Star Wars Medley

Объявление

26.10.2017 Объявление об изменениях в правилах и об эпизодах в 34 ПБЯ.

07.01.2018 Выложены основные события, произошедшие в 34 ПБЯ.

Новый канон + Расширенная вселенная
Система: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг: 18+
Игровые периоды: II.02 BBY и V.34 ABY

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Бэйз Мальбус, Бэйл Органа, BB-8, Джейна Соло.

— Я оценил. Просто теперь боюсь представлять программу-максимум: горы трупов и все в огне?
— Горы трупов в огне и вид на залив.
Cassian Andor & Jyn Erso

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Звенит потихоньку зенит [13.VII.13]


Звенит потихоньку зенит [13.VII.13]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Сокровища вселенной сверкают, словно дышат,
Звенит потихоньку зенит,
А есть такие люди, они прекрасно слышат,
Как звезда с звездою говорит

http://se.uploads.ru/KGUgr.jpg

Гален Эрсо, Джин Эрсо

Время: 13.VII.13, за пару дней до прибытия на ферму Орсона Кренника
Место: планета Ла’му, ферма семьи Эрсо
Описание: фраза "добро побеждает зло" имеет как минимум два прочтения. И иногда детям приходится узнать об этом слишком рано, но лучше от отца, чем от постороннего дяденьки
[AVA]http://s2.uploads.ru/Aztm9.png[/AVA]

Отредактировано Jyn Erso (2017-03-13 02:25:22)

+2

2

Гален смотрит на датапад и устало откидывается в кресле. Уже четвертые планетарные сутки он пытается починить этого сельскохозяйственного дроида. Открытая на датападе схема сочленения конечности и корпуса предельно понятна,  даже примитивна, но в реальности все далеко не так просто, система неидеальна, мешают другие факторы – некоторые детали деформированы, края пластин немного погнуты, а один из подшипников и вовсе сделан из другого сплава. Обычные погрешности, но именно из-за них не получается собрать несчастную конечность и вернуть дроида наконец в строй. А время сбора урожая все ближе и ближе.

Гален смотрит в открытое окно, но ничего необычного там нет. Прохладный воздух проникает в дом, кажется, завтра похолодает. Ночную тишину нарушает только мерный едва слышный треск местных насекомых. Все как обычно, ничего страшного не должно произойти. Если бы его засекли, когда он ездил за запчастями день назад, Империя была бы уже здесь. Но он был предельно осторожен. А так на несколько гектаров вокруг есть только трое людей – его семья.  Только родные, никаких врагов.

Кажется, Лира несколько раз приходила и звала его спать. Два или три? Он не помнит, эта нечастная конечность дроида захватила его внимание полностью. Но теперь очередной этап работы завершен, и придется немного подождать. Хотя бы несколько стандартных часов, и только потом можно будет продолжить работу. Он аккуратно убирает инструменты на магнитные крепления и наконец выходит из мастерской. 30 ступенек вверх, пневмодверь, кухня, стакан голубого молока, оставленный Лирой… Жена и дочь уже спят, а значит и ему пора. Если быть более точным, он может попробовать уснуть. В успех затеи верится слабо – бессонница мучает его еще с момента, когда ему доверили своей институт. Но попытаться стоит, иначе Лира точно будет с утра смотреть этим странным и непонятным взглядом, подливая ему очередную порцию кафа.

Но несколько минут ничего не решат, и по дороге в свою спальню он заходит к Джин. Дочка никогда не спит в полной темноте – мягкий шарик света закреплен около ее кровати. Она смешно поджимает губы во сне, челка падает на глаза, в руках держит свою любимую игрушку – куклу штурмовика.

Гален садится на пол рядом с кроватью и осторожно, чтобы не разбудить Джин, отводит волосы с ее лба. Его девочки обычно спят очень крепко. Они вообще очень похожи, и Гален искренне этому рад. Если бы не два этих практичных и упрямых создания, бескорыстно любящих его, он никогда бы не очутился здесь. Пожалуй, эти четыре года, которые они провели втроем на ферме, можно назвать почти счастливыми. Он больше не следил за последними научными исследованиями и старался не думать о кристаллах, и ему это почти удавалось. За ними охотилась Империя, но до сих пор удавалось скрываться. На лишние мысли времени не было - рутина фермера занимала почти все свободное время, а оставшееся часы он посвящал семье.

Из угла комнаты на него смотрит игрушка Хас – кукла, похожая на Хаса Обитта. И почему Джин предпочитает не мягкого плюшевого Хаса, а этого твердого белого вояку? Гален еще раз переводит взгляд на штурмовика и снова гладит дочь по темным волосам, а затем тихо, чтобы Джин не услышала, начинает говорить. Днем она не всегда его слушает – убегает, вертится, потом просит повторить. А сейчас она такая тихая и спокойная. Такая милая.

- Скоро ты поймешь, Звездочка, что штурмовики не так милы, как твоя маленькая игрушка. Возможно тебе придется учится убегать от них. Мама научит, она у тебя молодец. Завтра я починю дроида и мы снова устроим состязания «кто быстрее спрячется». Но это завтра. А теперь – спи. Ах да, еще сегодня мы получили сообщение от Со – он в системе неподалеку, но я не знаю, стоит ли его звать. Ты и Лира, конечно, захотите его видеть. Да и я хочу. Но за ним могут следить… Но я расскажу тебе это еще раз с утра. А теперь спи.

Гален встает и идет к двери, но оборачивается, услышав шорох. Неужели его дочь опять притворялась спящей? Вот ведь хитрюга!

Отредактировано Galen Erso (2017-03-21 15:41:02)

+2

3

Джин только притворяется, что она спит — ей всего девять лет, но она уже умеет много всякого разного делать. А папа смешной — он сначала всегда верит, пока она себя не выдаст, но никогда не сердится. Для Джин это похоже на игру, и играет она в нее с удовольствием.

Джин сообразительная девочка. Она знает, что когда в небе появляются корабли, надо бежать в дом и прятаться и сидеть тихо-тихо. Знает, что когда мама устало закрывает лицо руками, садясь на табурет в углу кухни, её не надо трогать — только попозже, когда она выпрямится, встряхнет головой и перестанет грустить. Знает, что иногда папа становится очень задумчивым и смотрит куда-то далеко-далеко, словно видит сквозь стены или потолок, и если подлезть ему под руку в этот момент, он не сразу и заметит.

Джин умная девочка, и она знает, что никогда не надо бояться — мама и папа всегда рядом, и они защитят. А она обязательно защитит их, потому что они — семья, и нет ничего важнее.

Иногда Джин слышит, как мама говорит почти то же самое из-за закрытой двери их спальни. Говорит громко, голос у нее дрожит, а сама Джин уже давно должна спать. Но она спит, потому что потом мама иногда садится на тот табурет в углу кухни и долго-долго сидит.

Джин умеет притворяться спящей — главное, чтобы не дрожали ресницы и не хотелось моргнуть, — но сейчас она высовывается из-под одеяла, натянув его до подбородка, шмыгает носом и хмурит брови, глядя на отца требовательно и грустно.

— Почему, — спрашивает она, крепко стиснув пальчиками край одеяла, — мне придется убегать от них?

Она трет кончик носа, садится в постели и достает из-под подушки Хаса. Местами на нем облетела краска, совсем немножко, и Джин трет шлем краем ночнушки, поджимает ноги и насупливается, не сводя взгляда с отца.

— Это из-за этого мы всегда играем в прятки, папа?
[AVA]http://s2.uploads.ru/Aztm9.png[/AVA]

+1

4

Гален совсем не умеет объяснять такие вещи. У Лиры бы это вышло гораздо лучше, но Лира уже давно спит у себя в комнате, а Джин вот она – не спит, задает вопросы, на которые он не знает как отвечать, смотрит выжидающе и очень-очень любопытно, даже села в кровати. И явно собирается поговорить с папой.  По-хорошему, ее надо уложить спать, ведь дети должны спать ночью. Но это было бы попросту нечестно – Гален с самого детства не мог уснуть сам, если его захватывало что-то по настоящему интересное. А Джин его дочка.

   Гален садится рядышком с ней на край кровати, соединяет пальцы рук и, глядя в пространство и пытаясь собрать мысли, начинает рассказ.

    - Джин, ты же хорошо помнишь Орсона? Лейтенант-коммандер Кренник, он часто бывал у нас, когда мы жили на Корусанте. Он очень многое сделал для нас, именно он… - Гален осекается. Определенно, он хотел начать не с этого, но раз уж начал, надо продолжать – Так вот, Орсон, он оказался нехорошим человеком. Очень нехорошим. Все те исследования, которые я для него проводил, нужны были для того, чтобы сделать оружие. Страшное, огромное и смертоносное. А потом, когда мы с твоей мамой об этом узнали, нам пришлось бежать. Ты помнишь, нам очень помогли Со и Хас.

    Гален ненадолго замолкает, поворачивается к дочке и целует ее в лоб. Ему очень не хочется так рано рассказывать ребенку про тот страшный мир, в котором ей придется жить. Но их счастье, продолжающееся уже несколько лет, в любой момент может рассыпаться. И Джин должна быть готова ко всему – она умная девочка, она все поймет. Гален отпускает дочку и продолжает.

   - Так вот, Джин. Орсон работает на Империю, и теперь они меня ищут. А насчет пряток… Да, поэтому мы и играем. Когда за нами придет Орсон… Империя, вы с мамой должны будете спрятаться. Я уйду, но вы останетесь на свободе. Вам будет нужно постараться не пересекаться с Империей. Ты сможешь, я в тебя верю. А если что-то пойдет не так сейчас, если за мной прилетят, ты должна будешь связаться с Со. Ты же не умеешь пользоваться передатчиком на кухне? Пойдем, покажу! И да, как насчет голубого молока? Мама говорит, что теплое голубое молоко и печенье помогают уснуть. И нам с тобой это явно нужно этой ночью. Поехали! А по дороге расскажешь, как провела эти дни. Папа ремонтировал дроида, и ты почти меня не видела три дня. Прости, Звездочка.

   Он подхватывает дочку на руки. Как он мог почти не обращать на нее внимание три дня? Он же дал себе обещание тогда, на Корусанте.

Гален толкает плечом дверь комнаты и несет на кухню самую ценую ношу, которая есть  в его жизни.

Отредактировано Galen Erso (2017-03-24 02:31:07)

+1

5

Джин подлезает под руку отца, когда тот садится рядом, крепко обнимает его за пояс, насколько это позволяет длина рук, и утыкается носом ему куда-то в плечо. Жмурится, подставляя лоб под поцелуй, открывает глаза и смотрит на отца прямо и спокойно, наверное, слишком по-взрослому — но сейчас времена такие, что взрослеть всем приходится быстро.

Джин знает, почему иногда мама плачет, а папа неловко обнимает ее за плечи и прижимает к себе. Знает, почему они с тревогой вглядываются в ночное небо, ожидая не совсем понятно чего.

Джин знает слишком много для девочки, которой всего лишь девять лет.

— Значит, дядя Орсон плохой, папа? — Джин заглядывает ему в глаза, сонно трет глаза кулачками и мотает головой, когда он спрашивает про передатчик. Мама не разрешает с ним играть, хотя Джин очень хочет, и теперь она тем более не хочет спать.

Довольно пищит от неожиданности, жмурится и обнимает отца за шею, когда он подхватывает ее на руки и несет на кухню.

Она успевает соскучиться по нему за эти три дня, которые папа почти безвылазно проводит в своих делах, и Джин это даже немного не нравится. Нравится ей совсем другое — когда папа играет с ней, смотрит её рисунки или рассказывает истории про звезды и показывает, как правильно находить рисунки из них на небе. Это называется «созвездие», Джин это знает, и они очень непонятные, но истории про них она любит.

По дороге Джин обнимает папу, сидя у него на руках, и рассказывает о событиях этих дней. Их совсем немного и они мало отличаются от предыдущих, но какая разница? Мама читала ей сказки и они вместе учили стишки, а еще решали всякие примеры, еще она помогала маме на кухне и за это Лира разрешила съесть ей вчера перед сном не два печенья, а три.

— А еще я нарисовала новый рисунок, папа, — говорит она, когда они приходят на кухню, и, не слезая с рук Галена, тянется к обеденному столу, поднимает рисунок и поворачивает его к отцу. — Вот, смотри. Это ты, я и мама. А это Хас. Только он здесь большой и защищает нас.
[AVA]http://s2.uploads.ru/Aztm9.png[/AVA]

+1

6

Когда дочка рассказывает ему о «новостях», на душе становится спокойно и тепло. Он безумно хочет, чтобы такие новости были всегда. Такие новости могут показаться скучными, но это гораздо лучше потрясений, побегов, плена. Это новости тихой и спокойной жизни.

   Гален осторожно забирает рисунок из рук дочки и внимательно его рассматривает. Пропорции тел не выдержаны, как и относительные размеры. Но он невольно любуется картинкой – ему бы очень хотелось, чтобы кто-то большой и сильный никогда не дал бы их в обиду. И их защищают, но долго ли это продлится? Долго ли они смогут прятаться от невзгод за чужими спинами? Сначала их защищал Кренник, потом их друзья, потом Хас и Со. И когда-нибудь защищать своих девочек придется ему. Гален не хочет верить, но почти не сомневается, что когда – нибудь придет и такое время. А пока он расскажет Джин о том, кто может разрушить их счастье. Лира всегда расстраивается, когда слышит разговоры о нем, но сейчас она спит. А Джин любопытна, и ни за что не отстанет, и это ему очень напоминает кого-то.

   Гален стремится немного оттянуть объяснение, поэтому занимается делами. Кладет рисунок обратно на стол и идет за молоком. Ставит на стол целый кувшин голубого молока и два стакана – один для себя, один для Джин. А еще целую миску с печеньем. Затем приносит из угла кухни приемник и ставит его на еще незанятый краешек стола, и только потом садится рядом с дочкой, наполняет оба стакана, делает глоток молока, берет печенье, откусывает и наконец собирается с мыслями и начинает рассказ.

- Орсон… Кренник. Он не желает мне зла, и вряд ли желает зла тебе или Лире, но он – Гален делает небольшую паузу, произнести эту фразу ему все еще трудно - плохой. Видишь ли, Джин… Он считает, что знает, как сделать человеку хорошо. И при этом никогда не спрашивает самого человека. Пойми, счастье для каждого – свое. Вот например на Корусанте я был несчастен, так как только работал, и почти не видел тебя. А сейчас счастлив, потому что сижу с тобой и пью голубое молоко. А Орсон считает, что сейчас я несчастлив, а на Корусанте был счастлив. И никогда не поверит, если я ему скажу, что это не так – Гален вздыхает и продолжает – понимаешь, о чем я? И почему тебе надо держаться от него как можно дальше? Обещай мне, Джин – Гален внимательно смотрит на дочку – что не будешь верить ему. И что будешь держаться от него так далеко, как только можешь. Пожалуйста… А если он придет сюда, прячься.  Иначе он и тебе сделает несчастной. А если ты будешь несчастна, мы с мамой очень расстроимся. Ну что, договорились?

  Он делает еще один глоток молока, снова откусывает печенье и медленно жует, а затем привстает и пододвигает приемник поближе.

- Пей свое голубое молоко, а я пока покажу, как работает приемник. Допьешь – и расскажешь мне сама. Смотри. Вот эта большая зеленая кнопка – включение – Гален нажимает на кнопку и экран загорается голубым светом. Если нажмешь на эту - Гален показывает на синюю кнопку - с тобой на связь выйдет Со. Но делать это можно только в крайнем случае, чтобы не подвергать его опасности. То есть позвать его ты можешь только если за нами прилетят. Хорошо? А зачем красная кнопка ты и сама догадаешься. Так ведь? - Гален улыбается. Ну, какие идеи?

   Приемник настроен максимально просто. Помимо настраиваемых частот, на нем есть 3 активных кнопки. Ставить частоту связи с Со на синюю кнопку было опасно, и Гален долго колебался. Но если за ними прилетят, у них может не быть времени на ручную настройку частоты. Но время нажать три кнопки будет. Три активных кнопки - три простых действия. Зеленая, синяя, красная.

Отредактировано Galen Erso (2017-04-25 22:54:18)

+1

7

— Зеленая кнопка, чтобы включить, — повторяет за отцом Джин, по очереди тыча пальцем в нужные кнопки. — Синяя, чтобы связаться с дядей Со. А красная… красная…

Джин хмурится, недовольно сопит, но даже не думает попросить подсказки. Если папа спрашивает об этом, значит, она знает сама.

— Красная — чтобы всё взорвать? — наконец предполагает она, но, глянув на лицо Галена, тут же поправляется: — Чтобы выключить приемник, правильно?

Вообще это кажется ей немного странным, если во второй раз она угадывает все-таки правильно. Разве не удобнее делать одну кнопку на включение и выключение?

Но, наверное, папе лучше знать. Папа умный, иногда даже слишком, — так говорит мама, когда папа снова пропадает со своей работой, и всегда при этом улыбается или посмеивается. Или довольно щурится, и Джин любит, когда мама так делает — тогда она становится очень красивой.

Она и так красивая, но когда улыбается, еще лучше.

Больше всего Джин нравится первый вариант, что красная кнопка нужна, чтобы все взорвать. Это не очень хорошо и папе не понравится, но Джин думает, что ей нравится, как горит огонь. И ведь никто не поранится — разве она может кого-нибудь поранить? — и поэтому, наверное, можно так говорить.

Джин отпивает еще голубого молока, съедает печенье и отставляет опустевший наполовину стакан. Берет Хаса, крутит руки на шарнирах и ноги, ставит его так, словно он собирается драться — сгибает колени и локти. И легонько толкает пальцем в корпус, отчего игрушка заваливается назад с тихим стуком, недовольно сопит.

— А если… если дядя Орсон будет думать, что знает, как мне будет хорошо, и мне правда будет хорошо? — Джин заглядывает отцу в глаза, прежде чем перебраться к нему под бок, обнимает его и трется щекой о грудь. Жмурится, чихая, и трет сонные глаза. — Тогда… тогда я тоже буду плохая, как дядя Орсон, папа?
[AVA]http://sa.uploads.ru/S2ogK.jpg[/AVA]

+1

8

Пока Джин рассказывает и показывает, он успевает допить свое молоко и доесть печенье. Вкусно. Дома всегда вкусно, вон и Джин согласна, уплетала печенье за обе щеки. Смешная. Зато все с первого раза запомнила. Ну да в этом он не сомневался, Джин умница. Большая умница, даже догадалась о том, что он не говорил. И как ей это удалось?

   Гален смеется. Гален вообще не очень часто смеется, он не очень хорошо понимает шутки, и совсем не умеет шутить сам. Но догадка дочки внезапно оказалось настолько точной и верной, что не смеяться не возможно. Действительно, красные кнопки ведь для этого нужны! Джин умница, просто умница! А еще вся эта ночь, голубое молоко, печенье… Может он просто смеется от счастья? Такое тоже бывает, наверное.

- Звездочка, а знаешь… ты ведь права  – он фыркает еще раз и продолжает, пытаясь сдержать смех – красная кнопка не просто  выключает приемник. Она стирает чистоту связи с Со. Мы же не хотим, чтобы он оказался в опасности, верно? Он и так рискует из-за нас. Так что да, фактически эта кнопка нужна чтобы взрывать – Гален осекается и внимательно смотрит на дочку.

    Это действительно смешно, но что-то явно не так. Откуда у нее мысли о взрывах? И зачем она ставит Хаса в такую позу? И толкает?  Гален очень любит Джин, она – лучшее, что есть в его жизни. Но иногда он ее не понимает, и это немного грустно. Наверное, ему надо что-то сказать, как-то объяснить, попытаться понять. И он не может отделаться от мысли, что дочка сейчас чем-то напоминает ему одного человека, который был когда-то близок, и на чьи выходки он закрывал глаза. Перебесится, остепенится, да какая разница, друг же! А потом вышло то, что вышло.

    Гален осторожно обнимает прижимающуюся к нему дочку к себе дочку и легко гладит по волосам – непослушным и растрепавшимся. Вон, кудряшки выбились. Может ему попробовать переплести косички? Это у него получается уже почти так же хорошо, как у Лиры. А потом целует Джин в макушку, и выбившиеся кудряшки щекочут ему нос. Дурацкое ощущение, хочется чихать. Совсем как дочка только что. Вот только у него это тихо сделать никогда не получалось.

- Ап-ап-чхи!  - Ну вот, это было громко. Только бы Лиру не разбудить. Гален прислушивается. Вроде бы все тихо.

    Он внимательно смотрит на Джин и наконец замечает, что глазки у дочки совсем сонные, да и сам он устал, спать им уже пора. Кажется, за окном уже светлеет. А уже если Лира проснется… Нет, им не влетит. Но точно будет стыдно. Обоим. Но Джин задает слишком сложные вопросы, и не отвечать на них – нечестно. Вот только ему бы самом знать, как на такое отвечать. А он не знает. Наверное, поэтому все вечно и выходит наперекосяк – он не знает слишком многого о жизни. Но объяснить попробует. Как может.

- Ты не будешь плохой, Звездочка. Для меня ты всегда будешь самой лучшей, что бы ты ни сделала. А сделаешь ты все правильно, ты хорошая и добрая девочка, а еще умная, совсем как мама. А твоя мама делала все правильно, даже там, где я ошибался. Мама у нас замечательная, правда? А что касается твоего вопроса…Я попытаюсь ответить. Люди никогда не могут быть согласны во всем. И хотеть одного. Даже мы с мамой, и это не плохо, это нормально. А Орсон – Гален снова сбивается - Кренник всегда, всегда будет делать так, чтобы ты делала только то, что хочет он.  А еще он может обманывать тебя. И врать тебе. А обманывать и врать тем, кто тебе дорог – плохо. Поэтому… просто не повторяй наших с мамой ошибок и не доверяй ему, ладно? И обходи его стороной.

   Гален осторожно протягивает руку и берет со стола упавшую куклу Хаса, подносит ее к носу Джин и говорит низким, немного хриплым голосом. Наверное, у него очень плохо получается изобразить голос Хаса, он вообще не самый хороший актер, но ведь это сейчас не главное.

- Зачем ты меня толкнула? Мне больно! Мы же друзья! Друзья не дерутся… Давай не будем драться, давай пойдем спать? Вон, глазки закрываются…

Отредактировано Galen Erso (2017-05-17 00:58:01)

+1

9

Папа смеется, говоря про дядю Со, и улыбается, но почему-то Джин уверена, что папе не смешно. Что ему совсем не смешно и, может быть, даже немного страшно.

Джин не знает, откуда в её голове такие мысли, и узнает когда-нибудь едва ли, но почему-то, глядя на отца, думает, что ему страшно. Или грустно. Лица людей очень похожи, когда они грустят и боятся, и пока что Джин не всегда видит разницу.

Но она знает — видит — что папе не нравится говорить про дядю Орсона. Он постоянно сбивается, словно заставляет себя думать о нем иначе, и это… это грустно.

Джин не страшно, но ей очень грустно. И она крепко обнимает отца, уткнувшись носом ему в плечо, и жмурится, тихонько вздыхает. Ей не нравится, когда папа и мама грустят. А последние дни — месяцы — они делают это очень часто.

— Вы с мамой ведь будете меня любить всегда-всегда? — Джин задирает голову, чтобы поймать взгляд отца, ловит его руку и прижимается к ней щекой. — Даже если я вдруг стану, как дядя Орсон?

Она смутно помнит дядю Орсона — так, совсем плохо. И он не казался ей никогда плохим, ведь они с папой так дружили… Но папа говорит, что теперь он плохой — значит, так и есть. Папа не врет никогда. Если папа говорит, что так правильно, значит, именно так Джин и будет думать.

Совсем ребенок — и переключается с разговоров о плохом и хорошем на заговорившего вдруг штурмовика очень быстро. Смеется, морща вздернутый нос, и сжимает Хаса обеими руками, обнимает, утыкаясь носом в его шлем. Смотрит из-под ресниц на отца, ерзая на месте, и улыбается.

— Я буду любить тебя и маму всегда-всегда, — Джин снова прижимается к отцу, не отпуская игрушки, и сонно щурится, но смотрит хитро и в то же время бесконечно невинно. — А вы меня. И мне можно будет съедать по четыре печенья, а не по два, правда?

И смеется, фыркая, когда вновь оказывается у отца на руках. Обнимает его за шею, нечаянно стукнув штурмовиком по затылку, и сонно сопит.

— Мама будет ругаться, если узнает, что так поздно, а я не сплю. И ты не спишь тоже.
[AVA]http://sa.uploads.ru/S2ogK.jpg[/AVA]

+1

10

- Ой!

    Гален от неожиданности ойкает слишком громко, а потом резко замолкает. Разбудят, точно сейчас разбудят Лиру. Тем более за окном уже светает, а утром ее сон становится гораздо более чутким, ему ли не знать. Его жена вряд ли будет ругаться, и уж точно не будет ругаться на то, что не спит он сам. Но вот режим Джин – совсем другое дело. Тем более что сама Джин уже клюет носом. По крайней мере, после всех разговоров, молока и печенья она наконец захотела спать. И это замечательно.

    Гален еще раз целует Джин в лоб и тихо-тихо шепчет.

    - Я всегда буду тебя любить. Что бы ни произошло. Обещаю. Но вот четыре печенья это к маме. Ведь нехорошо будет, если я тебе пообещаю, а она будет недовольна. Правда?

    Осторожно придерживая дочку, Гален встает. Стаканы и пустая тарелка остаются стоять на столе. Он потом вернется и все уберет. Но это потом, а сейчас нужно отнести Джин и ее друга спать. Она уже совсем сонная, но игрушку держит крепко, не выпускает. Смешная.

   Осторожно, настолько осторожно насколько он вообще может, Гален несет дочку. Хорошо, что дверь в ее спальню он оставил приоткрытой, но вот громкий скрип это уже не очень хорошо. Надо смазать петли. После темного коридора Гален невольно щурится. Окна выходят на солнечную сторону, и в комнате уже почти светло.

   Он осторожно укладывает все еще сжимающую Хаса Джин на кроватку и накрывает их одеялом.

   - Спите спокойно. Все хорошо.

   И все действительно хорошо. Гораздо лучше, чем когда бы то ни было. Гален в последний раз целует дочку в лоб и слышит скрип двери. Лира умеет ходить тихо, гораздо тише чем он. И он нисколько не удивляется, когда оборачивается и видит стоящую в дверях жену. Она смотрит на них с удивительным выражением – брови пытаются хмуриться, а губы пытаются перестать улыбаться.

   Гален подходит к жене и легко целует ее в висок.

- Доброе утро.  Это мы тебя разбудили или ты сама встала?

   Самые родные люди рядом, а завтра он закончит с ремонтом дроида и смажет петли. Все действительно хорошо. И ему очень хочется верить, что у него будет еще множество таких ночей. И таких прекрасных утренних встреч.

Отредактировано Galen Erso (2017-06-13 00:08:02)

+2


Вы здесь » Star Wars Medley » Завершенные эпизоды » Звенит потихоньку зенит [13.VII.13]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC