже боль на миг отступает, когда он тянет: — Пиу-пиу, бххх!..
    И руками в энергокандалах показывает воображаемые «взрывы» под собственный звуковой аккомпанемент. Ему слишком больно смеяться, ему больно даже улыбаться, и поэтому улыбка выходит кривоватой, но По все равно держит ее намертво прилепленной к лицу. Хакса он не боится. Обычной казни — тоже. Есть только один человек на Финализаторе, которого он боится, и этот человек сейчас не здесь.
    — Было здорово. Жалко, что мало. У вас есть еще? Ты, кстати, сам-то кто будешь? — разумеется, он видит генеральскую форму. Скользит по ней безразлично взглядом. — Начальство знает, что ты тут?
    По знает, что бесить генерала ему не на руку. Тот сделает что-нибудь — что-нибудь, что причинит боль. Но это будет обычная боль. Понятная. Не от Силы. К такой боли По готов, такую боль его учили переживать, как и любого, кто летал в разведку на благо Сопротивления. Но с другой стороны, какие у него есть шансы? Он умрет. Рано или поздно. Неотвратимость смерти делает многие вещи дозволительными.
    Неотвратимость смерти развязывает руки. И усмешка на лице По, почти улыбка — искренняя, дерзкая. Как будто он не провел здесь крифф его знает сколько. Как будто у него есть силы на самоуверенность и препирания с врагом. Пусть и последние.

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-06 15:37:24)

+2

5

Обычно генерал Армитаж Хакс не балует пыточные «Финализатора» своим присутствием — эту обязанность на себя брал либо Кайло Рен, вовсю забавляясь силой в процессе, либо специально обученные личности Первого Ордена. Под настроение Хакс, конечно же, мог спуститься в пыточные и понаблюдать за ходом допроса, но не более того. Однако еще вчера Армитаж решил для себя самолично провести допрос выдающегося пилота повстанческого альянса По Дэмерона. Надо заметить, не часто к Первому Ордену в плен попадаются столь важные птицы Сопротивления. И генерал был намерен получить от сложившейся ситуации максимум пользы. В первую очередь, конечно, пользы для Первого Ордена, и только во вторую — для себя лично.
С первых секунд оценки обстановки в камере Хакс приходит к неутешительному выводу — Кайло Рен преследовал свои цели ведя допрос, и, вероятно, никоим образом не озаботился о цели линии поведения Сноука. Хакс это непременно запомнит и припомнит в нужный час.
Но вот По Дэмерон соизволяет — а по-другому это никак и не назвать — поднять голову и посмотреть в глаза вошедшего. Сколько превосходства в них, сколько незамутненного самодовольства! А в сознании внезапно возникает неожиданная ассоциация. В детстве отец брал маленького Хакса смотреть на скачки на фатирах. Сами скачки будущего генерала не особо интересовали, куда интереснее было сбегать к тренировочным площадкам и наблюдать, как диких, нечистокровных, еще помнящих свободу фатиров ломали в угоду хозяевам. То было истинное наслаждение наблюдать, как божественное создание превращали в раба. И По Дэмерон напоминает Армитажу нечистокровного фатира, только-только изловленного на свободных просторах — бьющегося в путах и насмешливающе фыркающего, не веря в реальность происходящего. Фатиры ломались за несколько дней жесткого обращения. За сколько сломается гордец по имени По Дэмерон?
Хакс делает резкий шаг вперед и отвешивает хлесткую пощечину Дэмерону. Воспоминания о базе «Старкиллер» отдают горечью поражения и сожалением. Большая часть вины легла на плечи Армитажа. Да, на ошибках следует учиться.
Генерал не отвечает ни на единую реплику пленника — не видит смысла открывать спор. Вновь отступает на шаг назад, одергивая чуть замятый рукав плаща.
— Явки. Пароли. Позывные. Шифры. Штабы. Базы. Перевалочные пункты. Местонахождения лидеров. Можете начать с любого варианта, По, — снисходительно разрешает Армитаж.

+2

6

    Генерал не покупается — по лицу видно, что считает ниже своего достоинства отвечать на такую обыкновенную провокацию. Или просто умен достаточно, чтобы не размениваться на препирательства. Жаль. Подцепить Кайло Рена было проще, достаточно было просто упомянуть, что Рей — это его пилот, и тот тут же завелся, вскинулся, вывалил кучу информации. Генерал сдержаннее.
    Пощечина хлесткая, быстрая, обжигает кожу — По шипит сквозь зубы, смотрит снизу вверх на собранное генеральское лицо. Плюнул бы — да нечем, во рту пересохло, и уже давно. По пытается придумать хоть что-то, чтобы подцепить генерала, заставить его выйти из себя, проявить какую-нибудь эмоцию, кроме криффовой собранности. Это сорвет допрос. Это должно сорвать допрос. Наверное. Это будет допрос. Он не пришел сюда, чтобы казнить его.
    Только вот По не собирается ничего выдавать.
    — Ладно! Ладно, — выдыхает он, опускает голову.
    Надо было генералу приходить следом за Кайло Реном. Тогда По выдал бы все... быстрее, чем сейчас. Тогда еще был шанс, что его можно доломать. Тогда ему было плохо. Ему плохо и сейчас — больно. Но сила воли, к счастью, не мышца, не материальна, не отчуждаема. Не болит. По делает несколько глубоких вдохов и, глядя в пол, начинает говорить:
    — Лидеры на базе, базы не там, где перевалочные пункты, а там, где базы, то есть, это базовые базы, а перевалочные пункты переваливаются, там не бывает баз. Иногда лидеры не на базах, а в штабах, а штабы не всегда на базах, иногда они просто штабы где-нибудь еще, как полевые штабы, а может и перевалочные, я слышал, иногда делают и такие, вообще, всякое бывает, иногда базы, перевалочные пункты и штаб — это одно и то же, но тут как повезет.
    По говорит уверенным, убедительным тоном и настолько как на духу, как будто в его словах действительно есть какой-то смысл, как будто это действительно ценная информация, а не чушь, чтобы запудрить генералу мозги.
    — Погоди, я тебя не запутал? Тогда давай дальше. Что ты еще хотел знать? Шифры? Нет, лучше с позывных. Позывные — это не явки, а явки — не пароли, и пароли не подходят к позывным, а шифры не подходят ни к тем, ни к другим, вообще шифры — такая штука, крифф разберешься, к чему они подходят, — беззастенчиво пороть пургу По научился еще в школе. — Я бы на твоем месте записывал, знаешь ли, я два раза повторять не буду. Шифры бывают двух видов, одни расшифровываются с помощью ключа, а другие с помощью такой-то матери, и вот последние лучше всего подходят для зашифровывания паролей и явок, а позывные шифровать бесполезно, но можно попробовать, конечно — честно говоря, я плохо разбираюсь в шифровании.
    По звучит так, будто может продолжать это бесконечно. И, лучше того, будто этот процесс доставляет ему удовольствие. Со временем голос начинает выдавать его. Именно поэтому он и опустил голову — чтобы по возможности скрыть, как уголки губ кривятся в улыбке.

+4

7

Разумеется, По Дэмерон и не думает должным образом отвечать на поставленные вопросы. Разумеется, генерал Хакс и не надеется, что пилот, добившийся немалых высот в Сопротивлении, так просто выдаст все секреты. То была скорее проверка на вшивость, разминка если угодно.
Еще на первых предложениях, выданных По, Армитаж отключает свое сознание, пропуская весь словесный поток сопротивленца мимо своего восприятия. При этом он склоняет голову на бок и заинтересованно смотрит на кудрявую макушку пленника. Мысли Хакса витают крайне далеко от тех слов, что выплевывает пилот Сопротивления, наверняка, отчаянно подавляя ухмылку. Генерал не впечатляется подобному поведению сопротивленца. Довольно предсказуемое поведение. Только-только попавшие в плен личности зачастую начинают юлить и нести откровенную чушь. Это нормально, это ожидаемо. Пленники еще не имеют представление о том, что их ждет впереди и в их сознаниях еще теплится надежда. Ах нет. Теплится Надежда. Именно так. Надежда с большой буквы. Интересно, на что надеется сейчас По Дэмерон.
— Талантливо, — признает Хакс. Наукой «лгать, изворачиваться, вводить в заблуждение» По Дэмерон овладел в совершенстве. Неужели в Сопротивлении этому учат? Курсы, лекции, экзамены. Впрочем, Хакс думает о чем-то странном. Вероятно, у Дэмерона просто-напросто такой своеобразно скверный характер.
Нет, не похвала. Констатация факта.
— Увы, аплодисментами не награжу.
Выдержав паузу и не меняя интонации зовет:
— BB-9E.
Через мгновение в камеру вкатывается дроид-астромеханик серии BB чёрного цвета. Вкатывается и молча останавливается около генерала, обратив взор линзы на пленника.
— Наш гость, — Армитаж обращается к своему извечному неорганическому спутнику, — не оценил наше гостеприимство. Жаль, не правда ли? Принес?
— 11010000100101001101000010110000.
Из верхней полусферы дроида медленно выезжает небольшой пластиковый прямоугольник, на поверхности которого находится переломанная антенна другого дроида. Вряд ли По Дэмерон не узнает сей предмет. Вернее, не может не узнать. Конечно, Хакс мог бы предъявить Дэмерону что-то совершенно иное для осознания всей необратимости и безысходности его положения. Например, глаз штурмовика Первого ордена с личным номером FN-2187. Однако настроения Хакса жаждали некой неторопливости. Быть может, несколько позже Хакс прибегнет и к подобным изысканиям. И хотя план допроса Дэмерона был составлен еще вчера, небольшие коррективы будут лишь на пользу, не так ли?

Отредактировано Armitage Hux (2018-01-06 18:04:29)

+2

8

    — Спасибо, я старался.
    По ждет, что генерал нажмет какую-то кнопку на кресле, что его жахнет током, что будет какой-нибудь вибронож, что будет боль — но ее не приходит. На щеке догорают следы пощечины, и только. По держит голову низко, следит краем глаза за ногами генерала — тот стоит на месте, не двигается. Зовет какого-то дроида. Какого-то — серии Биби, как его собственный астромеханик, и По невольно напрягается.
    Больше всего он боится, что они мало того, что поймали Биби-8, но и перепрошили его. Перепрошивать дроидов противника — давно известный и часто используемый ход. В прошлый раз По мог быть уверен, что у Биби-8 есть шанс затеряться на планете и спастись. В этот раз шанса могло и не быть. Он не видел, куда делся его верный друг во время суматохи.
    Однако, когда открывается дверь, внутрь вкатывается другой дроид. Той же модели, но не Биби-8, и По выдыхает — даже не заметил, что задержал дыхание, и теперь выходит шумно. Генерал то ли слышит это, то ли следует какой-то своей задумке, а может это и спонтанное решение — По сложно сказать. Его взгляд падает на переломанную антенну. Нашли. Биби-8 нашли. По дергается вперед, сжимает руки в кулаки. Если у него и есть одно слабое место — это его спутники, и за каждого из них, за Рей, за Финна, за Биби-8, он переживает куда больше, чем за самого себя. Кайло Рен знает об этом. Теперь знает и генерал.
    Но почему дроид? Почему не Финн? Не то чтобы По хочет, чтобы Финну досталось, но выбор генерала странный. То ли хорошо просчитанный — то ли недостаточно. В конце концов, По может — может — просто бросить дроида. Это же всего лишь дроид. Он найдет другого. Мало ли астромехаников в галактике. По молчит долго, сцепляет зубы. Кажется, сыграть в безразличие уже не выйдет — для этого он чересчур плохо скрывает свои эмоции. Сил слишком мало, чтобы что-то скрывать. По обмякает обратно.
    — Что вы с ним сделали? — негромко спрашивает он.
    Бравада, дерзость пропадают из его голоса, и насмешливый тон вместе с ними. Это Биби-8. Биби-8 был с ним семь лет. Семь лет — это очень много, не всякая человеческая дружба переживает такой рубеж. И По просто не может сыграть карту безразличия, не может солгать так. Пилотам обычно советуют не привязываться к астромеханикам, относиться к ним так же, как к остальной технике. Но все всё равно привязываются, и всем это известно. Невозможно пройти столько боевых вылетов, столько миссий вместе — и не привязаться.
    По ждет ответа как приговора.

Отредактировано Poe Dameron (2018-01-06 19:12:31)

+3

9

Сломанная антенна астромеханика — верного спутника По Дэмерона в руках генерала Хакса — не хорошо продуманный ход для того, чтобы развязать язык. Генерал действовал скорее по наитию. Было несложно предположить, что По неравнодушен к своему неорганическому спутнику. Материалы, которые были собраны на этого человека, хоть и не давали исчерпывающей информации, все же были довольно содержательными. А генерал Армитаж Хакс умеет читать между строк и анализировать.
Маска собственного восходства моментально слетает с лица пленника, и Хакс чувствует подступающее чувство удовлетворения. Хотя и ни на шаг не приблизился к цели своего визита.
— Вероятно, вы сейчас гадаете, почему я выбрал вашего астродроида в качестве предмета психологической атаки, а не, скажем, перебежчика с личным номером FN-2187? Вопрос, конечно, интересный. Ответа я, конечно, не дам.
Хакс возвращает дроиду сломанную антенну BB-8, привычно скрещивает руки на груди и, наконец, трогается с места, сделав пару шагов по камере. Дроид внимательно следит за пленником, ведя аудио- и видеозапись допроса. Для архива.
— Хотя, конечно же, — Хакс намеренно растягивает слова, — ничего не стоит в следующий заход BB-9E мне вынуть из его пологих фрагментов, скажем, глаз FN-2187. Почему нет? — Армитаж картинно раскидывает руки по сторонам, но уже через мгновение вновь скрещивает на груди.
— Что мы сделали с дроидом BB-8? — обращается к своему верному черному дроиду.
11010000101000111101000110000001110100001011110011010000101110001101000110000000110100
001011100011010000101110111101000010111000
.
Хаксу кажется, что в интонациях BB-9E слышится злорадство. А, быть может, так оно и есть. В дроид вшито сознание довольно интересной личности, в механизированном голосе которой может запросто передаваться и злость, и раздражение, и самодовольство, и триумф.
— Итого, ваш дроид мы пока только лишь усмирили и изъяли антенну. Что с ним будет дальше — зависит от ваших ответов, По.
Генерал Хакс вновь стоит напротив По Дэмерона, вновь сверлит его испытующим взглядом.
— К слову, от ваших ответов так же зависит и дальнейшая участь FN-2187.
Армитаж выдерживает паузу.
— А также некой Рей.
BB-9E даже чуть-чуть ближе подкатывается к пленнику, ни на миг не прекращая запись.
— Итак. Свой вопрос я уже озвучил. Попытка вторая, По. На этот раз рекомендую сделать верный выбор.

Отредактировано Armitage Hux (2018-01-06 20:00:53)

+2

10

    Что, бездна забери, означает «усмирили»? По вглядывается в визор маленького злобного двойника Биби-8, но дроиды не располагают мимическими мышцами — этот так и вовсе ничем не похож на гуманоида. По нему ничего не понять. Тогда По поднимает глаза на лицо остановившегося напротив генерала, натыкается на его испытующий взгляд.
    Конечно, они не ограничатся Биби-8. Финн тоже попался — генерал зовет его по номеру, но Финн уже давно не шестеренка в механизме Первого Ордена — и поэтому он может поплатиться за их, безусловно, героическую и, безусловно, безумную идею. Им стоило продумать план лучше. По стоило продумать план лучше. Тогда у них был бы шанс. А что теперь? Кто выручит их теперь? По должен был подумать своей горячей головой, прежде чем лезть к врагу вот так — и тащить с собой Финна.
    Генерал, кажется, задался целью просверлить ему дыру в черепе силой взгляда.
    По молчит, только смотрит исподлобья. Верный выбор — понятие относительное. Каждый, кто становится частью секретной организации, знает, что, попавшись, должен скорее умереть, чем выдать врагу хоть крупицу информации. Пожертвовать всем, но не сдать своих. Пожертвовать друзьями, пожертвовать собой — всем. По медленно поднимает голову, гордо задирая подбородок в воздух, хотя любое движение и причиняет ему тупую ноющую боль, настолько он измотан.
    — Я бы посмотрел, как вы будете вырывать Рей из лап вашего дурного форсюзера, — вновь не отвечает на вопрос По. Смотрит на генерала снисходительно. — Сомневаюсь, что он даст вам даже приблизиться к ней, — он усмехается: — Вы бы видели, как он завелся, когда я напомнил ему, что это мой пилот. Нет-нет-нет.
    Вздыхает.
    — Дальнейшая участь Рей зависит не от вас. Но если надумаете оспорить это, буду рад посмотреть трансляцию, — По скашивает глаза на черного дроида — тот записывает каждое его слово — и невинно интересуется: — А какой был вопрос?
    По цепляется за тот единственный факт, который может оспорить, и это приносит ему успокоение. Даже если Финн сгинет, если разберут Биби-8, если он сам умрет — Рей останется в живых, чтобы рассказать. Кайло Рен не смог убить ее тогда, на Ди’Куаре, не сможет убить и теперь. Как бы По ни ненавидел ублюдка, сейчас он был просто лучшим человеком на свете. Удобным. Выгодным.
    В том, что им не удастся держать Рей в заложниках вечно, По не сомневается ни на йоту. Со своей жизнью он уже в определенном смысле попрощался. Судьба Финна — с этим сложнее, но придется принять груз на душу ради Сопротивления. В конце концов, разве он не знал, на что подписывается, когда шел к генералу Органе под крыло, когда решил идти на Финализатор за Рей? Разве никто из них не знал, что такое война?

Отредактировано Poe Dameron (2018-02-13 07:59:12)

+1

11

С самого начала эта затея была любопытной. Но сейчас, с каждой репликой Дэмерона, она забавляет Хакса всё больше и больше. Он даже испытывает к Дэмерону лёгкую симпатию. Как к инструменту. Подходящему лишь для одного дела — но насколько идеально подходящему.
Хакс смотрит на него, когда говорит сам.
Хакс внимательно изучает что-нибудь ещё, когда Дэмерон отвечает.
Что-нибудь ещё — какая-нибудь мелочь. Бессмысленная. Не имеющая ни малейшего значения.
Антенна дроида типа BB, например.
Хакс держит её большим и указательным пальцами. Соединяя их. Разводя. Будто пытается проверить, можно ли сломать антенну, сложив её почти вдвое.
Дэмерон, конечно, не был знаком с Брендолом Хаксом. И, конечно, вряд ли догадывался, сколько часов отборнейшей чуши Хаксу пришлось выслушать в готовности уловить малейший намёк на полезную информацию. Хакс уверен, что не пропустил ни одного.
Антенна слишком гибкая, чтобы сломаться. Достаточно гибкая, чтобы выскользнуть из пальцев. Она и выскальзывает — когда Хакс не пропускает намёк и в этот раз.
Мой пилот.
Как мило.
Антенна пролетает мимо уха Дэмерона — Хакс ей больше не интересуется. С пару секунд он смотрит в лицо пилота с лёгким оттенком недоверия. И смеётся, не разжимая губ.
Пилоту Сопротивления, допустим, неоткуда знать про Верховного лидера, в сравнении с которым «дурной форсюзер» всего лишь... ну да, дурной форсюзер, лучше и не скажешь.
Пилоту Сопротивления, допустим, неоткуда знать, что при желании Верховный лидер получит Рей так же легко, как Дэмерон произносит её имя.
Пилоту Сопротивления, допустим, неоткуда знать, насколько заведётся Кайло Рен, когда Верховному лидеру даже не придёт в голову напоминать ему, чья она пленница.
Пилоту Сопротивления неоткуда всё это знать. Настроение Хакса, и без того неплохое, становится прекрасным.
Отсмеявшись, Хакс серьёзнеет резко, словно переключив тумблер. Складывает руки за спиной. Переводит взгляд на BB-9E, коротко кивает.
У него нет боязни испачкать руки. Он не испытывает ни малейшего дискомфорта от того, что другому человеку больно.
Дроид высвобождает манипулятор и быстро нажимает кнопки пульта. Электрический удар для начала — болезненный и прекращается почти сразу.
В начале всегда — один из шаблонов. Первые ходы всегда ограничены.
И в этом есть что-то от растягивания удовольствия.
Не нужно видеть, что происходит с телом. Хакс и без того почти чувствует это кожей.
Он снова смотрит на Дэмерона только после того, как решает, что тот немного пришёл в себя.
— Вспомнили?
В светском тоне слышится: в ближайшее время тренировать вашу память будут именно такими методами.

+1

12

    Он веселит генерала. Правда, совсем не уверен, что это хорошо. Да и смеется тот как-то странно, не открывая рта, и По, слушая этот звук, сначала решает, что бедолага подавился. Но потом звук прекращается, и нет — это все-таки был смех. По крайней мере, то, что за ним следует, определенно должно вызывать у людей вроде первоорденского генерала веселье и удовлетворение. Легко мучать человека, который ничем не может ответить.
    Не считая подколок, конечно.
    Все это они уже проходили, разве что в прошлый раз По пытали лица помладше статусом, а потому молчаливые и неразговорчивые, и охочие до нажатия заветной кнопки. Заветная кнопка и в этот раз результирует в прошивающую его, кажется, до самых кончиков пальцев боль. Длится она всего несколько мгновений — все всегда начинается с малого. По уже достаточно времени пробыл в плену, чтобы запомнить.
    От боли хочется скулить, но По лишь сцепляет зубы сильнее и шумно дышит, когда заряд электричества угасает. Наверное, терпеть получалось бы куда лучше, будь он здесь первый день, а это — его первое общение с местными чудесами пыточных девайсов, но, к сожалению, это не первый день. И не первое общение. И если разум еще держится, то тело уже вымотано. По знает, что выглядит на данном этапе уже достаточно жалко, но это последнее, что его волнует. Внутренне он уже напрягается в ожидании следующего разряда.
    Потому что, конечно же, ни криффа он не вспомнил. И не вспомнит.
    — Я лётчик, не разведчик, — откинув голову назад, хрипло смеется По. — Нас не за память на работу берут.
    На работу их берут наверняка за слепое упрямство и не менее слепую отвагу, иначе он бы здесь не сидел, но эту деталь По предпочитает оставить невысказанной. Наверное, генерал уже и сам догадался. Да еще по прошлому разу наверняка знает, что с По Дэмероном короткого разговора не выйдет. Потому что в прошлый раз им потребовался дурной форсюзер, чтобы вытянуть из него информацию про датачип. Однако судя по рассказам разведчиков, По еще повезло, и с ним обходились еще достаточно мягко, прежде чем позвать магистра Рен.
    Впрочем, судя по тем же рассказам разведчиков, если за него решат взяться всерьез в этот раз, то живьем он отсюда не выйдет — а если и выйдет, то явно не в целости и сохранности, как в прошлый раз. Психологические проблемы не в счет. Потому и разницы особой нет, можно не затягивать; По усмехается, когда дыхание немного выравнивается и он может дышать через нос.
    — Боюсь, вам все-таки придется повторить, чай, лычки от этого не отвалятся.
    Он гонит страх прочь шутками, как и обычно.

+1

13

Цель любого допроса — получение необходимой информации — включает в себя две задачи.
Задача первая: заставить допрашиваемого отвечать.
Задача вторая: заставить допрашиваемого отвечать на ваши вопросы.
Существуют также одно приложение и один бонус: проверка достоверности полученной информации и желательность нанесения телесных повреждений разной степени тяжести. Бонус Хакс находит особенно приятным.
Как и то, что Дэмерон справляется с первой задачей без всякой его помощи.
— Постарайтесь сосредоточиться, — говорит Хакс мягко. Он может позволить себе эту мягкость, и это тоже доставляет удовольствие. В том числе потому, что ещё один взгляд на дроида обеспечивает Дэмерону ещё один удар током — незначительно сильнее первого.
Мы ведь только начали.
На этот раз Хакс начинает говорить сразу, в которую Дэмерон мог бы прийти в себя, и голос его так же мягок, будто он объясняет прописные истины несмышлёному ребёнку.
— Мне нет никакого дела до Рей. Меня забавляет то, что судьба FN-2187 вас, похоже, заботит ещё меньше, чем её, — но до этого мне тоже нет никакого дела. Ситуация на данный момент такова. Рей — собственность Кайло Рена. Его игрушка. Возможно, любимая, не буду с этим спорить.
Хакс делает паузу, чтобы убедиться, что взгляд у Дэмерона достаточно ясный для осознания его слов.
— Вы уже успели ознакомиться с играми, которые предпочитает Кайло Рен. Уверяю вас, это было весьма поверхностное знакомство. Мне нужно пояснять, что делают с игрушками, которые уже не починить?
Хакс мечтательно улыбается.
Он считает, что во время допроса стоит говорить как можно меньше, с какой стороны пульта управления вы бы ни находились.
Но когда человек настолько активно обнажает возможные болевые точки, эту инициативу невозможно не поощрить.
Особенно если этот человек — причина гибели «Старкиллера».
— Видите ли, я не ставлю — во всяком случае, пока — своей целью, как вы выразились, вырывать её из лап Кайло Рена. Более того, я искренне полагал, что это является вашей целью. Но, думаю, вы не будете спорить с тем, что полномочий в подобном у меня заметно больше, чем у вас — вы же можете лишь убедить меня помочь вам. Потому что Рей — в первую очередь собственность Первого Ордена.
Хакс чуть склоняется к Дэмерону, продолжая улыбаться.
— Или о том, что это ваш пилот, вы забыли столь же легко?

+1

14

    По дергается вперед быстрее, чем успевает сообразить, что делает, и как ему сейчас будет больно — так умело, так точно генерал использует его же слова, его же добровольно выданную информацию против него. Эта маленькая ремарка, впрочем, нет, все его слова заставляют По импульсивно плюнуть ублюдку в лицо смесью слюны и крови. Сговорчивостью в пыточном кресле он похвастаться не может, как, впрочем, и благоразумием.
    Верить в чужие слова не хочется, но По невольно прикидывает их правдивость. Кайло Рен подобрал Рей из разбитого крестокрыла. Судя по тому, что они увидели с Финном — Финном, крифф, Финном, а не FN-какой-то-там-номер — ей оказали медпомощь, и достаточно хорошую, чтобы она могла сражаться. Ну не лечат же пленниц, чтобы потом их ломать? Не лечат же? После слов генерала По уже не так уверен. Кайло Рен — на всю голову больной, а первоорденский генерал явно почаще с ним общался.
    — Рей ничья не собственность, — упрямо рычит По, обессиленно откидываясь обратно на кресло. — Если думаете шантажировать, — дыхания на мгновение не хватает, и фраза неловко прерывается. По морщится от боли, но находит силы продолжить: — меня ею, то это дохлый номер.
    Это, конечно, не так. Шантажировать его Рей получится достаточно легко. Он же сунулся сюда за ней, хотя она и пробыла-то в его эскадрилье всего месяц — куда меньше, чем кто-либо еще. Он же тут уже всем покричал про то, что она его пилот, а за своих пилотов коммандер По Дэмерон готов — ну, например, готов соваться на вражеский флагман. Или что еще там не очень умное делать.
    Но не попытаться По не может.
    — И в любом случае, — а вот это уже опасный ход, но это шанс свернуть с больной темы, и По воспользуется им, несмотря на возможные последствия, — я не знаю ничего, что могло бы быть вам интересно.
    Он легко, не очень слышно смеется.
    — Хотите, расскажу про крестокрылы?

+1


Вы здесь » Star Wars Medley » Настоящее (34 ABY и далее) » I'll watch you drown, drown, drown in your regret [6.V.34 ABY]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC